Всего за 479 руб. Купить полную версию
И наконец сообщил им правду.
Я пришел к вашей соседке, Бриджет Чадуэлл, сказал он. Но она еще не вернулась, а я был голоден.
Он мягко тронул голову Бена, словно благословлял его. Прикосновение жнеца успокоило мальчика. Затем жнец направился к двери, по-прежнему сжимая нож в руке, не оставляя никаких сомнений по поводу того, каким способом он будет проводить «жатву». Но перед тем как выйти, он повернулся к Ситре.
Твой взгляд проникает по ту сторону оболочки вещей, в самую их суть, сказал он. Из тебя выйдет хороший жнец, Ситра Терранова.
Ситра отшатнулась.
Я никогда не хотела быть жнецом, сказала она.
Это первое требование к кандидату, отозвался жнец.
И отправился убивать их соседку.
Этот вечер они провели почти в полном молчании. «Жатва» даже не упоминалась словно неосторожное слово могло вызвать немедленное действие.
Из-за стены, отделявшей соседнюю квартиру, не доносилось никаких звуков ни криков, ни мольбы о пощаде. А может быть, они просто слишком громко включили свой телевизор? Именно это сделал отец, как только жнец ушел, врубил звук на полную мощность, чтобы ничего не слышать. Но необходимости в этом не было жнец сделал свое дело тихо и без лишних звуков. Ситра вдруг заметила, что напряженно и не без интереса прислушивается, и то же, как оказалось, делает Бен. И оба они втайне устыдились того болезненного любопытства, что овладело ими.
Часом позже Досточтимый жнец Фарадей вернулся. Дверь отворила Ситра. На мантии цвета слоновой кости ни пятнышка крови. Может быть, он надел запасную? Или после того как сделал свое дело у соседки в квартире, воспользовался ее стиральной машиной? Нож был тоже чист, и он протянул его Ситре.
Часом позже Досточтимый жнец Фарадей вернулся. Дверь отворила Ситра. На мантии цвета слоновой кости ни пятнышка крови. Может быть, он надел запасную? Или после того как сделал свое дело у соседки в квартире, воспользовался ее стиральной машиной? Нож был тоже чист, и он протянул его Ситре.
Нам он не нужен, сказала она, вполне уверенная, что говорит и от имени родителей. Мы уже не сможем им пользоваться.
Вы обязаны пользоваться им, отозвался жнец, в качестве напоминания.
Напоминания о чем?
Жнец просто орудие смерти, но это орудие в ваших руках. Ты, твои родители, все люди мира управляют жнецами.
Он осторожно вложил нож в руки Ситры.
Все мы соучастники, проговорил он. И ты должна нести свою долю ответственности.
Наверное, жнец был прав, но после его ухода Ситра выбросила нож в мусорный бак.
Это самое сложное, о чем можно попросить человека. И ему совсем не легче от понимания того, что все это делается во имя добра, во имя общего блага. Раньше люди умирали естественным способом. Старость была терминальным состоянием, а не временным. Существовали невидимые убийцы под названием «болезни», которые уничтожали тело. Старение нельзя было обратить вспять, а кроме того, постоянно происходили несчастные случаи, и погибшие уже не возвращались. Самолеты падали. Машины сталкивались. В мире царили боль, горе, отчаяние. Большинству из нас невозможно даже представить столь опасный мир, где из каждого невидимого и неведомого угла человеку что-то угрожало. Все это позади, и тем не менее для каждого из нас очевидна простая истина: люди вынуждены умирать.
И, похоже, деваться нам некуда катастрофы, произошедшие в колониях на Луне и Марсе, доказали это. У нас очень маленький мир, и, хотя мы победили смерть, как когда-то победили полиомиелит, люди все равно должны умирать. В прошлом дело завершения человеческой жизни было в руках природы. Но мы присвоили это право себе. Мы обладаем монополией на смерть. И мы ее единственные поставщики.
Я понимаю, зачем нужны жнецы, как важна и необходима их работа. Но иногда я задаю себе вопрос: почему выбор пал на меня? А если после этого мира нас ждет мир вечности, то какая судьба ожидает в нем того, кто забирает чужие жизни?
Из журнала жнеца Кюри.
Глава 2
0,303%
Тигр Салазар выбросился из окна тридцать девятого этажа и некоторое время лежал на мраморной плаза бесформенной грудой костей и окровавленного рваного мяса. Его родители так расстроились, что даже не захотели прийти посмотреть. Зато Роуэн пошел. Роуэн Дэмиш Тигру был кем-то вроде друга.
Теперь Роуэн сидел возле постели Тигра в восстановительном центре и ждал, когда тот придет в себя после процедуры темп-излечения. Настроение отличное. В центре было тихо. Мирно. Хороший отдых от шума и суеты, царивших дома, ведь дом за последнее время наполнился таким количеством родственников, какое не вынесет ни одно человеческое существо. Двоюродные сестры, троюродные сестры, кровные родственники, полукровные А теперь еще и бабушка вернулась домой, сделав третий разворот; явилась, да еще и с новым мужем, и, в довершение всего, беременная.
У тебя будет еще одна тетя, Роуэн! провозгласила она. Ну разве это не мило?
Все это порядком достало мать Роуэна, поскольку на этот раз бабуля выбрала себе двадцатипятилетний возраст и стала на десять лет моложе собственной дочери. Мать всерьез подумывала тоже сделать разворот хотя бы для того, чтобы стать ровесницей бабушки. Дедушка вел себя более разумно. Он был в отъезде, в Евроскандии, и ухаживал там за дамами, с честью неся на плечах свои достойные уважения тридцать восемь лет.