Ана Ховская - Рыжая стр 5.

Я, наконец, дотронулась до лица рукой, потому что казалось, что оно у меня исчезло, и ощутила что-то теплое, мокрое и липкое А нос и вовсе не чувствовала

Примерно через пятнадцать минут я оказалась в медицинском кабинете. Уже знакомая ассистентка врача Меда суетилась вокруг. А в моих мыслях крутилось одно: «Мое платье убили Оно треснуло, когда Игнат оттолкнул меня И ничего уже не исправить Неужели так будет всегда? Я верила своим цветам, а они обещали защищать меня»

И я хотела кричать на всю Вселенную: «Так не может быть!», но молча смотрела, как бардовые капли, словно слезы, падают мне в ладони

 Привет, Саша Малых, вошел врач Джон Саманти, просматривая свой визор.

Я лишь подняла глаза и снова опустила: трудно было смотреть вверх.

 Давай-ка посмотрим на твое лицо Саша, посмотри на меня

Я нерешительно подняла голову и закашлялась, оттого что кровь потекла в горло.

 Тише, тише, тут же Саманти аккуратно опустил мою голову рукой и ощупал переносицу. Так Все ясно Меда, переодень Сашу и подготовь к операции. Я подойду через минуту

Услышав «операция», я закрыла глаза и беззвучно глубоко вдохнула ртом. Внутри дрожало и холодело

Врач вернулся через минуту, как и обещал. Меня положили в длинное кресло и пристегнули прозрачными ремнями.

 Я сделаю тебе обезболивающий укол. Ты не будешь мне мешать, отворачиваться, дергаться?

«Не буду», как могла, покачала головой я.

 А ты все такая же молчунья? мягко улыбнулся он. Хорошо. Но перед тем, как сделать укол, спрошу: у тебя еще что-то болит?

Я не решалась ответить и напряглась, но ощутив пульсирующую боль внизу живота, кивнула и провела рукой от живота к бедрам. Не могла показать точнее: болел живот, копчик, пах Но больше всего внутри, там, куда никому не добраться

 Не возражаешь, если я осмотрю тебя, пока начнет действовать релаксант?

После легкого укола с двух сторон от носа я ощутила легкую слабость и закрыла глаза

Проснулась оттого, что услышала громкий голос отца. Я огляделась и обнаружила себя все еще пристегнутой к креслу и с чем-то огромным перед глазамиэто что-то было на носу. Голова тяжелая. Поморщиться не удалосьлицо онемело. Но чуть повернула голову к двери приемной врача и прислушалась.

 Андрей, расскажите, как это случилось?

 Я не знаю, меня не было дома. Сын сказал, что она упала.

«Зачем он лжет? Это ведь не он сделал?» не поняла я.

 У девочки сломана переносица, хрящ раздроблен, есть смещение лицевой кости и множественные повреждения крупных сосудов и нервов. От простого падения такого не бывает А еще у нее нарушена целостность слизистой складки влагалища

Я поняла только про нос, все остальное даже представить себе не могла, что это такое. Но внутри похолодело еще больше.

 Это что еще? недоуменно спросил отец.

 Разрыв девственной плевытак понятнее?

«Мненет!»

 Ну ну и что это чем это грозит?

 Ей нужна как пластика носа, так и гименопластика, сказал Джон Саманти.

 Так делайте. Зачем меня спрашивать? Я ничего не понимаю в этом

 Я сделал все возможное с носом. Необходимо выдержать восстановительный период. Но с пластикой лица и гименопластикой не помогу. Я работаю только шесть лет. У меня пока нет разрешения на применение специальных препаратов и проведение операций такого рода. Но в Тазире есть специалист, который может помочь.

 Это очень далеко! Будет время, отвезу, нетерпеливо ответил отец.

 Девочка останется изуродована, если не провести вовремя правильную операцию

 Вы уже сделали, что могли, что еще надо?! возмутился отец.

 Пластику нужно делать как можно раньше, иначе могут возникнуть осложнения.

 Я же сказал: я отвезу ее! Я один зарабатываю на семью, у меня нет времени

 Хорошо, терпеливо продолжил Саманти. Хотите, я сам отвезу? У вас есть пять тысяч кредитов?

 Что? Зачем?

 Столько будет стоить пластика. Это не стандартная медицинская услуга, поэтому платная.

