Больше всего парень боялся, что если Урсула сейчас расскажет об этом при всех, то о прощении Вайоли можно будет забыть. Плевать, если его выгонят из стаи и он станет изгоем. Все это Доммэ мог бы пережить. Все, кроме вероятности увидеть в глазах любимой отвращение и страх. И тем неожиданней для него прозвучал следующий вопрос ведьмы, кажется, совершенно не собиравшейся его позорить при родителях:
Ты ничего подозрительного рядом с ней не заметил? Следы какие? Зверя странного?
Доммэ отрицательно мотнул головой:
Не было никаких следов. Ни рядом, ни дальше. Такое впечатление, что ребенок упал с неба.
С неба, говоришь повторила Урсула, задумчиво потирая подбородок. Может быть, может быть Если светлая создала какой-нибудь летающий фантом, то барьер мог пропустить его магию А вот ребенок тихо бубнила себе под нос волшебница, потеряв интерес ко всем окружающим.
При ней мы нашли вот это, королева Арви вытащила из-за ворота медальон на цепочке и, сняв его, протянула Урсуле.
Ну, конечно, улыбнулась одэйя, взяв его в руки. Амулет Хранительницы. Она вложила в него всю свою силу и передала дочери. Теперь понятно, почему защитная магия барьера ее пропустила.
Кажется, не осталось никаких сомнений в том, что она наследница последней Хранительницы Света, заговорил Айт, до этого времени лишь бесстрастно наблюдавший за происходящим. Прочитайте имя Хранительницы на оборотной стороне амулета, он стремительно перегнулся через стол, переворачивая в ладони Урсулы медальон.
На плоской поверхности амулета ярко вспыхнула вязь символов, складываясь в витиеватую надпись.
Тэлларис, прочитала Урсула.
Нам надо отправляться в дорогу как можно быстрее, пронзительно посмотрел на нее одарин. Пока у Морганы здесь снова не появились шпионы и она не отследила наш путь.
Ты нашел цветы-глаза? испугано вскинулась Урсула.
Айт кивнул и добавил:
Те, что уже вырослия уничтожил, а вместе сними и проникших сюда сфирей.* Но раз Моргана нашла лазейку, скоро появятся новые.
Тогда нам и правда лучше уйти прямо сейчас, волшебница резко поднялась со скамьи, встретившись взглядом с вытянувшейся и побледневшей Вайолет. Подойди ко мне.
Вайолет смотрела на протянутые к ней ладони Урсулы, с какой-то отчужденностью думая о том, что между прошлой, беззаботной жизнью и новой, пугающей и неизвестной, остался лишь один шаг. Вот сейчас она подойдет к первой одэйе, и прежняя Вайолет просто перестанет существовать. Наивная девочка со своими страхами и радужными мечтами умрет в этой затерянной между лесных деревьев избушке.
Принимаешь ли ты сторону Света? излишне резкий голос Урсулы выдернул Вайолет из состояния мрачной задумчивости, и, высоко подняв голову, она сделала последний шаг.
Выбор Чужой и неприветливый мужчина сказал, что он у нее есть. Наверное, именно сейчас Вайолет была с ним согласна. По крайней мере, все же стоило попытаться спасти тех, кого она так любила: маму, отца, братьев, рохров, которых всю жизнь считала семьей.
Глубоко вдохнув, Вайолет спокойно посмотрела в бездонно синие глаза Первой одэйи и без сомнения произнесла:
Принимаю.
Нарекаю тебя новой Хранительницей Света, надевая на шею девушки амулет, улыбнулась волшебница и склонила перед Вайолет голову.
Растерянно оглядываясь на повторяющих за Урсулой этот жест почтения маму, отца и остальных рохров, Вайолет наткнулась взглядом на глядящего на нее в упор Айта.
Кто бы сомневался, что у темного одарина произошедшее вызовет хоть какую-то эмоцию. Нет, от него меньше всего ожидала девушка чего-то, похожего на одобрение или благодарность. И почему ее вообще задевал этот бесчувственный чурбан?
Тот самый чурбан, вызывающе нагло разглядывая Вайолет, подошел к ней почти вплотную, но лишь для того, чтобы, демонстративно порывшись в кармане свой куртки, вытащить оттуда какой-то мешочек.
Возьми, протянул он его Урсуле.
Следы будешь заметать ты. Я пойду впереди. Собери себе и ей теплые вещи. В горах будет холодно.
Мы принесли вещи для Вайолет, отозвался Одр. Из темноты дверного проема вперед выступил Кин, протягивая Вайолет туго набитый заплечный мешок. Шумно вздохнув, девушка бросилась к брату, попав в его крепкие объятия.
