Всего за 399 руб. Купить полную версию
Как только мы окажемся в «слепой зоне» Тихого океана, сказал Фарадей, мы уйдем со всех камер и радаров. И никто не сможет нас найти, даже Гипероблако. Живы мы или мертвыникто не будет знать.
А это означало одно: если они погибнут в результате попадания метеорита, если случится с ними какая-то неожиданная катастрофа, дроны не прилетят и не заберут их в восстановительный центр. Они умрут на веки вечныекак когда-то люди Эпохи смертных. Или как их современники, подвергнутые жатве.
То, что самолет летел не на автопилоте, а им управлял Фарадей, Муниру успокаивало лишь в незначительной степени. Она доверяла опытному в житейских делах жнецу, но тот, как и любой другой человек, мог совершать ошибки.
Впрочем, Мунира сама была виновата. Это она ведь определила, что в южных областях Тихого океана есть слепая зона, куда не проникает недреманное око Гипероблака, небольшой участок, заполненный островами, точнее, атолламиостатками древних вулканов, превратившихся ныне в цепочки круглой формы островов. Отцы-основатели скрыли этот регион от Гипероблака и всего мира.
Вопросзачем?
Три дня назад они встретились со Жнецом Кюри и Жнецом Анастасией, чтобы поделиться своими подозрениями.
Будь осторожен, Майкл, сказала Фарадею Жнец Кюри.
То, что Госпожа Смерть взволновалась по поводу их предстоящего путешествия, обеспокоило Муниру. Кюри была бесстрашна и тем не менее боялась за них. А это кое-что да значило.
У Фарадея тоже были свои сомнения, но он не стал делиться ими с Мунирой. Лучше уж быть в ее глазах этаким героем без страха и упрека. После встречи с Кюри и Анастасией они на коммерческом самолете, инкогнито, отправились в Восточную Мерику, намереваясь последний участок пути преодолеть на частном самолете, который нужно было еще добыть. Хотя Фарадей и имел право воспользоваться любой вещью, которая ему приглянуласьнезависимо от того, кому эта вещь принадлежала и каких размеров она была, он редко так поступал. Его целью было оставлять как можно меньше следов в жизни людей, с которыми его сводила судьба. Если, конечно, они не подлежали последующей жатве. В таком случае след был ясно очерченным и тяжелым.
Но с тех пор, как Фарадей сымитировал собственную смерть, он не занимался жатвой. Если бы он вернулся к работе, жнеческое сообщество непременно узнало бы о том, что он жив, об этом сигнализировало бы его кольцо. Сначала Фарадей хотел избавиться от кольца, но потом передумал. Это был знак почета, предмет гордости и самоуважения. Фарадей по-прежнему оставался жнецом и не хотел выказать неуважения кольцу, расставшись с ним.
Со временем он понял, что все меньше и меньше хочет заниматься жатвой. Кроме того, у него появились и другие заботы.
Добравшись до Восточной Мерики, Мунира и Фарадей провели день в Энджел-Сити, местечке, которое в Эпоху смертных отличалось особым блеском и помпой. Теперь же город был превращен в тематический парк. На следующее после прибытия утро Фарадей натянул мантию, которой почти не пользовался с момента своего исчезновения из жизни жнеческого сообщества, отправился к местной марине и взял лучший из стоявших там на приколе самолетоввосьмиместную реактивную амфибию.
Позаботьтесь о том, чтобы у нас было достаточно топливных элементов, сказал Фарадей менеджеру марины. Нам предстоит трансатлантическое путешествие, и мы собираемся отправиться как можно быстрее.
Фарадей и без мантии представлял собой внушительную фигуру. В мантии же он был по-настоящему величественен, как лучшие и самые знаменитые из жнецов.
Мне нужно переговорить с владельцем самолета, с дрожью в голосе сказал менеджер.
Нет, прервал его Фарадей. Владельцу вы все расскажете после того, как мы улетим, так как я не могу ждать. Сообщите ему, что самолет я верну, как только выполню стоящую передо мной задачу, и что я щедро заплачу за аренду.
Хорошо, ваша честь! сказал менеджер.
Что он еще мог сказать жнецу?
Фарадей вел самолет, а Мунира следила, чтобы он вдруг не задремал. Кроме того, она считала каждую воздушную яму, которую они встречали на пути. Пока насчитала семь.
