Всего за 129 руб. Купить полную версию
Восьмёрка.
Мы удивительно одинаково выводим эту вертикальную бесконечность. Тот же наклон, та же окружность.
Даже страшно как-то
Сколько раз в редких приступах стыда, что одолевал меня, когда я в очередной раз отказывала родителям составить им компанию в походах в театр или на балет, я пыталась найти в нас что-то одинаковое? Каждый раз и пыталась. Но глаза Или одинаковая восьмёрка Найти подобную и очевидную схожесть априори невозможно.
Я им не родная. У нас нет общих генов. Нет той незримой связи, что даёт одна кровь.
Но я родная двум другим людям. Их продолжение. Их кровь и плоть.
Забрали ли меня у них силой или нет, факта это не меняетя родной ребёнок совершенно незнакомой мне пары человек.
И это чертовки пугает
Я снова смотрю на цифры и, поддавшись порыву, быстро набираю их на всплывшей клавиатуре экрана телефона. Прижимаю тот к уху и слушаю гудки.
Один. Второй. Третий.
Я всё ещё не дышу, потому кружится голова.
Алло?
Заставляю себя медленно и тихо выдохнуть, но способность говорить и думать напрочь отбивает. В горле сухо, как в самой жаркой пустыне, а в ушах вновь нарастает звон.
Лера? Лера, это ты?.. тревожно спрашивают с той стороны, пока я продолжаю молчать, судорожно пытаясь понять, что со мной происходит. Мужчина вздыхает, молчит мгновение и говорит: Если это ты, Лер Прости меня, ладно? Я так долго тебя искал, и когда нашёл Я поступил безрассудно Не нужно было так с ходу. Но, Лер, мы с твоей мамой хотим тебя узнать. Хотим, чтобы ты была в нашей жизни Если Чёрт, я так надеюсь, что ты тоже этого хочешь! Прости. Я не должен напирать. Если ты тоже этого хочешь, Лер, то приходи к нам, ладно? Бар «У дороги» на Полянской, мы работаем в нём и живём над ним. Ладно?.. Мы будем
Я неожиданно для себя самой судорожно втягиваю воздух, пугаюсь тут же и спешу сбросить вызов. Пальцы дрожат. Меня всю знобит от внутреннего холода, взявшегося неизвестно откуда. Прижимаю телефон к груди и выхожу на горячее солнце, чтобы хоть как-то согреться. Хоть как-то уменьшить внутреннюю дрожь.
Ещё сегодня утром моей единственной проблемой было уговорить родителей передумать на счёт института, в котором я должна учиться
А теперь?..
Теперь буквально всё перевернулось с ног на голову. Которую, к слову, разрывают противоречивые мысли и вопросы.
Мне нужна помощь. Рядом нужен человек, которому я безоговорочно доверяю и с которым могу обсудить всё, что душе угодно.
Надеюсь, Зефирка не будет против того, что я вырву её из лап горячо ею любимого Руслана.
Тем более, что с того причитается.
Глава 3. Савва
Есть дельце для тебя, приезжай в «Гранж».
Наконец-то.
Я захожу в клуб, кивая знакомому охраннику, и иду в основной зал, откуда доносятся раскаты басистой музыки. Стоило миновать небольшой коридорчик и раздвинуть руками вертикальные ленты плёнки, что висят на входе, и мои барабанные перепонки готовы лопнуть от мощной громкости музыки. Впрочем, хватает пары секунд, чтобы привыкнуть к этому ощущению.
Я миную танцпол с его пьяными и дрыгающимися телами, расталкивая особо невменяемых локтями, и выхожу к столам. Грыза вижу почти сразу: вальяжно развалился на диванчике и цепким взглядом наблюдает за веселящимися парнями за его столом. Одного из них я не узнаю, и, похоже, именно его сегодня разводят на баблоесть в таких парнях что-то такое, что выдаёт в них изумрудников.
Направляюсь к ним, но тут Грыз лениво переводит взгляд на меня и едва заметно качает головой. Я киваю и иду к бару. Жму в знак приветствия руку Вара, сегодняшнего бармена, и прошу его налить мне колы. Алкоголь не переношу на духпробовал как-то, не вкатило.
А говорил, что не придёшь!
Я разворачиваюсь на стуле к широко улыбающейся Ал, которая облокотилась на стойку одной рукой, демонстрируя моим глазам глубокое декольте и голый плоский живот.
Планы изменились.
Алёна в одно смазанное движение оказывается ближе и взволнованно интересуется:
Ты сегодня с ними? Они приняли тебя?
Похоже на то, киваю я. Позже увидим.
Это хорошие новости, да? вновь улыбается она, задорно закусывая край нижней губы. То, что ты хотел.
Да, просто отвечаю я и охлаждаю горло глотком колы.
