Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Наконец Арика нащупала то, что мешало ей идти. К противоположному концу цепи крепился булыжник. Девочка обхватила его руками и попыталась поднять. Мышцы спины и ног напряглись, такую тяжесть им поднимать еще не доводилось. На лбу выступила испарина от усилий, но камень все же оторвался от пола. Арика сделала один шаг, другой. На третьем ее пальцы разжались сами собой, и она едва успела отпрыгнуть в сторону, чтобы не размозжить проклятым булыжником себе стопу. Арика попробовала поднять камень снова, но в этот раз выронила его, едва взяв, и к тому же содрала ноготь на безымянном пальце.
Со всхлипом девочка опустилась на колени.
В этот момент от стены отделилась тень и направилась прямо к ней. Арика вскрикнула, забыла про содранный ноготь и попятилась, перебирая руками и ногами, точно паук. Тень, большаявыше любого известного Арике человекаи безобразная, приближалась. Девочка дернулась, но в этот момент цепь опять натянулась: она забыла о камне! Коротко вскрикнув, Арика распласталась на полу. В отчаянии она попыталась полуползти, полукрасться, волоча за собой ношу. Но с такой скоростью она не убежала бы даже от улитки.
Не старайся, не выйдет, сказала тень скрипучим голосом.
Трясясь от страха, Арика подняла взгляд.
Красноватый свет очага осветил только одну половину лица говорившего, но и этого было достаточно, чтобы горло сдавил ужас, а сердце заколотилось еще сильнее.
Прошлым летом Арика повадилась наблюдать за работой деревенского гончарастарого Йоруса. Старик брал небольшой кусок обычной глины, скатывал его в шарик, устанавливал на диск, а потом происходило настоящее волшебстводругими словами Арика назвать это не могла. Своими узловатыми пальцами Йорус мял, сдавливал и поглаживал шарик, который крутился на диске, и через некоторое время из ничем не примечательного куска глины получалась чашка, тарелка или что-нибудь еще. Йорус обжигал сделанную посуду в печи, и она становилась крепкой как камень.
Увидев интерес Арики, старый мастер предложил ей попробовать свои силы в гончарном деле. Девочка битый час мяла, раскатывала, поглаживала, постукивала и даже умоляла кусок глины. Но то, что получилось в итоге, по-прежнему напоминало бесформенный комок, только теперь с дыркой посередине, а никак не чашку или тарелку. Посудина вышла грубой, кривой и косой. Рядом с изделиями Йоруса получившееся нечто смотрелось как гусь среди лебедейтем не менее, старый гончар похвалил Арику и даже позволил ей забрать эту поделку себе.
Так вот, лицо незнакомца напомнило девочке именно этот комокто ли чашку, то ли тарелкукоторый у нее получился. Кто бы ни слепил эту физиономию, он явно встал за гончарный круг впервые. Как результатлицо получилось грубым и кривым, напоминающим картофелину, выросшую до размеров хорошей тыквы. А закончив лепить, неведомый творила зачем-то приделал к этой морде совиные глаза. Такие же большие и круглые. С ними чудовище наверняка хорошо видело в темноте.
Не нужно бояться, сказал незнакомец, Ютул добрый. Ютул хороший.
Он потянулся к девочке своей лапищей, медленно и осторожно, но Арика вскрикнула и в ужасе закрыла лицо ладонями.
Девочка привыкнет, спокойно добавил он.
Раздались шаги, и Арика нерешительно выглянула из своего крайне ненадежного убежища. Хозяин жилища стоял слегка поодаль. Красный отсвет освещал его широкую спину.
Ютул, дрожащим голосом позвала она. Великан замер, верни меня домой, пожалуйста.
Ютул повернулся. Его рот оскалился, сверкнули большие и кривые зубы.
Теперь дом девочки здесь, сказал он.
Пройдя еще несколько шагов, великан снова остановился. Теперь в сумраке пещеры Арика различала лишь его неясный силуэт. Затем что-то скрипнуло, заскрежетало. В стене появилась щель, за которой темнота была еще гуще, но в то же время из нее повеяло свежим воздухом. Даже почти погасший костер обрадовался ветеркуна несколько мгновений вспыхнул, осветив стены и свод пещеры. Фигура Ютула мелькнула в проеме, потом скрежет раздался вновь, и поток свежего воздуха прекратился. Костер потух окончательно.
