Хорошо, что вам выдадут эти документы на руки,отвлек меня назидательный шепот господина Фокста, незаметно подкравшегося со спины.Вы совсем не слушаете.
Извините, господин опекун, но адекватно воспринимать этот бюрократический поток сознания я уже не могу.
Фокст усмехнулся и сделал пометку в блокноте.
Хотелось спать и есть одновременно. Желудок недовольно урчал.
Чародеи вокруг, видимо, устав от бесполезного сидения в креслах, тихо о чем-то переговаривались. Кай Милорт отчаянно игнорировал мои пылкие взгляды.
«Сделаю вид, что влюблена во всех этих старичков из Ковена, если они так шарахаться будут. Лишь бы не донимали больше»,зло подумала я.
Лысый секретарь, похоже, решил ознакомить меня со всеми тонкостями чародейского права прямо сегодня и продолжал бубнить о каких-то делах давно минувших дней и запретах с этими делами связанных. Голос его становился все тише от долгого чтения, и Фоксту пришлось податься вперед, чтобы уловить последние хриплые тирады старика.
Решение Совета Ковена, в случае отсутствия возражений со стороны наследницы либо ее представителя, официально вступит в законную силу через
Минуточку! У нас есть свидетель!внезапно появившаяся чародейка мгновенно разрушила сонную атмосферу, царившую в зале.
Именно ее отсутствие бросилось мне в глаза. Не оставалось сомнений: дамочка замыслила гадость. За ней с траурным видом шагал мой недавний знакомыйДенис.
Я, урожденная темная чародейка Алексис Васса, член председательствующего Совета Ковена требую дополнительного рассмотрения вопроса о ментальном контроле Марьяны Криницкой малефиком Ариман на основании свидетельств, полученных из памяти призывающего Дениса Елисеева.
Я видела, как напрягся Фокст. И это показалось мне дурным знаком. Он ободряюще улыбнулся мне, но не помогло. Я испугалась. В тот вечер, когда я чуть не убила демона, моими действиями руководила Ариман.
«Свидетелей не было»прошептала ведьма в моем сознании.
«Свидетель как раз таки был»мысленно ответила я.
«Аха, мы знаем его имя. Он не посмеет»
«А если все же посмеет?»
«Тогда мы убьем его»
«Какая, к черту, разница, если при этом убьют нас?!»
Что я творю? Вступила в сговор с проклятой старухой! Может, признаться, пока непоздно?
«Тебя убьют на месте»предупредила ведьма.
Глядя на магов, притихших в ожидании на своих местах, я перехотела спорить с Ариман. Денис виновато смотрел на меня. Никогда не подумала бы, что увижу его при таких обстоятельствах.
Подлая чародейка уверенным шагом направилась к подиуму, на котором восседали маги. Заняв свое кресло, она положила на стол круглый предмет. Его назначение было мне непонятно, но чародеи, по всей видимости, знали, что делать. Они дружно ухватились за вещицу, и даже с моего места стало видно, как расширились их глаза. Взгляд чародеев стал пустым и безжизненным. Я с ужасом смотрела на эту картину. Казалось, еще чуть-чуть и пять здоровых мужиков начнут слюни пускать. Это было странно и страшно.
Не переживай,тихо сказал мне Фокст.Васса время от времени любит драматизировать, и все это знают. Ариман много крови попортила ее семье. Еще чуть-чуть и все закончится.
Но с меня и этого было достаточно. Хотелось исчезнуть. Но дальше события стали развиваться совсем неожиданно. Чародеи оторвались от странного предмета и начали оживленно переговариваться с друг другом. Они гудели, словно стая разозленных ос. До меня доносились лишь несвязные обрывки фраз:
Она не сумела бы
Мы не можем этого позволить
Не здесь же его вызывать
И тут слово взяла Алексис Васса. Ее голос был звонкий. В нем чувствовалось веселье и радостьпрямой вызов настроению всех остальных. Как же я ненавидела ее в эту минуту. И буду ненавидеть все последующие годы.
Как мы поняли, уважаемые господа, Денис Елисеевнепроявленный призывающийслучайно привязал к себе темную сущность. И сущность эта находилось в боевой трансформации, когда молодой человек общался Марьяной Криницкой,бойко тараторила Васса.И куда же она делась, скажите, пожалуйста? Каким образом, маленькая необученная ведьма могла избавиться от нее? Полностью разорвать связь? Может, она убила ее?
Чародеи дружно зажужжали на своих местах.
И каким образом, я спрашиваю вас, она могла это сделать?гневным тоном продолжала чародейка.Не с помощью ли Ариман, которая жива в теле этой девчонки?!
Она неожиданно указала на меня пальцем.
Мы ни в чем не виним тебя, дорогая,с благожелательностью, достойной лучших театральных подмостков, сказала мне Алексис.Ариман, если она до сих пор жива, должна понести наказание за свои злодеяния!
В глазах чародейки горела жажда возмездия. Я похолодела. Что меня ждет, если маги признают ее правоту?
Пора спасать твою шкуру
Я никого не убивала!неожиданно разнесся по залу мой возмущенный возглас.
