— Вот не было печали, — я напряженно соображал, как им помочь. Ничего кроме выхлопной трубы на ум не приходило, но где ее взять, я не представлял. Оставался лишь один способ. — Дарен, посмотри на меня, я здесь, — встретив мутный взгляд носфера, я очень отчетливо и внятно проговорил. — Если ты не знаешь такого заклинания, которое помогло бы вам дышать, — он медленно отрицательно покачал головой. Я так и думал, поэтому продолжил, — вам с Олией нужно будет снова спуститься вниз. И с периодичностью, примерно один раз в час выбираться наружу, увеличивая промежутки нахождения на открытом воздухе: сначала пара минут, потом пять и так далее. Вам надо попытаться привыкнуть к большему насыщению воздуха кислородом, чем внизу под землей. Если даже в лазе, через который мы выбрались, будет тяжело дышать, то тебе придется разжечь небольшой костер, который сожжет лишний для вас кислород. Только не увлекайся, а то задохнетесь от других причин. А теперь пошли, спустим вас вниз.
Пока я заново освобождал крышку люка от мусора, пока отодвигал ее в сторону, Деран и Олия, пошатываясь и задыхаясь, после каждого шага, добрели до входа в туннели. Оказавшись возле черноты провала, носфер просто спрыгнул вниз, я же протянул руку Олии.
— Держись крепко двумя руками, в тебе весу чуть больше, чем в хорошо упитанном баране, так что я тебя спокойно спущу вниз, а Деран примет там, — она кивнула и обхватила меня за руку. Начав спускать ее вниз уже где-то на середине пути почувствовал, что тяжесть стала меньше. Носфер догадался поддержать Олию за ноги, и тогда она опустила мою руку. — Ладно, сидите здесь и лечитесь, а я пойду разведаю, что здесь происходит, — и, задвинув крышку, снова забросал ее лесным мусором, чтобы хоть немного замаскировать.
Оставшись в одиночестве, я еще раз осмотрелся. Туман уже клубился на уровне колен и становился плотнее, но звезды все еще проступали на начавшем сереть небе. Сориентировавшись, я направился из рощи прямо на замок. Дойдя до крайних деревьев, остановился, не решаясь выйти из-за такой ненадежной, но все же защиты. Практически сразу за деревом, за которым я стоял, начиналась деревня, раскинувшаяся вокруг замка, и, чтобы попасть в нее, мне всего лишь необходимо было преодолеть плетень, огораживающий заросший бурьяном огород. Не было слышно ни квохтанья кур, ни лая собак, даже лесные птички не просыпались и не приветствовали щебетом наступившее утром. Вокруг стояла мертвая, пробирающая до костей тишина. Тряхнув головой, чтобы сбросить наваждение, я решительно вышел из-за дерева, перемахнул через плетень и направился к едва виднеющейся в предрассветном тумане крестьянской избе.
Глава 10
Прокравшись мимо хозяйственных построек: добротных, но уже несших на себе следы заброшенности, я выглянул во двор. В принципе, я ожидал увидеть нечто подобное, но все равно открывшаяся картина заставила содрогнуться от омерзения к захватчикам. Жестокость должна быть обоснована. Я не отрицаю ее как инструмент достижения собственных целей. Но жестокость просто ради жестокости, для чего это нужно? Для получения своего, извращенного удовольствия, ведь результатов этой жестокости, кроме того, кто это совершил, все равно никто больше не оценит.
Когда-то этот двор был образцовым и хозяевам не было стыдно принимать гостей, даже, если в гости заглянет сам барон. Площадка перед домом и дорожки, отходящие во все стороны, были тщательно посыпался щебнем и утрамбованы, что до сих пор никаких намеков на вездесущие сорняки не наблюдалось. Может быть, это было и к худшему, потому что растительность сумела бы скрыть произошедшее здесь когда-то зверство, которое сейчас было выставлено на всеобщее обозрения в виде груды костей. То, что некоторые фрагменты скелетов лежали отдельно от основного костяка, ясно указывало на то, что тела были расчленены, и дай Пресветлые боги, чтобы люди при этом были уже мертвы. Отдельно лежали два маленьких черепа — детских черепа, а рядом с ними буквально порубленный на части скелет большой собаки. Видимо, преданное животное пыталось защитить хотя бы детей до последнего. Но тела лежали здесь уже давно, раз я наблюдаю лишь кости без единого фрагмента мяса. И из этого следовало, что трупы никто не убрал, не похоронил. Да что они за скоты-то? Неужели сложно было хотя бы братский поминальный костер сложить? Твари, какие же они твари! Кулаки сжались сами собой, и в голове промелькнула мысль, что окажись здесь неподалеку хотя бы один длинноухий выродок, он бы очень сильно позавидовал тем, кто когда-то жил в этой мертвой деревни. А то, что деревня полностью мертва — это было очевидно, никто не смог бы жить в вони разлагающихся тел. Этих бедолаг похоронили бы, останься здесь кто-то в живых, и сделали бы это тайно, если бы захватчики запретили трогать тела. То же самое можно сказать и о захватчиках, они здорово здесь повеселились и ушли, бросив останки несчастных жителей на произвол судьбы, потому что жить тут они не смогли бы, и предприняли определенные меры по наведению хоть подобия порядка.
