Виктория Хольт - Кёрклендские забавы стр 13.

 Почему бы нет?  отозвался Гэбриел.  Это отличный способ провести выходные. Лично я ненавижу что-либо планировать. Мечтаешь уехать подальше от всех, уже предвкушаешь удовольствие, но неизменно испытываешь разочарование. Нет, это не для меня. Следуй зову духавот мой девиз.

 И посмотрите, как удачно все обернулось,  вставил сэр Мэтью, улыбаясь мне.

 Я должна показать Клэр свой гобелен. Думаю, ей понравится,  сказала Сара.

Ненадолго повисло напряженное молчание. Потом Руфь тихо произнесла:

 Ее зовут Кэтрин, тетя. Не Клэр, а Кэтрин.

 Разумеется разумеется  пробормотала Сара.  Вам интересно взглянуть на гобелен, дорогуша?

 Обожаю гобелены, да только сама я никудышняя рукодельница.

 И правильно,  подхватил сэр Мэтью.  Незачем напрягать эти прекрасные глазки.  Он подался ко мне, поглаживая по руке.  Сестра немного забывчива. Иногда она уносится мыслями в прошлое.  Он поморщился.  Она уже немолода. Как и я, увы!

Они говорили о доме, о землях вокруг него, о конюшнях, в которых, к моей радости, было много лошадей, о соседях, друзьях, местной охоте и вообще о жизни в Кёркленде. Я же думала о том, что они изо всех сил стараются сделать так, чтобы я чувствовала себя здесь как дома, и что первоначальная холодность объяснялась скрытностью Гэбриела. Руфь сообщила, что в конце недели они собираются устроить званый обед, чтобы отпраздновать нашу свадьбу, и что она устроила бы прием уже сегодня вечером, будь у нее больше времени.

 Вы должны кое с кем познакомиться,  прибавила она.  Эти люди будут рады встретиться с вами.

 Кого ты хочешь пригласить?  быстро спросил Гэбриел.

 Ну Саймона, пожалуй. В конце концов, он же член нашей семьи. Еще нужно позвать Агарь, но сомневаюсь, что она приедет Может быть, священника с женой и, разумеется, Смитов.

Сэр Мэтью кивнул. Потом повернулся ко мне:

 Мы хотим, чтобы вы почувствовали себя здесь как дома, моя дорогая. Как можно скорее.

Я поблагодарила его, и, когда с ужином было покончено, Руфь, Сара и я вернулись в соседнюю гостиную, оставив джентльменов обсуждать их мужские темы. К счастью для меня, наше уединение продлилось недолго: в обществе сестры и тети Гэбриела я чувствовала себя неловко.

Почти сразу ко мне подошел муж и сказал, что я выгляжу усталой.

 Неудивительно. День был тяжелый,  пробормотала Руфь.  Мы все поймем, если вы захотите лечь пораньше.

Я пожелала своим новым родственникам спокойной ночи, и мы с Гэбриелом поднялись в свою комнату на верхнем этаже.

Когда мы вошли, Пятница выпрыгнул из корзины нам навстречу. Было видно, что и ему непросто приспособиться к новой обстановке.

 Итак,  сказал Гэбриел,  худшее позади. Вот вы и познакомились с семьей.

 Очевидно, не со всей.

 Остальные ее члены не имеют значения. Вам жить с этими людьми. Пока мы не легли, я хочу показать вам вид с балкона.

 Да, да ваш балкон. Где он?

 В конце коридора. Идемте.

Гэбриел обнял меня, мы покинули комнату и направились в конец коридора, где виднелась дверь. Мой муж открыл ее, и мы вышли на балкон. Открывшаяся мне картина была озарена призрачным светом висящей высоко в небе луны. Я увидела развалины старого аббатствавеличественный призрак некогда огромного здания; реку, темной полосой змеящуюся меж лугов; черный горб перекинутого через нее моста и за ним, в отдалении, тенистый контур вересковой пустоши.

 Какая красота!  выдохнула я.

 Когда я покидаю дом, мне этот вид снится.

 Еще бы.

 Я каждый вечер прихожу сюда и смотрю. С детства. Меня это завораживает.  Вдруг Гэбриел опустил взгляд.  Двое моих предков бросились вниз с балкона. Не с этого. В доме есть еще три балкона.

По моей спине пробежал холодок. Я всмотрелась в темноту под нами.

 Мы на самом верху здания,  сказал Гэбриел.  Прыгать отсюда вниз на плитыверная смерть. В нашем роду было только два самоубийцы и оба выбрали один и тот же способ свести счеты с жизнью.

 Давайте пойдем назад,  сказала я.  Я устала.

