Всего за 449 руб. Купить полную версию
Фостер вытерла глаза тыльной стороной ладони.
И куда нам отправиться?
На Сови-Айленд. Рядом с Портлендом. Ты ведь знаешь, где это, верно?
Фостер молча кивнула. Кора попыталась стянуть с плеча свою сумку, и Фостер наклонилась и помогла ей. Дрожа всем телом, Кора всучила Фостер кожаную сумку.
Вот и хорошо. Ты моя умница. Возьми это. Кора судорожно вздохнула и, собрав остатки сил, выпалила: Адрес у меня в сумке. Там же коды к воротам и входной двери и письмо для тебя. Это объяснит все остальное, но не теряй время на чтение, пока не доберешься до Сови-Айленда. Все файлы находятся там. Тебе надо идти. По указанному адресу. Сейчас же. Бери Тейта и уходи. Торопитесь. Ты знаешь, как оставаться незамеченной. От этого зависит ваша жизнь. Иди.
Фостер зарыдала так отчаянно, что слова вырывались прерывисто, с болезненными всхлипами.
Только с тобой! Я не могу уйти без тебя!
Рука Коры заметно тряслась, когда она накрыла щеку Фостер ладонью.
Я хотела побыть с тобой подольше. Она поморщилась, и ее лицо побледнело до пугающего серого оттенка. Но я хотя бы помогла тебе, выдохнула она. Помогла найти первого. Она с трудом перевела дыхание, и ее взгляд скользнул поверх плеча Фостер. Уведи ее сейчас же, мальчик. Я верю, что ты убережешь ее ради меня.
Фостер не оборачивалась, но чувствовала присутствие Тейта у себя за спиной. Водянистые глаза Коры смотрели на девушку.
Я люблю тебя, моя малышка-земляничка. Всегда любила. С того момента, как увидела тебя. И всегда буду любить.
Я тоже тебя люблю!
Обещай, что сделаешь так, как я тебе сказала: Сови письмо мальчик. Кора задыхалась после каждого слова, и ее голос дрожал от напряжения.
Я обещаю, Кора! Обещаю!
Спасибо, малышка. Теперь, наконец-то, я могу уйти с миром.
У Коры перехватило дыхание, ее глаза, такие родные карие глаза расширились, как будто она удивилась чему-то необыкновенному, и еще теплая рука обмякла, когда женщина испустила последний вздох.
Сердце Фостер билось так быстро и так невыносимо громко, что ей казалось, будто она сама превратилась в одно израненное, кровоточащее сердце посреди футбольного поля.
Кора! закричала она. Кора!
Сильные руки схватили Фостер за плечи, подняли с земли и оттащили от неподвижного тела Коры. Фостер сопротивлялась брыкалась, визжала, требуя, чтобы ее отпустили, но с таким же успехом она могла бы сражаться с кирпичной стеной.
Эй! Прекрати! рявкнул Тейт, почти волоком утаскивая ее с футбольного поля.
Убери свои руки! Отпусти меня!
Нет! Она мертва, Фостер. И она просила, чтобы я тебя берег. Я делаю то, что она мне велела.
Фостер почувствовала, как ее тело внезапно размякло, растаяло, словно мороженое на горячем асфальте, оставив лишь темное пятно тень себя прежнего. Но она знала, что Тейт прав. И в глубине души сознавала, что Коры больше нет. Она оглянулась на скорченное тело приемной матери, позволяя футболисту увести себя с поля, прочь от той единственной, кого считала своей семьей.
Она еще не сдалась окончательно. Все, что ей нужно было сделать, это вырваться из рук парня и бежать. Кругом царил настоящий хаос люди толкались, вопили, куда-то неслись. Он бы никогда не нашел ее в этой суматохе. Фостер обвела истеричную толпу острым взглядом, выбирая момент, чтобы броситься обратно, вернуться к Коре.
И вот тогда она увидела ее.
Еву.
Стремительным шагом та удалялась прочь от футбольного поля у противоположного конца разрушенных трибун. И все время крутила головой по сторонам, как будто выискивала кого-то. Не их ли?
Снова зарядил дождь, заслонив обзор, но Фостер нисколько не сомневалась в том, что это Ева. Фостер узнала бы ее где угодно, хотя не видела Еву с двенадцатилетнего возраста. Эту женщину с бархатной темной кожей, коротко остриженными волосами и огромными серьгами-кольцами в ушах невозможно забыть. Миниатюрная ростом всего-то около полутора метров, она как будто заполняла собой все пространство, пока ее холодный, безучастный взгляд скользил по лицам охваченных паникой людей.