Я пойду с ней, к твердо отчеканившему это Доммэ мгновенно повернулись все присутствующие. Я не отпущу ее одну неизвестно с кем в дорогу, полную опасностей.
Я тоже пойду с ними, руки Кина ощутимо крепко сжали плечи Вайолет, не оставляя ей сомнений, что брат от своих слов не откажется.
Такая горячая преданность и поддержка братьев трогала девушку до глубины души, вот только все портила мысль о том, что родители в таком случае останутся совершенно одни, лишенные всякой возможности узнать какие-либо новости о своих детях.
Вайолет отчаянно замотала головой, и в этот момент заговорил отец:
Вожаки всех кланов согласны отправить своих самых быстрых и сильных рохров с вами. Каждый из них готов защищать принцессу, обещанную рохрам пророчеством Виэйры.
Белую Виэйру считали матерью всех рохров. В детстве матушка рассказывала Вайолет, что являлась она оборотням в образе снежной старицы, с длинными до самых пят седыми волосами. В глазах ее всегда танцевала вьюга, а сотканное из снежинок платье меняло свой цвет от льдистой синевы до вымораживающей белизны. Вот только ни о каких пророчествах девушка слыхом не слыхивала, и теперь упрямо смотрела на Урсулу, ожидая, что та удосужится прояснить очередную загадку.
Но вместо одэйи в разговор вновь встрял Айт, всколыхнув в Вайолет приступ какой-то бесконтрольной злости:
Все рохры не пройдут через барьер, с раздражающим спокойствием заявил он. С искрой инглии нас всего трое. От новой Хранительницы, как от мага, толку пока никакого, а мы с одэйей сможем провести через дорогу по Мертвому леднику только двоих. Если не передумали, решайте, кто это будет.
Не передумали. Я пойду, холодно бросил ему Доммэ, на что одарин лишь безразлично повел бровью.
Мне кажется, будет правильно, если с Вайолет отправимся мы с Доммэ, поддержал брата Кин. И нам спокойнее, и ей будет не так страшно.
Тяжелый вздох Арви нарушил возникшую паузу, и, обняв жену, Одр согласно кивнул:
Да, нам тоже так будет спокойнее.
На что Урсула сердито пробормотала себе под нос что-то про полное отсутствие спокойствия у нее и, превратившись обратно в угрюмую ведьму, гаркнула на рохров, чтобы выметались на улицу и не мешали ей собираться в дорогу.
Когда в доме остались только она и Вайолет, старуха, порывшись в сундуке, достала оттуда новенькие сапоги из какого-то странного материала. Поставив их перед переодевшейся в брюки и рубаху девушкой, Урсула коротко кивнула:
Обувай. Эти сносу не имеют. Из шкуры хиоза.
Хиоза? переспросила Вайолет. Кто такой хиоз?
Доберемся до Тэнэйбры, там и узнаешь, кто такие хиозы, ильсинги и прочая нечисть.
Желание знакомиться с ними у Вайолет почему-то мгновенно пропало. На голову девушки вдруг мягко опустилась сухая ладонь Урсулы, и узловатые пальцы ласково погладили смоляные кудри.
Знаю, что тебе страшно, детка, с несвойственной ей мягкостью проронила волшебница. Но дорогу осилит идущий. Ты справишься. Я, может, и не самая добрая учительница, но всем, что умею и знаю, готова с тобой поделиться.
Спасибо, прижавшись к руке Урсулы, прошептала Вайолет. Не знаю, чтобы я без тебя и делала.
Старуха тихо покряхтела, шмыгнула носом и, окинув взглядом свое жилище, похлопала девушку по плечу:
Пора. Хватит рассиживаться. Нам до утра лес пройти надобно.
ГЛАВА 8
Влажная тьма раскрыла Айту свои объятия, и он без страха шагнул в непроглядное марево, полностью изолирующее его от мира звуков, запахов и цветов.
Тягучая волна возбуждения накрыла почти мгновенно, заставляя до боли сжимать зубы и тяжело сглатывать.
По виску щекотно покатилась капелька пота, а у самого уха одарина раздался такой знакомый искушающий смех:
Ты единственный, кто так отчаянно мне сопротивляется. Почему? Айт
Имя одарина в ее устах звучало как бесстыжая ласка, царапая ножом по оголенным до предела нервам. Пульс колотился с частотой барабанной дроби, набухший член в болезненном спазме прилип к животу, и дикое желание сжать его рукой, чтобы несколькими резкими движениями закончить эту пытку, становилось навязчиво-невыносимым.