Она спасла синего! ответила ему Фэдика. У неё есть особые силы!
Тебе нужно бежать, не обращая внимания на её слова, сказал мужчина. Ты понимаешь, что я говорю? Они совсем скоро придут
Синий жив? сипло спросила я, сплёвывая в раковину кровь.
Да, ответила Фэдика. Система защиты в последний миг сработала. И ты ты просто космос, подруга!
Я ничего не делала, только смотрела. Это всё тот, в чёрном
Утт взял меня за плечи.
Ты бредишь кошмарами, Ибрис. Хочешь сказать, его пытался убить его же образ?
Да, и затем он отступил!
Такого не бывает, нахмурилась Фэдика. Ты не могла видеть чужого ужастика.
«Кошмарик», «дух», «убожец»как она только ни называла образы. Утт вдруг посмотрел на свои уни-часы.
Они уже здесь. Поспешишьуйдёшь через ресторан.
Я не сделала ничего плохого!
И сможешь им это доказать? усмехнулся он. Как я в своё время?
Я бросила взгляд на шрамы, что он пытался перекрыть татуировкой. Утт дважды попадал в застенки ирцев, служителей порядка, работающих на элиту. И оба раза, по его заверениям, был не виноват, но кого это интересовало?
У тебя две, максимум три минуты, сказал мужчина. Уни оставь, по нему найдут тотчас. Или полагайся на справедливость.
Конечно, она будет полагаться на нас! воскликнула Фэдика, но я вдруг вспомнила, как много раз тщетно пыталась вызвать врача для бабушки, и как мне, из-за моего социального статуса, отказывалираз за разом, холодно и упрямо.
Пока бабушка не умерла. Им было всё равно, что человек мучается. Многих выходцев из других миров в Абрэнэ и за людей не считали Утт был прав, меня не станут слушать просто потому, что я айруна, работающая помощником повара.
Я схватила рюкзак, напихала туда всего необходимого по минимуму, и Утт со вздохом меня обнял.
Не говори нам, куда идёшь.
Как это?.. возмутилась было Фэдика, но мужчина приказал резко:
Заткнись. Он снова посмотрел на меня:Голова болит? Вот тебе замораживатель. Можешь сразу всё вколоть, полегчает.
Спасибо. Я посмотрела ему в глаза. Вас будут допрашивать, если я уйду.
И мы скажем, что ты сбежала. Больше-то всё равно ничего не знаем.
В здании сработала тревога, и я, коротко пожав им руки, ринулась к выходу из квартиры. В доме был служебный лифт для роботов, и я воспользовалась именно им, понимая, что в любой миг меня могут схватить.
Но каким-то чудом добралась до нижнего уровня, прошмыгнула на кухню и, миновав полутёмные комнаты, попала в соседнее здание, откуда выбежала в переулок. Вот уж точно в этот раз вовремя произошло внеплановое отключение энергии, которое порой провоцировало и разблокировку замков!
В ближайшую гостиницу идти было нельзя, и мне пришло в голову добраться до трущоб, где я жила пять лет назад вместе с остатками своей семьи. Район был опасный, но мне он хотя бы был знаком. А тут ещё привычно прогрохотало в вышине, и вскоре пошёл дождь.
Я закуталась в плащ и побежала укромными тропами сквозь многоцветные капли. Никто меня там не ждал, но, по крайней мере, я смогу спрятаться и всё обдумать. Город продолжал дышать, здания всё также смотрели свысокакрасивые, величественно-холодные, и особенное тревожное чувство говорило мне, что нужно поспешить. Как переселенке, мне вживили поисковый маячок ещё в детстве, но отец достал его, заменив хитрой штуковиной, которая подтверждала мой статус, но не могла быть отслежена. Я помнила в подробностях операцию по извлечению, ведь на айрунов плохо действовал наркоз, и долгое время отца боялась. Такие вот поступки, настоящую заботу, начинаешь ценить слишком поздно
Без такси добираться до старого района предстояло не меньше трёх часов, а мне к тому же очень хотелось спать. Я делала короткие перебежки, пряталась, и радовалась дождю, который сделал улицы не такими шумными. Но когда до главных ворот оставалось всего ничего, сверху вдруг упала серебряная машина, и я поняла, что путь мой окончен.
Нет, это были не ирцы. Из прэра выпрыгнул мужчина в похожем на гоночный костюме, и его лицо показалось мне смутно знакомым. Высокий, как и многие жители столицы, со светло-каштановыми волосами и пронзительным, острым взглядом красно-рыжих глаз (типичных для жителей Алой Пустоши) он излучал мощную жизненную энергию иопасность.