Но, когда мы вернулись в комнату, я снова почувствовала страх. Мгновения, проведенные на балконе, не прошли для меня даром. Слова, ненароком оброненные Гэбриелом Я вся напряглась, что было необычно для меня. Ничего, завтра все будет хорошо, пообещала я себе.

Следующие два дня я исследовала дом и окружающие его земли. Меня переполняли эмоции. Иногда непередаваемый восторг а иногдагнетущий страх. Днем мне нравилось находиться в доме, хоть я и постоянно терялась в нем, но когда наступали сумерки и я оставалась одна мне стыдно в этом признаваться у меня появилась привычка украдкой смотреть через плечо.

Никогда еще я не жила в таком большом и старом здании. Когда рядом никого не было, мне казалось, что настоящее сливается с прошлым. Объяснялось это тем, что дом был полон старинной мебели, простоявшей в одном и том же месте несколько веков, отчего невозможно было избавиться от мысли, что здание выглядит в точности так же, как сотни лет назад, когда здесь слышались другие шаги, другие голоса, другие фигуры отбрасывали на стены длинные тени.

Просто нелепо было поддаваться подобным фантазиям, когда в доме жили совершенно нормальные люди. За несколько дней я составила четкое представление о каждом из них: сэр Мэтьюжизнерадостный пожилой сквайр, любитель хорошей еды, вина и женщин, типичный деревенский помещик нашего или любого другого века; тетушка Сарастарая дева, весь век прожившая в доме, слегка слабоумная; она помнила дни рождения, взлеты и падения каждого из членов семьи, но с возрастом начала забывать, что с кем происходило, и время от времени принимала молодую жену Гэбриела за свою невестку, Клэр, давным-давно умершую жену сэра Мэтью; Руфь, ставшая хозяйкой дома после смерти матери и потому, естественно, немного недовольная появлением незваной гостьи; Люкюноша, занятый собственными делами, подобно большинству молодых людей. Обычная семья, похожая на множество других, живущих по всей стране.

Я старалась вести себя так, чтобы им понравиться, и не сомневалась, что мне это удавалось.

Разумеется, труднее всего было расположить к себе Руфь.

Я хотела дать ей понять, что не собираюсь занимать ее положение в доме. Видит бог, он был достаточно велик, чтобы мы могли жить тут все вместе, но каждый своей жизнью. Сэр Мэтью был хозяином дома, а Руфь, его дочь, стала хозяйкой, как только достигла совершеннолетия, продолжала жить здесь, выйдя замуж, и, разумеется, осталась здесь, овдовев. Я хотела донести до нее, что, по моему мнению, она имеет больше прав быть chatelaine Кёрклендских Забав, чем я.

Руфь рассказала мне о званом обеде, который собиралась устроить, и я честно ответила ей, что она должна все сделать так, как задумала, потому что я выросла в очень маленьком доме, а до замужества много времени провела в школе и никогда не занималась хозяйством.

Мой ответ ей понравился, и у меня тут же поднялось настроение.

Первое утро Гэбриел провел с отцом.

По-моему, им нужно было обсудить какие-то вопросы, связанные с поместьем, которые накопились из-за долгого отсутствия Гэбриела. Я заверила мужа, что вполне могу сама о себе позаботиться.

Я решила отправиться на прогулку с Пятницей, потому что мне не терпелось исследовать окрестности, особенно осмотреть руины аббатства, но, спускаясь, я встретила на лестнице Люка. При виде меня он дружелюбно улыбнулся и остановился поговорить с Пятницей. Оттого, что на него обратили внимание, радости пса не было предела. Несомненно, он с первого взгляда проникся любовью к Люку.

 Я обожаю собак,  сказал мне Люк.

 У вас есть пес?

Он покачал головой.

 Кто бы стал заботиться о нем, когда меня не было дома? Я часто уезжал надолго В школу на учебу. Школу я уже закончил и скоро буду поступать в Оксфорд.

 Неужели здесь некому присмотреть за собакой, когда вас нет?

 Некому. Если ты заводишь собаку, то она твоя и ты никому ее не доверишь. Вы уже осмотрели дом?  сменил он тему.

 Еще не весь.

 Хотите экскурсию? Я буду вашим проводником. Вы просто обязаны знать, как здесь все устроено. Иначе можете заблудиться. Достаточно свернуть не туда, и все. Провести вас?

Мне очень хотелось продемонстрировать Люку дружелюбный настрой, и я подумала, что лучше принять его предложение. К тому же мне и самой ужасно хотелось изучить дом, и я решила, что прогулка подождет до окончания экскурсии.