Всего за 200 руб. Купить полную версию
У меня много дел с переездом института, извиняющимся голосом объяснил он, в любом случае, вы знаете, как со мной связаться. Доктор Алишерова тоже передает привет
Сергею Петровичу предстояло сопровождать цинковый гроб с телом Светланы Алишеровны на остров Возрождения. После телефонного разговора с начальством он понял, что профессор Мендес гораздо больше озабочен побегом 880, чем гибелью собственной жены:
Жену ему доставят новую, хмыкнул Ким, а 880, судя по всему, имел отношение к профессору, когда он еще был Кардозо. Впрочем, он зря волнуется. Даже если беглеца не поймают, если он не сгинет в тайге или пустыне, если его не расстреляют китайцы, наш остров все равно недосягаем, мы в полной безопасности по спине бывшего Сабуро-сана пробежал неприятный холодок:
В полной безопасности, уверил он себя, маэстро понятия не имеет, кто я такой на самом деле, и ничего не знает об острове. И вообще, он, как все гении, занят только собой с началом приема таблеток, несколько дней назад, Генрик заметил, что он стал меньше уставать:
Один из эффектов средства, понял Тупица, господин Ким предупреждал, что так и случится. Но нельзя злоупотреблять повышением работоспособности, надо больше спать и меньше
Он надеялся, что Инге спишет его покрасневшие щеки на хорошо протопленный зал и несколько бокалов грузинского вина. К Генрику вернулись мысли, от которых он старательно хотел избавиться:
Я думаю об Адели, но не как обычно, ему стало неловко, из-за этого все происходит дольше. Час или даже два часа, словно я на отдыхе. Во время работы, если такое и случается, то мне хватает пяти минут допив белое вино, сжевав ароматную рыбку, он услышал голос со сцены:
Еврейская Автономная Республика приветствует нашего выдающегося гостя, гордость мировой музыки столы вокруг взорвались аплодисментами. Генрик, поднявшись, раскланялся:
Выступает студентка биробиджанского музыкального училища, товарищ Дора Фейгельман. Еврейская колыбельная песня, «Рожинкес мит мандельн» Генрик замер. Ласковая рука покачала его, отец смешливо сказал:
«Сурок» его не усыпил, Дора. Бетховен уступает место настоящей колыбельной запахло сладким, он прижался разгоряченной щекой к мягкой щеке матери:
Я рано начал говорить, Генрик забыл сесть, в год я уже лепетал:
Маме петь, петь темные волосы окутали его. Генрик обхватил мать ручками за шею:
Зинг-лид, капризно велел ребенок, зинг, мамеле тяжелые локоны темного каштана, падали на стройные плечи девушки, в закрытом, старомодного покроя платье:
Такие носили пожилые женщины в гетто, вспомнил Генрик, некоторые ходили с париками, с косынками, как у нее платок прикрывал голову девушки, но косы было никак не спрятать:
У нее локоны до талии, полюбовался Генрик, какая она красавица отсюда он не мог разглядеть цвет глаз девушки:
Тоже темные, наверняка, как у мамы. Ее и зовут, как маму, Дора низкий голос напомнил ему о выступлениях кузины Дате:
У Ханы голос сильнее, она могла бы петь в опере, как Пиаф. Однако техника у них похожа, они эстрадные артистки девушка смотрела прямо на него:
Рожинкес мит мандельн голос летел над столами, поднимаясь к амфитеатру и ложам, шлоф же, ингеле, шлоф Генрик сглотнул:
Я засыпал у мамы на руках. Потом она научила меня играть эту колыбельную. Надо пригласить девушку к нам, пусть расскажет о Биробиджане Генрик именно так хотел объяснить свояку свой интерес к Доре Фейгельман, в конце концов, какая страна в мире предоставила евреям свою территорию? Только СССР, другие никогда на такое не пойдут отгремели аплодисменты, он наклонился к Инге:
Я хочу с ней поговорить о Биробиджане. Ты не против, если она с нами посидит свояк пожал плечами:
Она и твой переводчик, то есть работник комитета Инге даже не понизил голоса, девица тебе будет лепить пропагандистскую чушь, и больше ничего. Но разговаривай, конечно
Генрик поманил к себе так называемого переводчика, из-за соседнего столика. Парень возраста Инге отлично владел английским и французским:
Передайте мадемуазель Фейгельман, что мы будем рады, если она согласится разделить нашу компанию церемонно сказал Генрик. Присев, он налил себе еще вина:
Это дружеская беседа, не больше на сцене зазвенел очередной бубен. Велев себе успокоиться, Тупица подышал: «Не больше».
