- Вы не посмеете забрать у меня дочь! - тут же завопила вовсе даже не раскаявшаяся особа.
- Она несовершеннолетняя и не имеет права что-либо делать без моего разрешения!
Даже не взглянув в ее сторону, Изабель спросила у дочери:
- Ты согласна?
Та отчаянно закивала, опасливо глядя на мать.
- Тогда ступай! - и Беатрис открыла портал, выходивший на широкое каменное крыльцо под узорчатым навесом, поддерживаемым двумя высеченными из белого мрамора кариатидами. - Скажешь, что от нас и обрисуешь ситуацию.
Девушка неосознанно посмотрела на мать, по привычке спрашивая разрешения, но та протянула руку, желая ухватить дочь за рукав, однако поднявшийся ветер быстро занес ту в портал.
- И не надо голосить, что мы не имели на это права, - меланхолично заметила Беатрис. -Это мы уже слышали. Давайте что-нибудь новенькое, а то скучно.
- Стража, стража! - завопила раздосадованная женщина, завидев идущий по парку караул.
- Грабят, убивают, превращают!
Фыркнув, Изабель дернула пальцем, и крикунья исчезла, оставив лишь вмятину на свежем снегу.
- Кто кричал? - строго спросил старший караула, подбежав на крик.
- Не мы, - весело разочаровала его Изабель, откровенно посмеиваясь над его внешним видом.
Действительно, стражник выглядел уморительно - худой, длинный, в лязгающей при ходьбе кирасе, он хотел казаться как можно более представительным и смотрел на всех с высокомерием родовитого дворянина.
- А кто тогда? - он принялся подозрительно озираться.
- Понятия не имеем, - Беатрис приняла вид кроткий и безмятежный. - Но мы тоже слышали крики. Может быть, кричали оттуда? - и она указала пальчиком за его спину.
Вояка нахмурился. Он был точно уверен, что кричала третья особа, невесть куда исчезнувшая.
- Вы арестованы и пойдете с нами! - приказал он, решив, что в участке будет сподручнее допрашивать этих странных особ.
- За что? - вторая девица вовсе даже не испугалась, а, как ни странно, даже обрадовалась, предвкушающе потерев ладони.
Вот тут-то бы стражнику и заподозрить, что дело неладно, но тот, привыкший ко всеобщему повиновению, не мог и предположить безобразной каверзы от каких-то тощих, в несуразных платьях девчонок.
- Вы неподобающе одеты! - выпалил он, - ткнув пальцем в ближе к нему стоящую Беатрис.
- Да? - невинно осведомилась она. - И что же на мне неподобающего?
Стражник хотел было сказать, что она практически голая, но на девушке вдруг откуда-то взялась длинная шубка из серебристого меха, а на голове - украшенный лентами теплый капор.
- Да вы колдуньи, - догадался он и, вместо того, чтоб извиниться, начальственно приказал, не подозревая о последствиях: - немедленно в участок! Там мы с вами поговорим по-свойски. Расколем на мах.
- Мне кажется, или в этом замшелом герцогстве в самом деле не уважают магию? - Изабель в такой же шубке и капоре повернулась к сестре, спрашивая так, чтоб ее слышали все стражники.
- Однозначно не уважают! - та радостно ухмыльнулась.
На мгновенье стражникам показалось, что возле девиц полыхнул ярко-красный огонь, но они, гордые своей благородной службой и несокрушимой верой в собственную неуязвимость, не поняли, что произошло.
- Тогда наш святой долг внушить им должное уважение, - Изабель воодушевленно просвистела бодрый мотивчик, что леди в принципе делать не полагалось. - И это замечательно!
И она, откровенно торжествуя, повернулась к старшему караула.
- Давайте-ка вы продемонстрируете нам свою невероятную воинскую выучку, - она небрежным взмахом руки превратила стоящий посредине большой клумбы розовый куст в миниатюрную крепость. - Атакуйте ее!
Стражники хотели было возразить, что им не смеют приказывать какие-то малоприличные особы, но вместо этого их руки без ведома владельцев сами выхватили оружие, а ноги понесли штурмовать маленькое, всего-то в полтора человеческих роста, сооруженьице. К их изумлению и возмущению, не желающая сдаваться крепость принялась весьма чувствительно огрызаться огненными выстрелами из игрушечных пушек.
