Увидев, что Марго открыла глаза, банкирша с выдохом сказала:
- Ну и напугала ты нас дорогуша, весь дом наш на уши поставила. Популярная наша.
- А где Гиреев? - не узнавая собственный голос, спросила Маргарита.
- Да вот только полчаса как изволил отлучиться от вашего ложа, к нам новеньких доставили, аж трех человек, сейчас он с Наргиз их по палатам распределяют, - ответил мельник.
- Ладно, раз тебе лучше я пойду, - сказала Вера. - Галочка пошли курнем, вдвоем, коль этой, - она помолчала и добавила - королеве, пока нельзя.
И откуда она знает мою кличку, подумала женщина, да здесь все про всех знают, одна я только в неведении.
К ней подошел Аслан
- Вы это бросьте Маргарита Сергеевна вне очереди помирать, во все порядок требуется, - и улыбнулся. - Это Далилович вас выходил, вы хоть знаете какой сегодня день?
- Нет, - честно призналась Марго и через силу улыбнулась, - но я знаю, что это прекрасный день.
- Маргарита Сергеевна когда сможете, отобедаем вместе - предложил Аслан, - если не в ресторане, то хоть в нашей трапезной - и смущаясь вышел. Шаркая негнущимися ногами за ним ушел и мукомол.
Крупные капли пота стекали с ее лба, слабость была такая, что не было сил, их стереть, да еще что-то твердое кололо в грудь. Марго с трудом протянула руку и вытащила икону. Ей не казалось, она действительно держала в руках ту заветную животворящую икону с бесконечно лучащимися глазами. Оберег всех обреченных!! Маргарита смотрела на богоматерь и ей казалось, что глаза на иконе наполняются слезами, не в силах больше сдерживаться, Марго разревелась в голос.
Ей было жалко себя, ей было жалко мельника, ей было жалко всех пациентов хосписа, ей было жалко их родственников, ей было жалко уехавшую умирать домой торговку Анастасию, ей было жалко Григория и Филиппа, лежащих на втором этаже, ей было жалко трех новеньких, которых она еще не видела и не знала, но ей уже было их жалко.
ГЛАВА 35
В дверь постучали.
-Да, войдите, - каким-то не своим голосом сказала Марго и спрятала икону под подушку.
В комнату вошел человек, которого увидеть у себя она никак не предполагала, это был Узбек. Показав ей букет ее любимых полевых цветов и не найдя в палате даже подобия вазы, он просто положил цветы на подоконник.
- Вы позволите? - сказал он показывая на кресло.
- Да конечно - еле слышно предложила Марго.
Узбек сел.
Помолчали.
- Бывших следователей не бывает, - без какого либо предисловия начал Узбек, - я знаю, что вы не верите в несчастный случай с этой медсестрой Кариной, я так же догадываюсь, что вы ведете еще какое-то свое расследование. В любом другом случае, я сделал бы все, что бы вы незамедлительно покинули это место, более того, я очень не хотел, что бы вы тут оказались вообще. Но я не мог отказать Силе - и еще он надолго замолчал, а Марго не знала, что ответить.
- Вы, вы... - он не находил подходящего слова, - вы очень похожи на мою жену Катюшу, если бы она дожила до вашего возраста, она наверняка выглядела так же. Когда Сила показал мне ваше фото, я просто потерял дар речи.
Он еще помолчал.
- Давайте договоримся с вами - не надо никого ни о чем расспрашивать, не надо ничего расследовать, вы здесь всего лишь пациент, такой же как и остальные. Я со своей стороны сделаю, все возможное, что бы вас вылечили, - затем как-то осекся и добавил, - что бы жили максимально долго. Мне бы очень не хотелось, что бы обстоятельства вынудили меня выписать вас из этой клиники, без права возвращения. Я надеюсь, мы поняли друг друга.
Он решительно встал и не прощаясь вышел.
ГЛАВА 36
Марго долго лежала и думала над словами Узбека, она была довольна собой, она смогла таки наступить на больной мозоль, она не знала еще как, но что-то нарушила, и ее уже бояться. Тумблер привычно щелкал, думай королева думай, бог дает тебе еще немного времени. Ее не пугают смертью, теперь ее смертью не запугать, ей предлагают жизнь-это забавно, воистину неисповедимы пути твои господи. И все же сколько людей волновались за нее, когда она лежала в забытьи, это как понимать, на нее надеются или это что-то иное. Ладно, королева, хватит валяться, надо жить, надо идти и что-то поесть, ее кажется, Аслан в местный ресторан приглашал, подумала женщина и про себя еще раз улыбнулась.
После ужина они с Асланом вышли во двор и устроились на одной из скамеек.
- Маргарита Сергеевна, я хотел поделиться мыслями о Филиппе.
- Это тот спортсмен который сейчас на верху находится? - спросила Маргарита.
- Да о нем.
- И что же вы хотите мне сказать.
- Я конечно не врач, и всех тонкостей наших боячек не знаю, но мне кажется, что он не очень как бы и больной.
- Объясните по подробней, - попросила Марго.
- Да мне трудно объяснить - продолжал Аслан, - ну например, он до того как его на верх перевели в процедурную почти не ходил и уколы ему, что-то не делали.
- Аслан, а может быт ему уколы уже не помогают. - сказала Маргарита.
- Возможно, но он иногда еще и зарядку делает.
- Ну так он спортсмен, у него наверное много летная привычка.
- Мне вот курить нельзя категорически, а я курю - привычка, вот и у него привычка, такое же вполне возможно, если у человека большая сила воли, то он упражнение через боль может делать. Мы сейчас в таком состоянии, что уже поздно что-либо кардинально в нашей жизни менять.
- Может быть - согласился Аслан, - но как-то грустно все это, человек физические управления делает, а его на второй этаж переводят. И еще вы наверное заметили, что наши домофоны, не только передают голоса, но и принимают.
- Поясните, - спросила Марго, радуясь тому, что не ей одной такая мысль в голову пришла.
- Ну, понимаете, эти устройства просто идеальная вещь для подслушивания, микрофон есть, слушай себе когда и кого захочется.
- А кто мог нас слушать? - заинтересовалась Маргарита, напрочь забывая все советы Узбека.
- Не знаю, но люди с нашими болезнями в бреду много чего могут наговорить. Я когда ваш компьютер подключал интересную программку увидел, скачал себе, но пока запустить на своем компьютере не могу не получается. Может, подскажите, как ее адаптировать.
- Увы, не подскажу ибо сама не знаю, но то, что в мой планшетник кто-то кроме вас заглядывал это факт.
- Маргарита Сергеевна, я вам рассказал, что думаю, если понадоблюсь, можете на меня рассчитывать, - сказал Аслан и пошел к себе в палату.
Маргарита осталась сидеть на скамейке.
К ней медленно двигался Мельник.
- Увидел вас в окно и пришел вот засвидетельствовать свое почтение - еще издали, не дойдя до скамейки начал он. - Рад, что - он помолчал, пересилил себя, - ты в добром здравии. Если честно переживал за тебя здорово, но видно ты нужна еще кому-то на белом свете.
Марго хитро прищурилась.
- Идемте ко мне в палату, я вам кое, что покажу.
- Опять книгу подбросили? - спросил он.
- Нет на этот раз кое, что по интересней. - ответила женщина.
Они долго шли к зданию, было видно, что каждый шаг дается мельнику с большим трудом, но он старался виду не подавать и топал как робот -андроид.
В палате Марго сунула руку под подушку - иконы там не было. На глазах женщины, опять невольно выступили слезы.
- Вот здесь лежала, сама положила, хотела вам показать.
- Не горюй голубушка. - просто ответил мельник. - Все просто кто положил ее тебе, тот и забрал. Ты хоть помнишь, кто у тебя во время твоей болезни побывал.
- Нет Иннокентий Николаевич всех не помню, говорят главврач был, Галина была, банкирша, Аслан, еще врачи были.
-Да - задумался мукомол, - большой список получается. Жаль у нас тут сейфы не предусмотрены, да собственно говоря, и это не велика преграда. Давай я тебе о новеньких расскажу, чай интересно про новобранцев узнать. Двое мужчин и одна женщина. Она вроде бы из этих, из Администрации, а мужики вроде бы бизнесмены, как звать величать пока не знаю, но все не старые, им бы еще пожить, а вот глядишь ты, уже сюда сподобились.
ГЛАВА 37.
Сила прислал очередное послание, наследство у Митрича конечно знатное и квартира хорошая в центре города и дача на побережье и вклад солидный имеется. Но завещание он ни кому не оставил, а посему согласно закону, в наследство все желающие могут вступить только спустя пол года и то, если не выявятся другие дальние и неизвестные наследники , претендующие на честно заработанные богатства покойного. Получалось, что из-за наследства лишать старика не было никакого смысла, ну помер бы он сам через неделю другую какая разница, все равно пол года ждать.
Марго попросила Силуянова ускорить поиск ответов на свои ранее переданные вопросы и заодно пересказала разговор с Узбеком.
На столе сиротливо лежала не весть, откуда взявшаяся книга « Исторические места Причерноморья», Марго открыла ее, цветные фотографии, обычный сладко - рекламный текст, как вариант ее принесли, что б икона на нее опиралась, но почему именно ее, повертев книгу в и так и этак, женщина заметила, что в корешке книги лежит сверток, с трудом вытащив его, она раскрыла рукописный текст.
Письмо ни к кому конкретно не обращенное.
«Я сидел в Аэропорту, мы с друзьями ждали регистрацию на рейс самолета вылетающего в Грецию, была у меня возможность посетить и полуостров Халкидики и монашескую республику. Вдруг ко мне подошла немолодая женщина, робко улыбнулась, умоляюще посмотрела на людей меня провожающих
-Я случайно услышала, вы на Афон летите. Просьба у меня к вам великая: Там икона есть, в Ватапедском монастыре, говорят, от рака лечит. Как называется, не помню, но там знают. Я с собой бумажную иконочку всегда ношу, сын у меня - она заплакала привычно и горько, как плачут настрадавшиеся и ни на что не надеющиеся люди.