Запотевшая золотая фольга блестела на зеленом стекле бутылок «Вдовы Клико». В мельхиоровом ведерке для шампанского плавали подтаявшие льдинки. По тарелкам с витиеватой надписью «Гостиница Центральная», размазали черную икру. Карельскую березу стола усеивал серый пепел, вокруг валялись подсохшие мандариновые шкурки. Окурок сигары ткнули в крохотную чашечку с кофейной гущей:
Сигары сейчас на западе все доминиканские у него немного заплетался язык, Куба пошла по пути социализма и разорвала торговые связи с западом. Кубинские сигары курят команданте Фидель и товарищ Хрущев его волнистые волосы падали на измятую крахмальную рубашку. В расстегнутом почти до пояса брюк вороте виднелась золотая цепочка с изящной, тоже золотой звездой Давида. Кулон переливался бриллиантами:
Это от Тиффани он ткнул себя пальцем в грудь, личный подарок от фирмы для меня рука с бокалом шампанского слегка подрагивала:
Это Vacheron Constantin, такие часы есть только у принца Филипа, иранского шаха и у меня. У меня есть и платиновый Patek отделанная перламутром зажигалка несколько раз щелкнула, он сумел зажечь сигарету, Patek Philippe. Ты о таких часах никогда не слышала шампанское полилось по обросшему темной щетиной подбородку, в Москве мне подарили ваш «Полёт», тоже золотой он хихикнул.
Расшитая бисером бретелька ее вечернего платья спустилась со стройного плеча. Шелк цвета горького шоколада облегал высокую, девичью грудь. Глаза у нее действительно оказались темными, большими, в длинных, чудных ресницах:
Я играю на скрипке работы Гварнери маэстро наклонил бутылку над бокалом мадемуазель Фейгельман, Доры, инструмент мне подарил покойный отец пухлые губы цвета спелых ягод выпустили серебристое колечко дыма:
Вы так интересно рассказываете, месье Авербах переводчик им, в конце концов, не понадобился:
Я увлекаюсь языками, товарищ Фейгельман покраснела, в школе нам преподавали французский, английским я занимаюсь по самоучителю Саша долго наставлял Куколку в правильном, вернее, неправильном произношении:
Оставьте парижский акцент, Надежда Наумовна, не употребляйте сложных слов, сухо велел он, вы сирота, вы росли в детдоме. Вам неоткуда было узнать тонкости английской и французской грамматик Наде стоило большого труда ломать язык. Едва она села за центральный стол, как доктор Эйриксен, коротко кивнув, поднялся:
Прошу прощения, мадемуазель Фейгельман, Генрик, вежливо попрощался он, как я и говорил, утром меня ждет опыт. Желаю вам приятного вечера Надя проводила глазами рыжую голову, широкие плечи в сером пиджаке. Доктор Эйриксен был выше ее:
Маэстро моего роста, от шампанского ее потянуло в сон, метр восемьдесят. Поэтому тварь, то есть товарищ Матвеев, заставила меня надеть туфли на плоской подошве Наде было брезгливо даже думать о комитетчике:
Словно он змея или паук, которых Павел в детстве таскал домой из леса девушку пробрала дрожь, в ухе зашуршал вкрадчивый голос:
Вы откроете бал вальсом Шостаковича. Мужчины не любят, когда девушка выше их ростом, в таких туфлях удобнее танцевать пела Надя на шпильках. Лаковые итальянские лодочки и вечернее платье она получила в гримерке от женщины в униформе билетерши, с повадками тюремной надзирательницы:
Их сюда привезли из женской зоны, мрачно подумала Надя, проклятая сука даже в уборную за мной потащилась вальсировал маэстро отменно:
В Лондоне я посещаю светские приемы, вернувшись за стол, он потребовал у официанта шампанское, положение обязывает он подмигнул Наде, но вы тоже отлично танцуете, мадемуазель Дора. Отменная музыка он залпом выпил бокал, мы с месье Шостаковичем хорошие друзья Надя заставила себя восторженно ахнуть. Ей хотелось выскочить из театра: