Никто не расходился. Собаки, наконец смолкли, наступила тишина. На улице занялся летний рассвет. Стало как-то зябко от утренней прохлады. Вернулся главврач.
- Ее нет ни в ординаторской, ни в процедурной, ни в жилом отсеке - и беспомощно развел руками.
В холл как-то нерешительно боком вошел Еремей.
- Однако, ментов вызывать надо, - сказал он и показал рукой в сторону оврага. - Там мой рыжий стоит, а внизу на дне оврага, что то, лежит, темно не разглядеть, но видать человек сверзился.
- Может Матлабуддину позвонить? - предложил Гиреев, - пусть сам решает.
Узбек и местный участковый приехали друг за другом, потом приехала и оперативная группа. Уже совсем рассвело, обитатели хосписа не расходились и толпились поодаль, держась друг за друга и кутаясь в пледы принесенные из своих палат.
Марго подошла к оперативникам, представилась, главврач тоже побывал внизу и сейчас отряхивал землю с халата и брюк.
- Следов насилия нет, следов борьбы -нет. - Сухо произнес он, глядя куда-то в сторону.
Участковый и оперативники писали заключение - несчастный случай, шла ночью поскользнулась в темноте и полетела вниз.
Подошел мельник, по привычке взял Марго за локоть отвел в сторону.
- Вы в это верите? - и сам ответил, - Я нет.
В трапезной приехавшие на смену повара выглядывали из своего помещения, но желающих позавтракать не находилось.
Гиреев и Узбек, работали с оперативниками, писали бумаги, Мельнику и Марго тоже пришлось пообщаться со следователем, где были, что слышали и прочее, но проводил эту процедуру дежурный следователь весьма формально, ведь их эксперт, да и сам главврач легенда экспертного отдела в один голос заявили, никаких следов насилия нет. Труп уже увезли на вскрытие, так, что ему оставалось только собрать нужное количество протоколов, чем он и занимался, то и дело, поглядывая на часы, смена подходила к концу, и перерабатывать положенное никак не хотелось.
Через час все было закончено и за столом остались Аслан, Марго и конечно Иннокентий Николаевич, повара принесли вкусный брусничный напиток и горячие блины. Ели молча, первым заговорил Аслан:
- Ну чего ее ночью понесло к оврагу, там ведь еще и живая изгородь, хоть невысокая, но есть, она что специально через нее перелезла, что б упасть. Может пьяная была?
- Да Главный говорил, что от нее не пахло, да вроде бы она и не грешил этим, молодая еще. А подруга закадычная Сирена уже знает?
За этими разговорами они вышли в холл и у Марго опять щелкнул тумблер, на стене висел график и там было прописано, сегодня ночью должны дежурить Пуманов - Кадарская. А Пуманова она сегодня нигде не видела.
ГЛАВА 29.
В процедурном кабинете, Марго застала Гавриила Даниловича, он приветливо кивнул ей предлагая располагаться на кушетке. Работал он один, медсестры не было, поэтому процесс подключения проводов и шлангов несколько затягивался, что бы как-то разрядить гнетущую обстановку, женщина спросила:
- Как там наши на верху, как Григорий, как его самочувствие?
- Да уж получше, чем у Кадарской, - пытался пошутить врач, но лицо его оставалось серьезным.
- Я что-то давно не вижу Виктора Васильевича, - снова задала вопрос Маргарита, - он, что постоянно на втором этаже?
- Сей доктор, - с некоторой иронией ответил Гавриил Данилович, - по указанию владельца данного заведения отбыл вчера в командировку за препаратами. Так, что нас здесь совсем мало осталось, вы уж пожалуйста ведите себя хорошо, соблюдайте режим, а сейчас замолкаем, я включаю аппаратуру.
Не смотря на укол, на этот раз Марго была в полном сознании, и пыталась понять, зачем Кадарской понадобилось ночью идти к оврагу, перелазить через живую изгородь, что бы свалиться и сломать себе шею. Неужели Гиреев не понимает, что это очередное убийство, с его то опытом или он что-то знает, но не хочет об этом распространяться. Она теперь и сама могла различить собачий вой, этот аргумент конечно к делу не подошьешь, но отставные псы Узбека, очень четко отличали естественную, смерь человека от насильственной. Даже в том случае, если человек умер сам, но от ран полученных в перестрелке.
Из за своей фамилии и манере вести допросы, бывшие сослуживцы за глаза, да и в глаза тоже называли ее королевой, она к этому прозвищу привыкла и даже не обратила внимание когда главврач ее так назвал, может быть, он таким образом на что намекал, может быть ей надо обратиться за помощью к своим сослуживцам. Прошло уже много лет, как ее по болезни комиссовали из органов, она не очень долго поработала преподавателем, но не смогла смириться с системой взяток, а поломать эту систему ей было не по силам. Сейчас вместо прокуратуры следствие ведет специальный созданный комитет, конечно там полно знакомых, но именно знакомых, да и не выпустят ее отсюда, а в хоспис приглашать не родных людей, как-то не принято, вот и выходит, что опереться она может только на своего Ватсона, да еще возможно Аслана, однако не факт. Да он знает про микросхему, догадывается о смерти Кадарской, и возможно о смерти Митрича, но, что он за человек, о нем я почти ничего не знаю.
Он же мог предложить свою помощь в прослушивании информации записанной на микросхеме, наверняка в его среде, есть люди, обладающие такой аппаратурой, однако он предоставил разгадывать эту загадку мне.
ГЛАВА 30.