Фостер знала, что Кора была права. И, умирая, предупредила ее о Еве. Если я позволю Еве добраться до меня добраться до нас, смерть Коры будет напрасной.
Фостер встала как вкопанная, и Тейт, потеряв равновесие, споткнулся и едва не упал.
Не туда. Нам нужно добраться до парковки. Найти машину, прокричала ему Фостер.
Тейт кивнул.
Сюда!
Они побежали, лавируя между обломками и упавшими людьми. Фостер старалась не смотреть на этих несчастных. Отказывалась даже думать о них, израненных, окровавленных и неподвижных.
Дождь усилился, хлестал наотмашь косыми струями; девушка, опустив голову, следовала за Тейтом. Они завернули за угол, огибая футбольное поле, и внезапно, в ужасе от открывшейся перед ней картиной, Фостер остановилась и разинула рот. У нее едва не подгибались колени от увиденного. Половина автостоянки исчезла под слоем коричневой перепаханной земли. Другая половина выглядела зоной боевых действий с разбросанными повсюду искореженными машинами, секциями металлических трибун и человеческими телами. Боже, сколько же тел!
Не сейчас. Не думай о них сейчас.
Фостер поправила на плече сумку Коры и рванула вперед, к менее поврежденному участку стоянки.
Мы должны найти машину. Ты на чем сюда приехал? крикнула она. Смаргивая капли дождя, она оглядела пятачок с уцелевшими машинами, который торнадо почему-то обошел стороной. Ты приехал на машине? повторила Фостер, и сердито обернулась, когда Тейт не ответил.
Парень стоял в паре десятков шагов от нее и смотрел прямо перед собой широко раскрытыми, немигающими глазами.
Тейт! Хлюпая по грязи, Фостер подошла ближе. Нам надо ехать.
М-м-мама? Его подбородок дрожал, и Фостер не могла сказать, дождь или слезы заливали его бледные щеки. Мама! Он бросился вперед.
Фостер вцепилась в сумку и помчалась за ним.
Тейт! закричала она, протягивая руку и хватая его за локоть. Стой!
Отпусти! зарычал Тейт и вырвался из ее хватки. Я должен помочь своим родителям!
Фостер проследила глазами за его вытянутой рукой. Металл переплетался с металлом, формируя зловещую скульптуру. Длинные светлые волосы вырвались наружу из глубины этого металлического месива. Одну машину опрокинуло на крышу другой и вмяло с такой силой, что почти невозможно было разобрать, где какой кузов. Фостер стало не по себе, когда ее взгляд упал на закостеневшие расплющенные пальцы, неуклюже выглядывающие из-под рукава темно-бордовой тренерской куртки.
Папа! Тейт резко подался вперед, когда ветер сменил направление и белокурые локоны Спящей красавицы обернулись вокруг скрюченной руки.
Не надо. Фостер нащупала предплечье Тейта и крепко ухватилась за него, чтобы не только удержать парня от броска к этому ужасному могильнику, но и самой устоять на ногах. Они ушли. Как и моя Кора. Ушли навсегда. Фостер прикрыла глаза ладонью, когда внезапный порыв ветра обстрелял ее, как дробью, мелким гравием.
Тейт опять дернулся вперед.
Не надо! Фостер кинулась к нему. Тейт, ты им ничем не поможешь!
Жар лизнул лицо Фостер, и мощной взрывной волной ее опрокинуло на спину. Крики эхом отдавались вокруг, и казалось, будто земля ходит ходуном. Фостер с трудом поднялась из грязи, жадно глотая воздух. Щурясь на пламя, взмывающее вверх из груды переплетенных тел и металла, Фостер выискивала глазами белую фуфайку Тейта.
Он распластался на земле, засыпанный по пояс кусками дерева и металла. Фостер упала на колени рядом с ним, утопая голыми лодыжками в грязи, и потрясла его за плечи.
Тейт! прокричала она сквозь звон в ушах. Вставай! Мы должны идти!
Веки Тейта дрогнули и открылись.
Ч-что случилось?
Давай же! Фостер кое-как подняла его на ноги. Закинув его руку себе на плечи, она повела его прочь от огня, прочь от места упокоения его родителей, устремляясь к последнему ряду уцелевших машин на стоянке.
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, шептала она, прислоняя Тейта к старенькому пикапу выпуска начала двухтысячных годов. Фостер вцепилась в ручку двери. О, слава богу, сказала она, испуская долго сдерживаемый вздох. Залезай. Фостер снова подхватила Тейта и помогла ему забраться в ярко-красный пикап.