 Вы меня разорить хотите? повысил голос отец. Я потратил столько кредитов, чтобы купить ей форму в школу на следующий год и сын в этом году оканчивает колледж, я еще не знаю, сколько придется заплатить за повторные экзамены, если он не сдаст У меня нет кредитов, чтобы красоту наводить. Нос на местеэтого достаточно для жизни!

 Разве вы не хотите, чтобы ваша дочь успешно прошла комиссию и торги? удивленно спросил врач.

 Ну вы же дадите заключение, что у нее травма?

 Да, но

 Она никогда не была красивой. Не выберут на торгах после двадцати, так в сорок лет автоматически назначат мужа. Нет у меня свободных кредитов! категорично выдал отец.

Я вжала голову в плечи, а в груди зазвенело так сильно, что все бутоны тиды захлопнулись и спрятались.

 Я говорю с вами откровенно только потому, что понимаю всю сложность ситуации и хочу помочь. Почему вы сопротивляетесь? Она же ваша дочь! уже возмутился Джон Саманти. Вы можете сделать в долгэто вполне возможно.

 Нет! отрезал отец. Не собираюсь ходить в должниках. Делайте то, что следует сейчас, и хватит на этом.

Потом в приемной долго молчали. А я почувствовала, как внутри вянут цветы Они становятся тусклыми, лепестки опадают, аромат превращается в запах металла Я сглотнула и медленно отвернулась к окну.

 Когда я могу ее забрать? снова послышался голос отца.

 Она под действием релаксанта, хотите, ждите в общем холле еще пару часов или приезжайте за ней позже, недовольным тоном ответил врач.

 Нет у меня времени рассиживаться. Я что, не могу забрать ее спящей?

 Не можете, уверенно сказал врач, и я почему-то обрадовалась. Хоть и не люблю медцентр, но сейчас здесь так спокойно и мирно в этом кресле, в этом кабинете рядом с Джоном Саманти

 Тогда сообщите мне, сказал отец и, похоже, вышел.

Когда послышались шаги, я прикрыла глаза и лежала неподвижно, ровно вдыхая и выдыхая воздух ртом. Потом кто-то осторожно коснулся моего запястья.

 Саша, ты уже проснулась? тихо произнес Джон Саманти.

Я приоткрыла глаза, но голову не повернула.

Врач обошел кресло и встал с другой стороны. Я подняла на него глаза и заметила, что он смотрит как-то странно, никто так раньше на меня не смотрел, и произнес:

 У тебя очень быстрый метаболизм, раз уже пришла в себя. Ты помнишь, как меня зовут?

Я кивнула.

 Я хочу спросить тебя, но кивков мне недостаточно. Мне нужны объяснения

Спокойный кивок.

 Как это произошло с тобой?

 Я споткнулась о кресло и, кажется, ударилась об угол стола, слабо проговорила я. А то, что вы сказали моему отцу, это очень страшно?

Врач опустил глаза и как-то грустно вздохнул.

 Ты все слышала Для жизни это нисколько не опасно.

Я почувствовала, что он что-то не договаривает. Про какие-то торги, про комиссию Я слышала, что все это как-то связано с будущим женщин и мужчин, но нам никто не рассказывал этого в школе. Это касалось взрослых А для всех я еще ребенок

 Но ведь это заживет? спросила я. Кожа всегда заживает

Врач выпрямился и прищурился.

 И часто твоей коже приходится заживать?

 А разве у вас не так? сделала я удивленные глаза. Но намек поняла. Однако не могу рассказать ему правду: если он заявит на моего брата, тот будет мстить мне с еще большей яростью.

Врач прищурился, некоторое время смотрел на меня неотрывно, яна него, а потом сказал:

 Ты права, это всего лишь кожа. Заживет. Постарайся быть осторожней

Но ему было грустно. Я благодарно кивнула.

 Я еще немного понаблюдаю за тобой, а потом отпущу. Придешь завтра на осмотр, хорошо?

Кивок.

 Ты не любишь говорить, да? грустно улыбнулся он.

 Когда это важно и есть о чем, ответила я и мельком взглянула на него. Он снова внимательно рассматривал меня.

 У нас с тобой еще пара часов, можем поговорить о чем-нибудь важном, предложил врач.

«Зачем он хочет со мной говорить?» недоуменно сдвинула брови я.

 Разве вам не надо работать?

 На эти два часаты моя работа, развел руками он, а потом вдруг вскинул указательный палец вверх и сказал: Дай мне минутку и вышел из кабинета.