Всего за 189 руб. Купить полную версию
Ничего, заявил он невозмутимо, усмехнулся беззаботно и соврал, даже не задумавшись: Просто позвонить надо было.
Ростик выпятил подбородок.
О! А я уж было подумал, это такойон загадочно покрутил в воздухе рукой, особый ход.
Для чего?
Ну-у
Договорить ему помешала Ксюша, сердито ткнула в бок.
Ростик, вот ты реально уже достал. Смирись. Не все такие, как ты. И, кстати, только к лучшему.
Ой, Ксюх
Дальше Дима уже не слушалслишком предсказуемо и привычно. Ксюша воспитывает Ростика, Ростик троллит Ксюшу, и далее до бесконечности, изо дня в день и на веки вечные.
Так, может, она чуток ошиблась со своими симпатиями, и это Дима тут третий лишний? И вся её прежняя неуверенность вовсе не из боязни подпортить дружбу, просто она ещё не определилась окончательно, с кем ей будет лучше. Ведь с Ростиком пока не стоит рассчитывать на что-то серьёзное, тот ещё долго не перебесится, а с ним, конечно, определённей и надёжней. И ещё.
Иногда много думатьбессмысленно и вредно. Лучше во всём разобраться не в теории, а на практике. Тем более Ксюша, хоть и создаёт впечатление, что ничего особенного не происходит и в ближайшей перспективе не предвидится, время от времени улучает моменты, украдкой от вездесущего Ростика придвигается поближе, осторожно дотрагивается, заглядывает в глаза, и ведь не скажешь, что эти многообещающие взгляды, эти тайные прикосновения на Диму совершенно не действуют.
Когда уже спускались по лестнице после окончания последней пары, позвонил отец.
Димка, ты ещё в своём универе?
Пока ещё да. Но мы уже на выход идём. А что?
Да я здесь недалеко, сообщил отец, предложил: Подъехать, забрать тебя?
Ну, давай.
Только тебе придётся подождать минут десять.
Хорошо, подожду.
Дима убрал телефон от уха, отключился.
Кого подождёшь? тут же влез Ростик.
Папа обещал подъехать, забрать.
А-а, с пониманием протянул Ростик, добавил с лёгкой досадой: Жаль, мне не по пути.
Дима вопросительно посмотрел на Ксюшу. Хотя им тоже только до определённого момента в одну сторону, потом их дороги расходятся, а отец не обещал развозить по домам кого-то ещё. Но можно будет высадить её возле подходящей остановки.
Я лучше тоже сама, на автобусе, откликнулась Ксюша, посмотрела многозначительно, спрятав загадочную улыбку в уголках рта, а когда расходились возле крыльца, тихонько произнесла: Пока.
Получилось у неё как-то по-особенному мягко и нежно, даже Ростик заметил и чуток насторожился. Но Ксюша ухватила его за куртку, нетерпеливо потянула вслед за собой:
Не тормози!
И, как ни в чём не бывало, зашагала в сторону дорожки, ведущей к переходу и автобусной остановке.
Ростик вскинул брови, уставившись на Диму, озадаченно хмыкнул, но потом, пожав плечами, бросился вдогонку. Вот и хорошо. Пусть Ксюху и достаёт своим непременно последующим «И что это только что было?». А Дима остался стоять на месте, глядя в сторону подъездной аллеи. Всё равно отец подкатит прямо к крыльцу, чтобы развернуться.
Отцовский тёмно-серый Hyundai Santa Fe он заметил издалека. Хотя к самому крыльцу машина не подъехала, остановилась чуть поодаль. Дима направился к ней, а отец распахнул дверь и зачем-то начал вылезать навстречу.
А ты чего? подойдя, поинтересовался Дима. В универ собираешься зайти?
Отец махнул рукой.
Нет. Для чего мне? Просто в багажнике что-то мотается. Хочу посмотреть.
Он и правда обошёл машину, открыл багажник, озадаченно уставился внутрь, потом наклонился и, видимо, что-то поправил или переставил. Дима почему-то тоже не торопился усаживаться в машину, наблюдал за ним. Хотя ведьсовершенно ничего интересного или необычного. А отец выпрямился, захлопнул крышку, развернулся и вдругзастыл. Потом, чуть наклонив голову, прищурился, будто внимательно всматриваясь, и напоследок, удивлённо вскинув бровь, вопросительно выдохнул:
Алёнка?