Она протянула моим спутникам уже слегка примятую небольшую иконочку с восседающей на царском троне Божьей Матерью. На коленях Богомладенец, правой рукой благословляющий, а в левой держащий свиток. Сзади, за троном, два ангела. Один простирает руки, другой сложил их крестообразно на груди.
- "Всецарица"!- почти одновременно воскликнули мы. - Давай, матушка, адрес. Тут явно Божий промысел - еще бы немножко и я улетел. Ты права, на Афоне эта икона. Буду там, приложим эту к той, чудотворной. Как вернусь - сразу дам знать .
По возвращении, я конечно тут же в аэропорту икону вернул женщине. А чуть позже узнал, что наша дорогая Вера Марковна тяжело заболела, вечером того же дня долго не мог заснуть, сна не было и в помине, перед глазами как наяву, стояли чудотворные иконы монастыря . "Отрада или Утешение", "Предвозвестительница", "Расстрелянная" иконечно "Всецарица". Первый список с иконы был сделан только в 1993 году и только для Греции. Стали люди замечать, что перед иконой получают исцеления от рака.
Той же ночью я как мог, по памяти, нарисовал богородицу, никакой я не иконописец, но рука сама собой тянулась к кисти и краскам.
К утру все было готово и тот час отнес ее в дом Веры Марковны.
Люди добрые, кто увидит мое творение, не судите меня строго, то, что я сотворил, по указанию свыше призвано спасать. Наверное, не только больных тяжкими недугами, но и уставших жить без веры, упавших и не поднявшихся вновь. Не видеть их - грех. А увидеть - значит поверить. По вере нашей, по вере...»
На этом текст заканчивался.
В голове у Марго щелкнул тумблер, по этому письму, люди Узбека смогут разыскать иконописца, а этого нельзя допустить. Нельзя чудотворные иконы производить конвеерным методом, нельзя причинять боль таким людям как автор этой иконы. Но и уничтожать это письмо тоже нельзя. Вот еще одна проблема на мою королевскую голову. Если я передам письмо Еремею, не отдаст ли он его прямиком в руки Узбека. Но микросхему ведь он не передал, отнес Силуянову или сначала отдал Узбеку, а уже потом Силуянову. Кто-то приносил и уносит икону, кто-то принес эту книгу, интересно тот кто принес эту книгу, знал о письме или нет. И где икона сейчас, может у Григория или у Филиппа на втором этаже. Не может же она сама перемещаться в пространстве, а если может, она же чудотворная, если она способна от таких тяжелых болезней исцелять, то перемещаться в пространстве, наверное для нее не так уж и трудно. И все же она решилась, пошла к Еремею, по дороге в сторожку на скамейке встретила даму в черной вуали.
- Элеонора Витальевна здравствуйте, - сказала Марго, на языке вертелось обычное - как себя чувствуете, но в хосписе, такой вопрос старались никогда не задавать.
- Присаживайтесь, - сказал голос-динамик из под вуали, - вы к сторожу, его еще нет.
- Элеонора Витальевна, как вы догадались? - спросила Маргарита.
- Дорогая, это не трудно, на этой алее много скамеек, сейчас они все пустые, если бы вы хотели посидеть, то вам не зачем было бы пересекать всю рощу, так же весьма мало вероятно, что вы шли на встречу со мной, если бы я вам было нужна, мы много раньше пообщались по домофону, остается только Еремей, я сижу здесь довольно давно и его не видела.
- Элеонора Витальевна, до вас никакие новости про икону богородицы больше не доходили? - поддерживая разговор, сказала Марго.
- Я так понимаю, она наверное у вас или вернее была у вас, - ответила женщина под вуалью.
- С чего вы так решили?
- Видите ли, у вас был сильнейший приступ, конечно, наши врачи самые опытные в здешних местах, они и они не всемогущи, тем не менее, вы живы и даже беседуете со мной. Значит это чудо, а на него способна только она.
- Еще я спрошу если можно, - попросила Марго, в голове вдруг всплыл монолог Узбека, она его тут же отогнала и сказала, - извините, если это бестактно, но вам делают очень болезненные уколы.
Голос-динамик ответил выдержав минуту.
- Да бывает, делают, этим обычно Сирена грешит и еще покойная Кадарская горазда была, как-то раз я от господина Пуманова такой укол схлопотала.
- Не знаете, чем это объяснить, это неумение медсестер колоть или лекарство такое, что от всех наших разных болезней лечит.
- Вы, пожалуйста, не удивляйтесь тому, что я сейчас отвечу, это только мое предположение. Я так думаю, что на всех нас испытывают какой-то новый препарат.
- Если поможет, кому-то очень большие деньги перепадут, а если нет, то на все воля божья, днем раньше, днем позже.
- А главврач в курсе не знаете, это с его ведома происходит.
- Не знаю, но кое кто из врачей точно в курсе, сказала Элеонора Витальевна, идите вон ваш Еремей объявился.
Марго встала и пошла к сторожке, интересно голос Элеоноры Витальевны можно на записи принять за мужской или нет. Марго не сдержалась и выругалась про себя, когда же этот Силуянов ответит на вопросы, я же не на курорте, вопросов все больше и больше, а времени все меньше.