Это произошло, будто само собой. В испуге я прикрыла рот рукой. И тотчас убрала. Вспомнилось, что именно по таким жестам мама и ловила нас с Марго на вранье.
Ну, ну, деточка, расскажи-ка нам, куда подевался маленький демон, привязанный к этому юноше? Ты же видела его?распевно произнесла Алексис.
Яд был в каждом ее слове.
Мой мозг лихорадочно работал, пытаясь найти выход из непростой ситуации. И в голову не пришло ничего лучше, чем заплакать. Действует же на учителей в школе. И на парней, и даже на папу. Почему же не подействует на чародеев? Пусть видят, как эта злобная ведьма обижает невиновную! И лить слезы было совсем нетрудно, учитывая охватившую меня тоску и безысходность. Я горестно всхлипывала, закрыв руками лицо.
На плечо легла чья-то ладонь. Господин Фокст успокаивающе гладил меня по волосам.
Ну, все, Марьяна, полно тебе. Не плачь,утешающее говорил он.
Украдкой взглянув на чародейку, я увидела ее злость. Мои слезы никак на нее не подействовали. Но на лицах магов читалось легкое смущение.
Я испугалась, увидев чудовище за спиной Дениса
Судорожный вздох и кивок в сторону парня.
И убежала. Но демон догнал меня,продолжала я, вытирая глаза чьим-то вежливо протянутым платком.И пытался убить. Он назвал меня «ведьмой». Я хотела закрыться от него, а с моих рук пошел огонь.
Мой голос был тихим, заикающимся.
Он начал гореть и кричать. Мне было так страшно! И потом там оказался парень Я спросила его имя
Ты узнала имя демона?!с возмущением выкрикнула Васса.
В ответ я лишь кивнула. А чародеи посмотрели на нее с укоризной.
Я требую, чтобы и демон засвидетельствовал все сказанное!
Чародеи взорвались криками. Каждый пытался перекричать другого. Я сидела, опустив глаза.
Алексис, ты сошла с ума!восклицал Кай Милорт.
Рахшепотом произнесла я, не ожидая никакого ответа.Это не я узнала его имя. Не на мой зов он откликнется
Ты тоже знаешь его имя
Рах!громко сказала я, и голос утонул во всеобщем гуле.
Ничего не происходило. И вдруг меня точно окатили ледяной водой. Из легких разом выбило воздух. Кровь стучала в висках. По голове словно ударили чем-то тяжелым. Отовсюду струился такой леденящий холод, что стало невозможно дышать.
Я слышала лишь свой исступленный крик. Вокруг кто-то суетился. Что-то горячее обожгло лоб. И в какой-то момент показалось, что меня завернули в пуховое одеяло. Холод начал отступать.
Я почувствовала, как где-то в районе солнечного сплетения загорелся маленький огонек. От него по телу разливалось тепло. Глубокий вдох, потом еще один На кончиках пальцев появилось привычное покалывание. Оковы льда, сковавшие меня, пали.
Надо мной склонились два чародея. Один из них, с длинным носом, нашептывал что-то неразборчивое, прижав к груди металлическую пластину. Рука другого лежала у меня на лбу. Рядом с ними белее мела стоял господин Фокст.
Я увидела лишь спины остальных магов, закрывающие меня от знакомого, но не слишком дружелюбного демона. Чародейки среди них не было. Окинув взглядом помещение, я поняла, что ведьма прикрывает Дениса. Вид у парня был до того испуганный, что я почувствовала себя виноватой. Но это была вовсе не моя вина! Виной всему проклятый демон.
Сообразив, что лежу на полу, я попыталась подняться. И лицо носатого чародея озарила улыбка. Действительно беспокоился?
Я опять оказалась лицом к лицу с демоном. И неважно, что архимаги прикрывали мою спину. Сейчас Рах мало напоминал то жалкое существо, что лежало в копоти на холодном кафеле в больничном туалете. Его глаза с вертикальными зрачками также горели ненавистью и презрением, но остальной вид навевал мысль о том, что я имею дело с могущественной силой, способной растоптать не только мое тело, но и душу. Он, казалось, был соткан из тьмы и дыхание егомогильный холод.
Но я не боялась, я видела его растоптанным силой Ариман.
Вы хотели видеть демона?с вызовом сказала я, обращаясь к чародейке.Так вот он: жив, здоров и чуть не убил меня. Снова!
Чародеи в зале молчали.
Вот онсвидетель, спрашивайте у него все, что нужно!зло крикнула я.
Но вконец растерявшаяся Алексис не успела задать вопрос, как Рах прошипел:
Я не стану отвечать тебе, ведьма!
Тут голос подал бородатый чародей в рубиновой мантии:
Может, ты ответишь мне?
Вид у демона стал напряженный. Из ноздрей вылетели струйки темного дыма.
Я буду говорить только с ней,хрипло сказал он, указав на меня.
Маги переглянулись, а я кивнула.
«Не спрашивай. Утверждай»пронеслось в голове.
«Ты чуть не убила меня, старуха! Не желаю тебя слушать!»
Но, стоит признать, совет был неплохим.
Скажи, что я говорила правду!неуклюже начала я.
