Тахира Мафи - Одолей меня стр 9.

Появляется Джульетта.

По крайней мере, я думаю, что это Джульетта.

Она выглядит абсолютно иначе.

На ней экипировка, в которой я раньше ее не видел, черная с головы до пят, и выглядит хорошо красивая, как всегда,  только другая. Кажется жестче. Зловеще. Я не ожидал, что мне понравится ее коротая стрижка,  вчера вечером небрежная, неаккуратная, Джульетта, должно быть, с утра ее поправила. Стрижка идеально завершает ее новый облик. Простая ультракороткая стрижка.

Ей идет.

 Доброе утро,  говорит Джульетта, ее голос звучит глухо, я тревожусь.

Она произнесла эти два слова так сурово и так непривычно, что я даже испугался.

 Черт, принцесса,  тихо обращаюсь к ней,  ты ли это?

Джульетта смотрит на меня,  такое ощущение, что сквозь меня,  а жестокое, ледяное выражение ее глаз ранит мое сердце, как никогда ранее.

Не понимаю, что творится с моим другом.

И потом, как будто мало еще дерьма, в дверь врывается Лена, точно ненормальная дебютантка. Наверное, ждала где-то рядом, за кулисами, чтобы эффектно выйти на сцену. Испортить Джульетте игру.

Не сработало.

Я наблюдаю, как Джульетта в первый раз встречается с Леной: так скала встречается с волной. Джульетта непоколебима и высокомерна, я горжусь тем, что она сильна,  хоть и не узнаю ее.

Джей не такая.

Не такая суровая.

Я видел ее яростной черт, я видел ее безумной,  но никогда бессердечной. Никогда-никогда. Не то чтобы я думал, будто Лена достойна лучшего приема; хрен с ней, с Леной. А вот Джульетта. Игра на публику совсем не в ее характере, это означает лишь одно: ей очень плохо, гораздо хуже, чем я думал. Хуже, чем могу себе представить. Точно боль ее изуродовала.

Я ведь знаю.

Я ее знаю.

Уорнер убил бы меня, если бы догадался о том, что я сейчас чувствую, только это правда: я знаю Джульетту лучше всех. Даже лучше его.

Математика проста: Джей и я знакомы дольше и ближе.

Она и я, чего только мы не пережили вместе! Она мой самый близкий друг.

Касл тоже мне близок, но он как отец; ни с ним, ни с другими я не общаюсь так, как с Джульеттой. Она особенная. Принимает меня таким, какой я есть. Я же даю ей возможность выплеснуть эмоции; кроме того, мне нравится, как она умеет сопереживать. Она настолько чувствительна, что даже шутка может ее ранить. Вот кто она. Она вся огромное сердце.

И какую какую версию Джульетты я вижу сейчас?

Дерьмовую.

Эту версию я не могу принять, потому что уверен: она фальшивая. Что-то идет наперекосяк.

Возросший гул сердитых голосов разбивает мою задумчивость.

Успеваю заметить, как Лена несет какой-то бред. Валентина, одна из близнецов, поворачивается к ней. Напрягаю слух, чтобы услышать, что она говорит:

 Надо было тогда отрезать тебе уши!

Я резко приподнимаю брови.

Смущенный, шагаю вперед и оглядываю комнату в поисках разгадки, однако повисшее вокруг напряжение заставляет всех замолчать.

 М-м, кх,  откашливаюсь.  Я что-то пропустил?

В ответ тишина.

Кто-то наконец вызывается объяснить. Лена. Однако я уже понимаю ей лучше не доверять.

 Валентина любит прикидываться.

Николас, другой близнец, резко, сердито отвечает ей по-испански. Валентина хлопает брата по плечу.

 Ничего. Все нормально, пусть болтает. Лена думает, я люблю прикидываться.  Тут она произносит слово по-испански.  Я вовсе не прикидываюсь.  Еще больше слов на испанском.

Стефан в шоке открывает рот, а Лена лишь закатывает глаза. Не понимаю, что происходит.

Начинаю хмуриться. Как-то странно складывается разговор.

Впрочем, когда я гляжу на Джульетту, то с облегчением осознаю: я не один такой. Джей тоже совершенно не понимает смысл их беседы. И Касл. У меня появляется мысль, что и Уорнер сконфужен, однако он вдруг начинает говорить с Валентиной на беглом испанском.

У меня кружится голова.

 Черт, брат, ты тоже умеешь по-испански? Теперь буду знать.

 Мы все говорим на многих языках,  отвечает мне Николас. Он выглядит немного раздраженным, но я ему благодарен за разъяснение.  Мы должны уметь догов

Джульетта сердито перебивает его:

 Слушайте, парни, меня не волнуют ваши личные драмы. У меня зверски болит голова и миллион дел на сегодня, предлагаю начать.

Ха!

Наверняка у Джульетты похмелье.

Спорю, с ней такое впервые. Не смертельно, конечно, но веселье то еще.

Николас мягко говорит что-то ей в ответ, а затем наклоняет голову в полупоклоне.