Ты все таки ужасный придурок, ее губы трогает улыбка. Вовик смотрит на нас с хитрой улыбкой, в которой столько счастья, сколько я наверное никогда не видел в этом холодном доме, вдруг ставшим радостным и праздничным.
Ура, папа и мама снова влюблены. Вы такие у меня красивые, прямо принц с принцессой, закричал Вовка, пап, иди сюда. Давайте обнимемся все вместе. Как настоящая семья. Я видел, в кино так все делают. А еще, потом папа целует маму. Ну чего вы встали? Целуйтесь.
Ее губы легко касаются моих. В голове звенят рождественские колокола. И щеки ее пунцовеют, как ягоды рябины на снегу.
А теперь подарок. Мам, ну разверни. Я старался. Папа сказал, что это слеза снежного ангела, суетится Вовка, и сам вытаскивает из коробочки кулон в форме капли на длинной платиновой цепочке. Он не успел тебе подарить тогда Ну, когда
Когда ты разбилась насмерть, выплевываю я, не в силах больше сдерживать рвущуюся из груди ярость смешанную с тоскливым бессилием. Ее улыбка меркнет, и Вовка испуганно жмется к своей новой игрушке. Не ко мнек ней. Искры волшебства в глазах сына стоят моей души и обманутых надежд этой дурехе. Денег, что я ей дам хватит на донора. Да. Так и поступлю.
Глава 6
Алиса Нежина
Один, два, три, четыре, голос мальчика звенит в тон с курантами. Бумажка с желанием написана и я поджигаю ее об стоящую рядом с моим прибором свечу. Пять, шесть, семь. Пусть сбудется то, что я загадала. Восемь, девять, десять, пепел осыпается в бокал с шампанским. Выпить одним глотком. Господи, что я творю. Мне нельзя же. Это вредно. Я планирую стать мамой, а значит
Одиннадцать, двенадцать, ура!!! с треском разгорается бенгальская свеча.
В чем дело, дорогая? Не нравится шампанское? насмешливый тон портит мне впечатление от обманчивого, фальшивого семейного праздника.
Ты бы тоже не пил, лепечу я, стараясь не смотреть в прищуренные глубины космоса. Месяц это немного.
Этот халат он нарочито игнорирует мои слова. Пропускает мимо ушей, наблюдая за сыном. Который радостно поджигает очередной колючеискристый кусочек нового года от свечи, одурительно воняющей мандарином и корицей.- Знаешь, напиши мне свой размер. Завтра тебе доставят одежду. Еще один подарок от меня. Негоже ангелам ходить в шлафроке. Тем более. Что он Боже, запахни чертову тряпку.
Божеством меня еще никто не называл, ухмыляюсь, понимая, что дразню опасного зверя. Ты превзошел всех, дорогой.
И много их было? его тон не злой, скорее ядовитый. И взгляд пробирающий до самых пяток.
Кого?
Ну, этих всех, странный вопрос. Он сидит на своем стуле, похожем на трон, обхватив пальцами подбородок, кажется расслабленным. Но я знаювпечатление обманчиво. И воздух, кажется, трещит от напряжения, как римская свеча на морозе.
Пап, а у нас же салюты. Ты забыл? Смотри, все уже запускают, возбужденно выкрикнул Вовка, раздвигая тяжелые шторы на панорамных окнах. Странно, обычно такую красоту не драпируют тканью. Они должны быть открыты. Смотрю в неимоверной красоты витражное стекло, на распускающиеся в темном небе огненные цветы.
Маме нечего надеть, я слышу, как он выталкивает слов "мама", борясь с собой. И нога у нее еще не прошла.
Ничего, я вполне могу одеться в то, в чем была. И щиколотка почти не болит, лишь слегка ноет. Просто ушиб, я думаю. Мы будем запускать салюты, малыш. И завтра пойдем гулять, а потом распишем витраж. Правда, Глеб? Ты же нам закажешь краски и кисточки?
Па, закажешь, закажешь? ребенок счастлив. Именно за этим я тут. И еще я хочу кошку. Мы будем с мамой ухаживать за ней. Теперь ты не скажешь, что я не справлюсь. Потому что я не один буду. Пап, ну не молчи.
У тебя болит нога. Ефим Кельманович придет только утром. Не глупи, Аля. Пусть он ставит диагнозы.
Я дергаюсь. Мне не нравится это имя. Словно примериваю на себя чужую жизнь. И этот странный зверь замирает, и паника в его глазах неприкрытая.