Если Гипероблако контролирует погоду, почему оно не избавит воздушные коридоры от турбулентности и воздушных ям? ворчала она.
Погоду оно не контролирует, отозвался Фарадей. Оно влияет на нее. Кроме того, Гипероблако не может вмешиваться в дела жнеца, даже если уважаемому коллеге последнего не нравятся воздушные ямы.
Мунире, с одной стороны, понравилось, что Фарадей более не называет ее своим помощником. Отыскав «слепую зону», она доказала, что достойна статуса равноправного исследователя. С другой сторонычерт бы побрал ее прозорливость и догадливость! Видите ли, надоело ей сидеть в уютном кресле ночного библиотекаря Александрийской библиотеки! Нет, нужно повсюду совать свой любопытный нос! А что гласит транссибирская поговорка из Эпохи смертных? Любопытной Варваре в дверях нос оторвали!
Они пролетали над безликими океанскими просторами, когда совершенно неожиданно радио взорвалось громким стоном. Стон был абсолютно оглушительным и длился около минутыдаже после того, как Фарадей выключил радио. Мунира боялась, что у нее разорвет барабанные перепонки, а Фарадей даже бросил управление и прикрыл уши, отчего самолет едва не сорвался в пике. И вдруг ужасный звук прекратилсятак же быстро, как начался. Фарадей вновь взялся за ручку управления.
Что это было? спросила Мунира, по-прежнему испытывая звон в ушах.
Фарадей, держа ручку управления обеими руками, не сразу пришел в себя.
Думаю, это какой-нибудь электромагнитный барьер. Вероятно, мы как раз пересекли границу «слепой зоны».
Больше уже они мыслями к тому шуму не обращались. И ни Фарадей, ни Мунира не знали, что этот же звук был слышен по всему миру и в определенных кругах был он назван «Великим Резонансом». Звук этот сопровождал гибель Стои, и одновременно с этого же момента замолчало Гипероблако.
Но так как Фарадей и Мунира, долетев до «слепой зоны», оказались за пределами сферы его компетенции, они ничего не знали из того, что происходит в мире. Отсюда, с высоты, они ясно видели погруженные в воду вулканические кратеры Маршалловых острововбольшие лагуны с опоясывающими их точечно разбросанными островами и островками. Атолл Айлук, атолл Ликиеп. Ни домов, ни причалов, ни каких-либо развалин. Все говорило о том, что люди вряд ли когда жили в этих местах. В мире существовало множество отдаленных, с виду совершенно диких мест, но специальные подразделения Гипероблака тщательнейшим образом оборудовали эти места всем, что необходимо для поддержания соответствующего уровня безопасности: в лесной чаще скрывались радиобашни и посадочные площадки, на которых в готовности стояли медицинские дроны. Если кто-то из попавших в это захолустье людей будет ранен или даже погибнет, дроны тут же отнесут его в ближайший восстановительный центр.
Здесь же, на островах, не было видно никаких следов человека. Зловещая картинка!
Уверен, что когда-то здесь жили люди, сказал Фарадей. Просто Отцы-основатели либо подвергли их жатве, либо, что более вероятно, переселили за границы «слепой зоны», чтобы об их делах никто не узнал.
Наконец, в зоне видимости возник атолл Кваджалейн.
Беги туда, где спасут тебя, в страну волшебную Нод, к югу от Уэйк, в царство теней, процитировал Фарадей детскую считалочку. Да, они оказались именно там, куда направил их детский стишокв семистах милях к югу от острова Уэйк, в самом центре «слепой зоны».
Вы волнуетесь, Мунира? спросил Фарадей. Страшно хочется, наверное, узнать, что такого особенного знали Отцы-основатели, верно? Разгадать головоломку, которую они нам оставили. Так?
Нет никакой гарантии, что мы там что-то найдем, сказала Мунира.
Да, вы известный оптимист, усмехнулся Фарадей.
Как знали все жнецы, Отцы-основатели утверждали, будто оставили для человечества запасной планна тот случай, если порядок, при котором жнецы должны контролировать численность населения, а Гипероблако обеспечивать его существование, не будет работать. Некое альтернативное решение проблемы бессмертия. Но никто уже серьезно не воспринимал такие разговоры. Зачем нужен запасной план, если жнецы на протяжении боле двух столетий отлично справляются со своими задачами? Об альтернативном плане никто и не думал, пока существующая система не дала сбой.