11
Всю пару Решетников просидел ничего не делая, демонстративно отвернувшись к окну. Хотя насчёт демонстративно, возможно, Алёна сама придумала, а у парня действительно был повод настолько сильно задуматься и ни на что не обращать внимания.
Вдруг дома чего случилось.
Ну да, конечно. Разгоним фантазию до запредельных скоростей, придумаем людям проблемы, посочувствуем, проникнемся, или даже позлорадствуем, а потом выведем к тому, что хочется нам самим. Тоже крайне подходящее занятие во время учебной пары.
Алёна продержалась почти до звонка. И пусть этот игнор устроен не специально, всё равно раздражает и злит. В конце концовдля кого она тут распинается, объясняя?
Решетников!
Он отреагировал не сразупуть из прекрасного далёко занял несколько мгновений. Повернулся к ней лицом, посмотрел растерянно, с непониманием. Видимо, вернулся ещё не полностью. А потом почему-то попросился выйти, и Алёна опять подумала, что-то у него всё-таки произошло. Но, в любом случае, её это не касается.
Одну пару с айтишниками она отработала, осталась вторая. После неё возвращаться на кафедру Алёна не будет, лучше сразу отправится домой. Надо ещё забежать по дороге в магазин, купить что-нибудь на ужин. Или вдруг опять чисто случайно мимо проедет Шарицкий и, как обычно, свозит её в какое-нибудь заведение общепита, пусть даже в ту самую немного пафосную кафешку, в которую они заглядывают обычно. Алёне с ним тоже легко и комфортно, и можно болтать абсолютно обо всём.
Но на этот раз мимо проезжал не Шарицкий. Точнее, не проезжал, а стоял на парковке перед корпусом возле своей машины, на вид весьма солидной, большой, тёмно-серой.
Сначала Алёна его не разглядела, спустилась по ступенькам крыльца прошла несколько метров, намереваясь свернуть в сторону дорожки, ведущей к автобусной остановке, привычно окинула не слишком заинтересованным взглядом окружающее пространство и
Они произнесли имена друг друга практически одновременно, наверное, и посмотрели одинаково, изумлённо, с сомнением, с недоверием.
Алёнка?
Глеб?
Он широко улыбнулся. Точно так же, как и раньше. И с тем же выражением, будто не промчались мимо долгие пятнадцать лет, будто они виделись только вчера, или вот прямо утром, случайно столкнувшись возле дверей расположенных по соседству квартир.
Ну, конечно, я, я, я, Глеб уверенно шагнул навстречу, поинтересовался, чуть насупив брови: Неужели так неузнаваемо изменился?
Совсем нет, Алёна замотала головой. Нотоже улыбнулась и тоже как раньше, не размыкая губ, ехидно скривив уголок рта и наморщив нос, могу я не поверить своим глазам?
Можешь, согласно кивнул Глеб. Я тоже не сразу поверил. Подумал, мерещится, перепутал. Просто невероятное совпадение!
Приветственные возгласы, удивление, радость от неожиданной встречивсё как положено, прилично и чинно. А вот с Шарицким было совсем не так.
Алёна шла вдоль улицы, чересчур погружённая в свои мысли, особо не фиксируя внимания на том, что происходило вокруг. Да, если честно, и смотреть-то было особо не на что. Всё как всегда. Асфальт, дома, деревья, машины, проезжающие мимо или припаркованные к краю тротуара.
В этой тоже не нашлось ничего особенно, просто кто-то вылез из неё, застыл рядом. Но Алёне-то какое дело, зачем, почему, и кто этот человек. Она не рассматривала, просто двигалась вперёд своей дорогой, но стоило с ним поравняться, он вдруг вскинул руку, вцепился в Алёнин локоть, дёрнул на себя.
Она реально испугалась, когда почувствовала на своей руке крепко стиснувшие её пальцы, когда резкий рывок заставил её качнуться в сторону, привалиться к этому странному и наверняка опасному типу. Просто чудом не заорала, только потому что сердце замерло и дыхание перехватило. И столько мыслей сразу пронеслось в голове, от абсолютно безумных до самых рациональных «Ударить, как получится, чтобы вырваться и убежать». Но тут над самым ухом прозвучало негодующее и строгое:
Непорядочно это, Одинцова! Хотела проскочить мимо, сделать вид, что мы не знакомы?
Она вскинулась, наконец-то рассмотрела и осознала, а дальше вырвалось уже само:
Шарицкий, я тебя убью! Вот честно, убью.
Не выйдет, уверенно возразил Андрюха. Я намного сильнее. И практически неуязвимый. Работа обязывает.