Глаза демона злобно сверкнули.
Да
Ты подтверждаешь, что Ариман умерла
Демон скривился, словно от зубной боли.
Да. Мы видели ее на Грани
Видите, невиновна!жалобным тоном пролепетала я, оглядываясь на магов.
Верни мое имя, ведьма! Я ответил на твои вопросы!просипел демон.
«Нет!»отозвался в сознании голос ведьмы.
Я не знаю, как это сделать,сказала правду я.
Но объясниться с Рахом мне не позволили. Слепящий свет, струящийся из ладоней старого чародея в красном балахоне, окутал весь зал. И в следующее мгновение демона здесь исчез.
Глава 8. Отдаление
«Когда не знаешь, что сказать,ссорься».
© Лорел Гамильтон, «Анита Блейк»
Следующие три недели после встречи с Ковеном прошли тяжело. Все это время Марго демонстративно отказывалась со мной разговаривать. Даже объяснений не требовала.
Собственно, ничего внятного я бы ей все равно ответить не смогла.
Мне было больно от осознания, что сестра стала чужой. В каждом ее взгляде исподлобья читался упрек. И я действительно чувствовала себя виноватой, будто действительно предала ее. Еще никогда в своей жизни не ощущала так остро одиночества. Мы всегда были вместе. Хранили общие тайны, выгораживали друг друга перед родителями и могли болтать ночами напролет
Иногда казалось, что Марго намерена помириться, отбросить свою обиду, но каждый раз ее взгляд цеплялся за мой чародейский браслет. И я видела неприязнь, которую рождал в ней его вид.
Я пыталась снять браслет, чтобы не раздражать лишний раз сестру, но ничего не вышло. Тяжелая полоска серебра как влитая сидела на запястье.
Папа восхищенно рассматривал украшение и каждый раз искренне удивлялся тому, «до чего техника дошла». Фокст рассказал ему, что внутри прячется сверхчувствительный чип с передачей данных, GPS и еще какими-то высокотехнологичными штучками. Это все, конечно же, было ложью.
Как-то раз я попыталась избавиться от браслета простыми добрыми способами. В ход пошли мыло, крем для рук, масло Ничего не помогло. На следующий день по телефону со мной связался опекун. Фокст предупредил, чтобы больше я так не делала. Моя благонадежность в Ковене и так держится на честном слове. Незачем усугублять свое положение попытками избавится от средств магического контроля. Так я узнала о еще одном неприятном свойстве моего нового «украшения». К слову, не единственном.
Так, вечером после происшествия в зале заседаний Ковена я попыталась рассказать обо всем бабушке. Однако мысли мои путались, а слова не желали связывать в предложения. Все усилия обернулись жуткой головной болью. Кровь стучала в висках, тело бил озноб. Маме пришлось дать мне жаропонижающее и уложить в постель. Марго ночевала на диване в зале. Родители переживали, что я подхватила грипп, и без конца сетовали, что только их дочь способна найти подобную заразу в разгар июля.
После случившегося до меня наконец дошло, что фразы на латыни, выгравированные на моем браслете, не имеют никакого отношения к школьным занятиям. «Altum silentium»глубокое молчаниев переводе мамы обрело смысл. И это было вовсе не предупреждение ученикам не болтать на уроках, как решили родители. Браслет лишили меня возможности говорить правду!
Я призадумалась, что могут значит два других изречения, выгравированные витиеватым вензельным шрифтом рядом с первым. «Altera pars»другая сторона и «Aqua et ignis»вода и огонь.
Спросила у Фокста, и он объяснил. Первое всегда ставится на браслетах и кольцах малефиков, а второе означает лишь получение гражданских прав в чародейском сообществе. Меня успокоило это объяснение, хотя и не полностью. Приступ мигрени, вызванной «глубоким молчанием», заставил относиться к Ковену с еще большим подозрением. Частое присутствие Теодора Фокста вынуждало еще больше нервничать. Он стал вхож в наш дом. Его приветливо встречали родители. А я физически ощущала ментальное воздействие опекуна на них. Даже бабушка, знавшая правду, радостно улыбалась ему при встрече. И только Марго окатывала чародея волной холода.
В один день, когда мы с опекуном ждали своей очереди в посольстве, он объяснил: сестра испытывает к нему такую горячую ненависть, что его магия не сразу может найти брешь в такой броне. Его слова вызвали во мне тайное злорадство. Не такие уж они и могущественные, как им представляется! Правда, несмотря на бушующие эмоции, Марго спустя какое-то время все же поддалась воздействию Фокста. Когда чародей засиживался у нас в гостях, я начала замечать в сестре некоторую расслабленность. И внутри все просто клокотало от гнева.
Я не забыла, каково это, когда тебя превращают в безвольную куклу. Самое страшное, что ничего не могла с этим поделать. Чародей с равнодушной улыбкой смотрел, как сжимаются от злости мои кулаки. Браслет имел свойство стабилизировать стихийную энергию, гася непроизвольные вспышки. С ладоней больше не срывалось пламя. Кончики пальцев часто болели от нарастающей силы. Но ничего не происходило. Отремонтированный компьютер и не думал сгорать.