Ал полностью разворачивается к стойке, запускает пальцы в волосы грязно-розового цвета и взлохмачивает их, не переставая лукаво смотреть на меня и улыбаться.
Не выдерживаю и тоже коротко улыбаюсь.
Всё же я долго шёл к тому, что сегодня обещает быть.
Ладно, пойду дальше вертеть попкой. Подруга касается пальцами моего плеча и коротко целует меня в щеку, но отстраняться не спешит, шепчет горячо мне на ухо: Удачи, Сав, и будь осторожен.
Я провожаю Ал взглядом до одного из круглых помостов с металлическими балками ограждения. Наблюдаю, как она проворно на него взбирается и начинает соблазнительно танцевать, собирая на себе жадные взгляды пьяных завсегдатаев.
Это не основная её работа, но платят здесь больше, чем у нас в баре, где мы и познакомились, когда я ещё был разбитым горем пятнадцатилетним мальцом. Три года бок о бок нас сблизилиэта девчонка мне как старшая сестра. Но указывать ей, как зарабатывать на жизнь, я не имею права. Хотя, будь моя воля, запретил бы ей здесь появляться.
Отворачиваюсь от неё и смотрю в свой стакан, нетерпеливо постукивая по стеклу пальцами. Ждать и догонять, да? Нет ничего мучительнее этих двух занятий.
Проходит, наверное, минут десять, когда рядом появляется Кир, один из сподручных Грыза.
Грыз ждёт тебя в Углу.
Я киваю, спрыгиваю со стула и иду вдоль барной стойки до самого поворота, который здесь и зовут Углом. Грыз, засунув руки в карманы спортивных штанов, опирается спиной на стену, согнув одну ногу в колене. Я останавливаюсь рядом.
Сегодня ты сказал мне, что хочешь к нам, лениво поворачивает парень голову в мою сторону. Что ж, покажи, на что ты способен.
Как?
Изумрудника распознал?
Да.
Его заказали. Поэтому он здесь. Часть работы уже сделана, вам досталось самое вкусное.
Грыз отталкивается от стены и на ходу бросает:
Кир расскажет остальное. Дерзай, пацан.
Я стою на месте ещё минуту, пытаясь сообразить, что именно придётся делать, а затем иду искать Кира.
Он и ещё парочка парней стоит у заднего выхода, ухмыляется мне, когда я подхожу ближе и говорит:
Ща этот хмырь пойдёт в туалет. Твоя задача затеять с ним драку, понял?
Бить в полную силу?
Не сразу. Тебе нужно его раззадорить, вынудить выйти к нам. Мы будем на Заднике.
Понял.
Не подведи, скалится придурок, ощутимо припечатывая ладонью по моему плечу.
Я досадливо морщусь, взглядом провожая парней за тяжелую дверь.
Ждать изумрудника приходится ещё минут пять. Полминуты наблюдаю, как парень нетвердой походкой идёт к туалетам, а затем пру ему наперекор. Связываться с обдолбышем то ещё удовольствие, но Ударяюсь о его плечо своим и тут же пихаю его руками в грудь:
Какие-то проблемы?
Эй! цепляется он пальцами за стену в попытке удержаться на ногах. Проблемы у тебя, понял?
Что, отправишь меня к своему модному стилисту, мажорчик? припираю я его к стене, нависнув над ним.
Сва О, так я тебя сегодня видел у леркиного дома. Думаешь, ты крутой, если гоняешь на своём игрушечном байке?
Пара секунд уходит на то, чтобы умножить дважды два и понять, что несёт этот хмырь. Снова досадливо морщусь, вспоминая рыжую, и врезаю свой кулак в челюсть парня.
Тот стонет и падает на задницу. Я хватаю его за модную рубашку, вырывая с корнями пару пуговиц, поднимаю и припираю к стене:
Хочешь узнать, так ли я крут, как хочу казаться, петушок? Так пошли на улицу. Струсишь?
Сам хотел это предложить, выплёвывает он.
Я усмехаюсь и швыряю его вперёд, тут же подталкивая в спину к выходу. Парень спотыкается, едва не падает и воровато оборачивается на меня. Затем пытается выпрямить спину, чтобы не казаться напуганным перспективой драться со мной. И это ему ещё неизвестно о парнях на улице и о том, что они ему приготовили.
Ночной воздух освежает кожу и рецепторы от затхлых ароматов алкогольных паров и человеческого пота. А затем его прорезает болезненный стон мажора. Он сгибается пополам от неожиданного удара в живот, но умудряется остаться на ногах. Кир ухмыляется мне и перехватывает биту, что протягивает ему один из парней, вышедших из-за мусорных баков. Замахивается ей и бьёт едва успевшего распрямиться бедолагу по коленной чашечке. Тот хватается за ногу и орёт благим матом, захлёбываясь в собственных соплях.