Я не стану плакать, я не стану плакатьтвердила себе под нос Арика, пробираясь к выходу. Она тащила за собой тяжеленный камень, не обращая внимания на то, как больно цепь врезается в ее маленькие ладони.
Снаружи раздался приглушенный крик, еще один, затем визг, руганьи все стихло.
Арика прибавила ходу, насколько это возможно с камнем, прикованным к ноге. Наконец она ощутила босыми ногами легкий, едва заметный сквозняк. Почти сразу рука, которую она благоразумно выставила вперед, наткнулась на стену. Девочка принялась ощупывать поверхность. Вначале ее пальцы не находили ничего интересного, но затем она обнаружила углубление. Вскоре нашлась и щель, откуда шел сквозняк.
Похоже, вместо двери Ютул использовал огромный плоский камень, который отодвигал в сторону, когда ему требовалось войти в жилище или выйти из него.
Арика попыталась сдвинуть глыбу с места, но, естественно, та даже не шелохнулась.
Эй! крикнула девочка.
Тишина.
Эй! Я здесь! Помогите!
Снова тишина.
Кто-нибудь! закричала она изо всех сил, тарабаня кулачками по камню.
Никакого ответа.
Я не стану плакать, я не стану плакать, твердила девочка, я не стану
Больше не в силах сдерживаться, Арика разрыдалась. Она плакала до тех пор, пока слезы не иссякли, но даже потом еще долго всхлипывала во мраке. Наконец, волоча за собой камень, она доползла до соломенного матраса, свернулась клубочком и уснула. Но перед тем, как погрузиться в сон, Арика дала себе обещание, которое твердо намеревалась сдержать.
Я обязательно сбегу! вслух сказала она.
***
Я обязательно сбегу! прорычал Кир. Он был так зол, что шерсть вздыбилась, а по загривку то и дело пробегали электрические разряды.
Бесенок снова попытался содрать с себя ошейник, к которому крепилась цепь, затем порвать саму цепь, оторвать цепь от кольца, вбитого в тяжеленный валун, подняться в воздух вместе с валуном, и наконецпросто сдвинуть камень с места. Как и в предыдущие десять попыток освободиться, эта тоже оказалась напрасной. И цепь, и кольцо, и ошейник держались крепко, а валун даже не шелохнулся.
В ярости Кир пнул миску с наполовину обглоданными костями. Подумать толькоего, словно какую-то псину, посадили на цепь и кормят объедками!
Ну, погоди, бормотал бесенок, в возбуждении бегая взад-вперед, отчего цепь тихонько позвякивала, покажись мне только! Уж тогда я тебе покажу, что значит приручить молнию!
Тут огромный камень, закрывающий вход в пещеру, задрожал и пришел в движение. Похоже, настало время познакомиться с таинственным похитителем.
В предвкушении Кир обнажил клыки, затем свернулся клубочком и притворился спящим, осторожно поглядывая сквозь неплотно прикрытые веки. Вот камень откатился в сторону, открыв темный зев пещеры, и порог переступила ножища, обутая в потрепанный сапог. Вот к первой ноге присоединилась вторая. На этой сапог был изношен еще сильнее: подошва спереди начала отваливаться, а сквозь дыру виднелись пальцы. Вот сапоги, тяжело ступая, подошли прямо к Киру. Своими чуткими ушами бесенок слышал дыхание существа.
Вот похититель наклонился, и Голубая молния метнулась от Кира прямо в дыру в сапоге!
А-а-ай! заорал неизвестный, когда бесенок разрядил в него сразу половину накопленного заряда. Ой! вторая молния попала точно в цель.
В воздухе запахло паленым. Кир вскочил на ноги, раздуваясь, накапливая энергию для следующего выстрела. Прежде чем он успел его выпустить, тяжелая рука отвесила ему такую оплеуху, что в голове зазвенело. Огромная лапища схватила за ошейник, и Кир почувствовал, что взлетает без всякой помощи крыльев.
На него уставилось безобразное лицо с большими и круглыми глазами.
Плохой пес! Кусачий пес, проревел похититель. Ничего! Ютул научит песика быть хорошим!
Похититель грубо швырнул Кира на землю. Падение выбило у бесенка воздух из легких и желание продолжать эту драку.
Песик будет голодный, строго, но не злобно сказал Ютул, будет голодный, пока не станет хорошим.
Уже теряя сознание, Кир увидел, как великан скрывается в гуще деревьев. Затем тьма накрыла бесенка целиком.