Они попытались взять маленькую крепость с наскока, но не тут-то было! Скоро от льющегося навстречу отнюдь не шутейного огня у них сгорели плюмажи на шлемах, кирасы дочерна закоптились, тела покрылись болезненными синяками, но крепость не пала. Более того, после каждого попадания в атакующих на ее башне то и дело звучали победные фанфары.
Больше всего старшему караула было жаль своих роскошных усов, обгоревших после первого же залпа вредоносной крепости, и торчавших теперь под его носом жалкими серыми обглодками.
Привлеченный шумом и выстрелами, вокруг них стал собираться любопытствующий народ, то воодушевляющий вояк звонкими выкриками, то становившийся на сторону маленькой крепости и подбадривающий уже ее.
Сестры, уютно устроившиеся на стоящей неподалеку деревянной лавочке, по их приказу ставшей мягкой и теплой, удовлетворенно наблюдали за веселым сражением, громко аплодируя удачным выстрелам маленькой героической крепости.
Неизвестно, сколько времени бы продолжалось это забавное зрелище, если б перед ними не появился герцог-младший.
- Какая досада! - вздохнула первой увидевшая его Изабель и тихо прошептала сестре: -Как не вовремя. Только-только мы вместо помощи несчастным и увечным занялись приятными развлечениями, как появились разные неприятные типы и тут же нам помешали.
Анрион с любопытством обошел крепость вокруг, получив от нее пару крепких огненных зарядов, легко уничтоженных им еще на подлете. Потом пробормотал развеивающее заклятие и вместо яростно сражающейся крепости появился изрядно потрепанный розовый куст.
- А это идея! - он с благодарностью посмотрел на сестер Салливерн. - Для учений наших войск вполне можно использовать эти несложные превращения. Спасибо. Кстати, доброе утро, мы сегодня еще не виделись, - и он учтиво поклонился.
- Ваша светлость! - к нему прорвался обгоревший старший караула. - Прикажите арестовать негодяек! Они колдуньи, заставили нас, благородных стражников, стать посмешищем для всего города!
Герцог потемнел.
- А что же такое вы совершили, что вас заставили стать посмешищем?
Стражник замялся, внезапно осознав, что недовольство герцога направлено вовсе не на девушек, а на него.
- Эээ, - заблеял он, - я-то ничего, просто подумал...
- Мы неподобающие одеты для вашего сверхсолидного города, - развязно заявила Беатрис, решив-таки сыграть за Изабель. - Нас просто хотели отвести в участок, чтоб расколоть на мах!
- И что это значит? - обратился Анрион к стражнику таким спокойным голосом, что тому, пышущему жаром после сражения с прикинувшимся крепостью упрямым розовым кустом, вмиг стало холодно под мокрой от пота рубахой. - Как-как вы решили расколоть уважаемых гостей моей матушки?
- Простите, ваша светлость, - взмолился тот. - Мы же не знали, что это благородные леди, уж очень они были не по-нашенски одеты!
- А сейчас мы как одеты? - Беатрис с вызовом провела рукой по своей шубке и подбоченилась. - По-вашенски?
Герцог с нескрываемым скепсисом наблюдал за ее неумелым актерством. Но стражник все принимал всерьез и, с испугом попятившись, признал:
- Все в порядке, госпожа, вы одеты вполне подобающе.
- А теперь? - и она вернула себе свой настоящий облик.
Стражник умоляюще посмотрел на герцога, не зная, как поступить. Но тот с улыбкой наблюдал за девушкой и гримас неинтересного ему человека попросту не видел.
- Вы хороши в любом наряде, прекрасная Беатрис, - восторженно произнес, чувствуя неодолимое желание прикоснуться к ее оголенной руке. - Может быть, пойдем погуляем?
- Что я тебе говорила? - с довольной миной сказала Изабель, тоже сбрасывая неудобный морок. - Он нас отличает!
- И как это ему удается? - маркиз Журский сделал шаг вперед, и, слегка поклонившись, предложил ей свою руку для опоры, глуповато пошутив: - Вы же зеркальные отражения друг друга! Сами-то себя не путаете?
Оставшийся в одиночестве Криспиан вовсе об этом не жалел. Более того - такое положение вещей ему ужасно нравилось. Магини и их возможности его попросту пугали, единственное, чего он хотел - находиться от них как можно дальше.
Анрион все-таки уступил своему желанию и подхватил Беатрис под руку, с удовольствием касаясь ее гладкой прохладной кожи, хотя это она должна была опираться о его локоть, а он служить даме опорой и защитой.