Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Отец, Василий Алябьев, долго горевал по жене, но маленькая дочка заставила его продолжать свой жизненный путь. Все свои силы он посвящал маленькой Ксюше, читал ей книги, учил, как не потеряться в лесу и развести костёр. Этикет, танцы, математика, стихосложениевсё, что положено знать молодой леди отец или рассказывал сам, или искал учителей. Так уже к одиннадцати годам девочка говорила на иберийском, галльском, франкскомконечно, на иберийском лучше всего.
Когда Ксении исполнилось тринадцать, им пришлось переехать в Маретинскую крепость, которая выбрала отца своим хранителем. Сейчас юной графине было двадцать лет, и за семь лет она так и не почувствовала себя в крепости как дома. Жившая до этого на юге девочка не привыкла к суровому климату севера, к долгой зиме и вечным тучам
Год назад дядька Антип уехал в поход, да пока не вернулся Отец умер полгода назад, сгорел в несколько дней от лихорадки. С тех пор в крепости стало ещё опаснеекрестьяне не воспринимали двадцатилетнюю девчушку всерьёз, морозы зимой побили деревья, долго сходил снег с полейв итоге, призрак голода хоть и не протягивал к ним костлявые лапы, но мерещился пока нереальной, а всё же угрозой.
Несколько лет назад Ксении пришлось стать сердцем Маретинской крепости. Отец совсем ослаб, а больше никого подходящего крепость не смогла выбрать. Но она не чувствовала себя как защищённой, всё равно эти места оставались чужими юной графине.
И вот сегодня, в этот день, когда небо затянуто серыми, низкими тучами, набрякшими дождевой влагой, в крепости поднялся бунт.
Одёрнув ещё раз юбку, девушка поспешила вниз.
Выйдя во двор замка, она прислушалась к тому, что громко вещал Клим с бочки, размахивая пудовым кулачищем.
А она, дочка евонная, вовсе нам не указ! Што барышня понимает! Шитьё одно у неё на уме должно быть, да детишки, а тудыть-растудытькрепостью управлять вздумала! Мы сами с усами, сами как лучше знаем. Вот пойдём, с Еремеем да Якимом, сыном Митрофановым в город-столицу завтрева, да потребуем, значица, всё, что нам, народу, причитается! И платить больше не будеммы здесь, на землице, что нам платить им, городским?
А случись неурожай великий, да голод, что ты будешь делать, Клим? Подала Ксения голос. Она говорила тихо, да везде слышно было голос сердца крепости. Мы затем налог платим, чтоб в годину лихую помощь нам была. И то, после последней кампании военной платим меньшекрепость оборонная, поблажки нам сделали. Грешно недовольными быть!
Грешно? Где ж? Вот в этом году, неурожай, а помощь где? Нетути! Так что ты не указывай нам, сами знаем, как нужно! Чай, не первый год живём!
Прошение подать нужно. Как подадимтак и помощь будет.
Народ зашумел. Но Клим, при всей своей склочности и неуёмном характере имел одно, всего одно маленькое превосходство над Ксенией. Он был мужчиной.
И это решило всё. Одна фраза, брошенная вскользь«Да что ж, вами, мужиками, девка командует!» и всё. Вспыхнуло восстание по новой, заиграла кровь ретивая в жилах у народа.
Что ж вы, окаянные, делаете! Вышел во двор старик Петрим. Вы ж на матушку нашу, на сердце крепости рот раскрыли! Грешно, осердится Богиня-мать, так всех заденет местью за дитя своё! Одумайтесь!
Это ты, старик, думай, что несёшь! А то живо тебя, как колдуна, осудим! Стар ты больно, да языкат!
Петрим схватился за сердце, Ксения во все глаза смотрела на толпу, распалявшуюся всё сильнее и сильнее.
Мужики уже не обращали на неё внимания, бунт полыхал вовсю. Незаметно отступив, она подхватила дядьку Петрима под руку и направилась к флигельку.
Нужно подумать, что она может сделать. Потому что сейчас помочь некому, всё придется делать самой. Можно только спросить совета, чтобы не нарубить дров сгоряча.
Спешка никого ещё до добра не доводила.
Глава 8
Александр хмурил брови. Солнце слепило немилосердно, покрывая пол островками желтого цвета. На синем небе ни облачкакрасота.
Император оказался прав. Творская крепостьбольшая и древняя, давила своим сердцем, которое, казалось, готово было пробить грудную клетку, немилосердно стучало и билось в оковах рёбер.