Сюда иди! приказал незнакомец.
Нет, отозвалась я со спокойной твёрдостью. Хотите забратьубейте прямо тут.
Неужели есть, за что? усмехнулся он.
Я знаю, что, если вы меня хотя бы коснётесьмоя жизнь мне больше принадлежать не будет.
Верно, отозвался он. И всё же подчинение лучше смерти.
Я посмотрела ему в глаза.
Для васвозможно.
Прости, но у тебя нет выбора.
Мысли лихорадочно метались. Если я попытаюсь оказать сопротивление и причиню ему вредменя посадят, а потом, скорее всего, казнят. Если попытаюсь бежатьон догонит и накажет, а тэары были весьма изобретательны на пытки. Если пойду с ним добровольно
Это же Каин! завопил кто-то, и всего за пять секунд вокруг мужчины и его прэра образовалась толпа.
Я метнулась в сторону, а не вперёд, и забежала в громадину торгового центра. В столице всё работало круглосуточно, и некоторые продавцы дремали прямо на рабочем месте, хотя в основном людей обслуживали роботы, которым не было до меня дела. Если бы мой датчик исправно работал, уже бы раздался сигнал тревоги, и кто-то их охраны центра мог меня задержать, но я была обычным гражданином, который боится спать.
Следовало быстро что-то придумать с обликом, однако пользоваться лифтом было нельзя. Я прошмыгнула в первый попавшийся отдел, прихватила несколько вещей и модный головной убор в виде капли, и, закрывшись в кабинке, принялась переодеваться. Зеркало тотчас показывало сумму приобретаемого наряда, но мне было всё равно, что спущу на шмотки кучу денег. Откуда-то я знала, что этот шопингпоследний, и неожиданно решила им насладиться.
Дурной сон, сказала я своему отражению. И не строй мне глазки, это нас не спасёт.
Порой девушкам удавалось подняться выше, если они долго играли роль любовниц кого-то из тэаров, или становились жёнами гонщиков, но по некоторым причинам мне это не грозило.
Я натянула чёрные лосины из особой дышащей ткани, облегающую серо-голубую кофту с полупрозрачными вставками по бокам и очень длинными рукавами, и спрятала волосы под капюшон красной жилетки в форме сердца. Теперь нужно было несколькими штрихами изменить форму лица, но, стоило мне коснуться панели с декоративной косметикой, как помещение магазина окутал полумрак.
Просьба всем посетителям пройти к выходу для сканирования
Я быстро выключила панель и, юркнув в соседнюю кабинку, затаилась в уголке. Айрунов называли «холодными» людьми, порой даже сканер не мог меня обнаружить. Однако потом издалека донеслись голоса, и я решилась на безумный шаг: попробовать попасть в служебное помещение. Взламывать код меня учила бабушка, и, хотя за это могли назначить огромный штраф или вовсе упечь в горную колонию, я готова была рискнуть.
В помещении для роботов было ещё темнее, и я поползла на четвереньках, стараясь не попасться сканерам. Рюкзак мешал, сердце билось как будто издалека, и казалось чужим и маленьким. Я медленно поднялась на ноги и тихонько двинулась вдоль стены, то и дело осматриваясь, чтобы ни на что не налететь. Правда, в такой темнотище было непросто ориентироваться, но пока что мне везло.
Умница, ничего не скажешь, вдруг сказал голос, и, не успела я вскрикнуть, как сильные руки по-хозяйски обняли меня сзади. Думала, не поймаю? Я обречённо закрыла глаза, а мужчина продолжил, щекоча дыханием моё ухо:Это правда, что айруны не испытывают наслаждения от близости?
Да. Но отвращение я чувствовать способна.
Он развернул меня к себе лицом, и я сразу поняла, что мужчина собирается сделать.
Нет!
Всего один поцелуй тебе не навредит.
Каждый раз в такие моменты я словно покидала собственное тело. Мне становилось холодно и пусто, и, что самое страшное, совсем не было желания сопротивляться.
Хм, едва коснувшись моих губ, сказал мужчина. Ты ледяная! Неужели боишься?
Мне всё равно, без притворства ответила я. В общем-то, у таких, как ты, привыкших получать всё, что захочется, даже нет преимуществ перед другими. Что богатый насильник, что бедныйскорее всего, после я забуду случившееся.