Пойдем запускать салюты, хриплю, проклиная свою мягкотелость. Зря я осталась. Нельзя ради мечты ломать чужие судьбы. Нельзя надеть на себя чужую жизнь, словно чертов халат, разъезжающийся на груди. Нога почти прошла. Я здесь для того, чтобы сын был счастлив, так ведь? Одевайся, Вовка. Глеб, и ты, я сама не справлюсь.
Прости, шепчет он, когда малыш уносится в свою комнату. Я не знаю, почему назвал тебя Алей.
Да, лучше Лисой. Мне больше нравится, слишком близко. Настолько, что его губы касаются моих волос, опаляют дыханьем, заставляя сердце в груди замирать. Не надо. Держи дистанцию. В цену не входит интим.
Черт, какое слово то выбрала поганое, Снежин снова похож на себя. Снова мерзкий, язвительный сноб. Интим. Детка, я столько не выпью. Ты не в моем вкусе. Мне нравятся маленькие миниатюрные бабы. А ты арясина.
Это замечательно. Тебе сейчас и нельзя ни пить. Ни другого. Надо беречь материал, хмыкаю я, с трудом сдерживаясь, чтобы не влепить ему пощечину. Но я же воспитанная дама, и знаю, как себя вести в гостях. Кстати, кроме одежды мне нужны средства гигиены и телефон. Я должна предупредить подруг, что не приду. Иначе они объявят розыскные мероприятия, а это страшнее "Бури в пустыне".
Тревога, тревога, волк унес зайчат? от его смеха мне становится легко. Отпускает звенящее в воздухе напряжение. Точнее одну маленькую зайчишкуЛисичку. Хорошо, моя бубновая королева. Телефон получишь после салютов. Все остальное завтра. Какие еще пожелания будут?
Ты пойдешь с нами запускать фейерверки, чувствуя, что одержала маленькую победу, улыбаюсь. И будешь радоваться жизни, потому что мальчикам нужен отецсильный и храбрый. Ну и, с моими способностями, я запросто могу спалить дом. Думаю, что тебе это не понравится.
Ты нестерпимоневероятная, и жутко меня бесишь, отворачивается он от меня, очень надеюсь, что за три дня ты меня не доведешь до сумасшедшего дома.
Я тоже надеюсь. Моему ребенку нужен адекватный и душевноздоровый донор.
Слушай, а если не получится? вдруг замирает он у самой двери. Ну бывает же, что с первого раза процедура неуспешна, или материал неподходящий. Несовместимость, пятоедесятое.
Тогда, ты получишь услугу "Мама на три дня" совершенно бесплатно, истерично хмыкаю я. Черт, а ведь мне не приходило в голову даже, что такое возможно. Блин, ну зачем он мне сейчас это сказал?
И кажется он доволен произведенным эффектом. Даже начал песенку напевать из дурацкого мультика. А мне хочется упасть на пол и зарыдать в голос.
Ты не передумала зажигать, курица?
Глава 7
Глеб Снежин
Я перенес ее через порог моего дома, совсем не задумываясь над тем, что впускаю в наши с сыном жизни. Странное чувство. Смотрю, как эта девка сидит на корточках перед Вовкой и наморщив нос, натягивает на его ноги идиотские колготки, которые он наотрез отказывался носить еще вчера, аргументируя это тем, что мужик в колготках смотрится не брутально и вообще колхозно, особенно в колготках с собачками. Вот если бы с бетменом или человеком пауком, тогда бы еще куда не шло. Откуда только набрался? А теперь его совсем не заботит, что о нем подумают окружающие. А я как дурак мнусь у порога с коробкой, полной пиротехники в руках, замотанный в шарф до самых бровей и рассматриваю чужие женские ноги, затянутые в драные джинсы, торчащие изпод дурацкого халата, на который сверху она нацепила свой глупый свитерок. И ноги эти такие длинные, что голова кружится, словно я ее задрал, чтобы рассмотреть небоскреб.
Тебе очень идет этот шарф, обжигает она меня улыбкой. За своими мыслями не замечаю, что они с Вовиком уже стоят рядом, держась за руки. Так близко, что я чувствую ее запах. Лиса пахнет мандаринами, своими идиотскими варежками и снегом. Ну да, никогда не думал, что странные девки могут варежками пахнуть. Смешно. Я бы еще на тебя шапку надела. Нельзя простывать, понимаешь. А то процедуру могут перенести. А время уходит. У меня его очень мало.
У меня хороший иммунитет, бубню я в крупную вязку шарфа. Только она и не слышит меня. Легко прихрамывая ступает на снежное покрывало, закутавшее землю, и спящие ели и даже, кажется, рогатый месяц на небе.