Но нельзя было не признать, что с появлением духа крепость преобразилась. Стала будто светлее, aérienne, как сказала бы сестра Лена.
Из головы всё не шла графиня с баланастолько умной собеседницы он ещё не встречал. Володковский гнал от себя мысли о ней, загрузил себя работойно всё равно, девушка нет-нет, да и всплывала в памяти.
А как она танцевала! Легко, будто пёрышко кружила по зале, безукоризненно и грациозно выписывая все па.
И так эта эфемерность легкомысленной феи не вязалась с её взрослыми выводами, с тем запасом слов, лексиконом, умением рассуждать
Александру трудно было признать, но он всё больше склонялся к мысли, что влюбился. Вот так простос первого взгляда, с пары словона заняла его голову, заставила думать о себе.
Он не мог забыть, насколько хрупкой и маленькой была её ладонь в его рукебудто игрушечнаястрашно взять, вдруг сломаешь неосторожным движением!
Поняв, что так просто юная графиня не покинет его мысли, он начал планомерно просматривать родословные графских родов страны.
Алябьевы
Был Степан Алябьевно он не подходил, так как погиб полвека назад в Ост-Вирской кампании.
Алтуфьевы, Арсеньевы
Алябин? Нет, не то
Шелестели страницы, он до боли вглядывался в выцветшие чернильные буковки. Желтые листы едва не рассыпались от старости, мать качала головойон разрывался между крепостью и архивами, стремясь найти Ксению.
Алябьев Василий
Уже ближечто про него написано?
Все дворяне были обязаны подавать записки о рождении детей в архивчтобы все родословные были указаны в точности.
Однако нужно сообщить императору, что последние лет сорок в архиве явно творится невесть что!
Так и не найдёшь никаких родных-близких, всё запутано. Chaos, désordre!
Александр мог собой гордитьсяон нашёл свою пропажу. Красавица-графиня, Ксения Алябьева, была дочкой графа Василия Алябьева и Луизы Алябьевойв девичестве де Карраско.
Итак, род найден, остаётся надеяться, что Ксенияименно та самая Ксения Алябьева.
Где же она может находиться?
Пришлось напрячься ещёпоспрашивать людей, что они знают об этой девушке.
В крепости жил один старый солдатНикола Рябой. Сражатель многих кампаний, почти ослепший от дыма и гари, он кашлял и хромал, казалось, на обе ноги и пользовался небывалым авторитетом в гарнизоне.
Александр сам многому научился у старика, и теперь, в надежде узнать хоть что-то, спросил у него про графа Алябьева с дочкой.
Как оказалось, не зря. Никола сам лично Алябьева не знал, да вот говорили солдаты, что в Северской кампании он вывел из-под обстрела своих солдат, так ещё и бил неприятеля весьма успешно.
А вот уже во время последнего похода, лет семь назад, столкнулся он с Антипом Меженским. Человеком добрым, дворянином честнымно бедным до крайности. И вот уже этот Антип рассказал про то, что ждут его друг старинный с дочкой в гости. Другграф настоящий, Алябьев Василий, а дочкато ли Ксения, то ли Оксана, то ли вовсе Аксинья. Кто ж разберёт теперьстолько лет прошло.
А где ждали-то его? Не сказал он тебе, Никола Власьевич, куда направляется?
А черт знает его! Ранили его тогда, может, вовсе чушь какую нёс. Одно твердилна север, на север. Сердце крепости, слышишь! Вы поглядите, какие у нас на севере крепости есть, Ваш Сиятельство.
Спасибо, дедушка, спасибо! Век не забуду!
Круг поиска значительно сузился. На севере было несколько крепостей, и всего у трёх было сердцеМаретинской, Литской да Остожской.
Ну что ж, беглянка-Ксения, скоро свидимся!
В том, что он найдёт её, Александр не сомневался ни минуты. Найдёт, да зашлёт сватов!
А что? Идея-то неплохая
Очень даже неплохая идея!
Глава 9
Проснулся Александр от громкого лая крепостных собак.
Раночаса четыре утра. И кому потребовалось в гости приехать в столь необычное время?
Во дворе заржала лошадь, послышались голоса.
Александр выглянул в окно, широко распахнутое по случаю жары. Посыльный отца спешивался, передавая поводья конюхам. По брусчатке нетерпеливо стучали копыта разгоряченного скачкой жеребца.