Ну что же, всего лишь зайдя в деревню, даже не проходя дальше первого от рощи дома, я выяснил главное, в замке и его окрестностях сравнительно безопасно, из-за отсутствия эльфов. Но нужно все же проверить. И прежде всего замок, потому что жрать хотелось так, что живот начал издавать громкие рулады, а под ложечкой ощутимо засосало.
Как вариант оставалась, конечно, охота, но тут передо мной вставали в полный рост несколько проблем. Во-первых, охотиться с мечом, как ни крути, довольно сложно, а магия может привлечь ненужное внимание, если у эльфов существует какая-нибудь система отслеживания. Во-вторых, даже, если бы я додумался до какого-нибудь примитивного лука, то убил бы очень много времени на его изготовление, и, в-третьих, сколько бы времени я убил, выслеживая чисто теоретическую добычу даже подумать страшно. Потому что я не припомню рассказов, что дичь сама под выстрел лезла, чтобы ее добыть нужно приложить определенное количество усилий, а так как у меня не было специфических навыков, то эти усилия можно смело умножать на три. Ну, а в подвалах замка можно, опять-таки чисто теоретически, найти что-нибудь законсервированное для длительного хранения, да хоть той же магией запечатанное, которая внимание уже не привлечет, потому что давно в этом секторе фонит. И, кстати, надежда на то, что я смогу что-нибудь найти, была далеко не призрачной, и имела гораздо больше шансов, чем моя предполагаемая охота, потому что что-то мне подсказывало, что эльфы могут не жрать наши продукты, просто не в состоянии их переварить. Хотя они могли их намерено испортить. Но гадать можно было до бесконечности, пока не проверю, ничего не узнаю.
Пройдя через двор, стараясь не задеть кости, я выглянул из-за дома на улицу. Вроде бы пусто, но мороз по коже все-таки пробежал, вызывая сонм мурашек: что это — предчувствие неприятностей, или просто ощущения потусторонней жути, которая при всем желании не могла пройти мимо такого приятного для нее в плане антуража места. Да и не только антураж мог привлечь в эту деревню великое множество различной нечисти — столько неупокоиных душ при всем желание не могли не оставить заметный след в плане пополнения местного бестиария. И вот тут я эльфов вообще не понимаю. Им что, приятно соседство с нежитью и нечистью? Или они их не боятся? Очень сомнительно, что нечисти есть дело до расовой принадлежности жертвы, ей главное — чтобы было чем в зубах поковыряться, а эльф ты, носфер, человек или хрен с горы — какой-нибудь мавке по барабану. Хотя, учитывая страсть длинноухих к мелорнам… Хрен его знает, может они специально всякую дрянь культивируют, чтобы потом мужественно ей поклоняться.
Одно меня радовало, сейчас было утро, а, как известно, на солнце нечисть удар не держит, а нежить вообще прячется, чтобы не загореть до ровного слоя пепла на живописной полянке. Так что время на предварительную разведку обстановки у меня есть, а там поди Диран раздышится, и более детально мы все осмотрим уже вместе, потому что, как ни крути, а я был рад тому, что носфер с нами увязался, потому что в одиночку я вряд ли был способен сделать что-нибудь полезное, и, скорее всего, мы бы сейчас с Олией пытались прорваться к границе, чтобы вернуться потом с подкреплением. А пробираясь к границе, мы наверняка привлекли бы внимание и потеряли время, а самое главное, принцип внезапности, потому что меня бы уже ждали в Гроумене и далеко не факт, что даже при наличии подкрепления мне удалось бы добраться до столицы. Так что, то, как все в итоге вышло, можно считать самым идеальным вариантом.