На этот раз она сама дошла до своей палаты, но от бессонной ночи и усталости не раздеваясь, бухнулась на постель. Ей опять снилась икона, она видела лучистые глаза богородицы, которые смотрели на нее не мигая, а далекий голос похожий на мамин повторял ласково: ты будешь жить, ты обязательно будешь жить!!!
На мгновение ей показалось, что это ей не снится и на прикроватной тумбочке стоит икона богоматери, опять без подставки, она пыталась ущипнуть себя, что б понять сниться ей это или нет, но не смогла, сил не было совсем.
Марго проснулась уже вечером, посмотрела на тумбочку, она точно помнила, что та была застелена затейливой украинской скатертью вышиванкой, сейчас скатерть была немного смята, и главное на ней лежала книга « Исторические места Причерноморья», толстая в красивом твердом переплете.
Вот Чудеса, подумала Марго, ну книгу мне мог только мельник подложить больше не кому, странно сплю я чутко и уж его шаркающие шаги обязательно бы услышала, да и странный он сделал для меня выбор. Зачем человеку знать про исторические места, которые он наверняка не посетит никогда.
Марго взяла в руки книгу, обычное областное подарочное издание такие дарят членам делегаций или детям увлекающимся историей родного края.
Набрала на домофоне код мельника:
- Иннокентий Николаевич, и не стыдно вам в комнату к спящей женщине заходить, а если бы я в неглиже была? - хотела добавить еще, что либо язвительное, но передумала.
-Дорогая моя, акститесь и в мыслях не было, и чёй-то вы решили, что я на такое ребячество сподобился.
-А книга на тумбочке у меня чья?
- Какая книга, - удивился мельник, - мои все при мне извольте прийти и убедиться.
Мало мне двух убийств, так еще и таинственное появление книги расследовать, подумала она и отправилась в душевую.
Приняв душ и вдоволь наплескавшись, Марго вернулась в комнату - книги на тумбочке не было!!
Всю эту историю Маргарита рассказала при встрече своему Ватсону, тот призадумался и потом произнес на распев, раньше девушкам цветы, конфеты поклонники подбрасывали, а теперь выходит книги, только зачемже подарок назад забирать.
- У нас палаты понятное дело не запираются, всяко, может с нашим братом случиться, но, что б к женщине без спросу, я что-то такого за здешним народом не припомню. Григорий наверное на такое мог решиться, да еще покойный автогонщик слаб был до вашей сестры, но у обоих понимаешь, имеется сто процентное алиби говоря вашим языком.
- Иннокентий Николаевич, я давно хотела вас попросить, обращайтесь ко мне на ты, мне это будет приятно, жаль, что мы с вами на брудершафт не выпили, но какие наши годы. Еще выпьем.
Во дворе стояла большая машина, вокруг нее суетились Главврач и Гекслер.
- Иннокентий Николаевич, если вам не тяжело пойдем, посмотрим, в чем там дело.
- А и ходить голубушка не надо, я эту бибику хорошо знаю. Понимаешь Маргарита, - с трудом переходя на ты сказал мукомол, - бывают случаи когда народ здешний не хочет свои последние дни в этих стенах проводить и кочевать с первого этажа на второй, а желает отдать богу душу в своей кровати в кругу своих родных, близких и друзей. Редко, конечно, но бывает, что сия машина увозит отсюда тех, кто принял такое, очень не простое решение. Дома, нет такого ухода, нет приборов и препаратов, способных продлить наше бренное бытие, зато там есть родные лица, есть друзья, есть то, что тебя окружало многие годы. Выбор этот каждый для себя делает сам. И поверьте, возможно, этот выбор один из самых важных в этой жизни.
Марго прилипла к окну, решение такое приняла Анастасия.
ГЛАВА 31.
Марго осуществила свою давнюю задумку, этой ночь, она поднялась на второй этаж.
Ни дежурного, никакой охраны на своем пути она не встретила, поочередно открывая палаты, она убедилась, что их не на много меньше, чем на первом этаже. В каждой из палат, стояли какие-то диковинные приборы, тут даже была своеобразная лаборатория с набором реактивов и других неизвестных ей предметов. В середине этажа в одной из палат лежал Григорий, но спал он или нет Маргарита так и не поняла, весь окутанный проводами, он лежал неподвижно. В соседней палате был еще человек, но без проводов, все палаты Маргарита осмотреть не успела, так как в глубине коридора раздался голос:
- Что вам здесь нужно, не спешите сюда, еще успеете, быстро уходите, вам тут нечего делать, пока.
Из-за тусклого света освещавшего коридор, Марго не рассмотрела говорившего, но ей показалось, что этот голос принадлежал Пуманову.
Значит уже вернулся из своей командировки, подумала она, как можно быстрее спускаясь по лестнице, уже в своей палате, лежа на кровати, она подумала, что икону богоматери она там ни водной палате не видела, хотя посмотрела их не все, да и икона у кого то из больных могла быть под подушкой или в каком-либо другом месте.
ГЛАВА 32
Утром на планшетник вновь мигала лампочка поступившей почты.
Писем было два. Первое, у Митрича есть родственник - двоюродный племянник, есть и другие, собственно он и есть главный наследник, есть еще родня, но она еще более дальняя. Иногда племянничек навещал старика, но только до того момента когда Митрич на верх не угодил. Работает, сей субъект в компьютерном бизнесе. Есть у Митрича закадычный друг некто Середа Михаил Сергеевич, полковник КГБ в отставке, в настоящее время работает в службе охраны Облкомбанка. Тоже иногда бывал в гостях у старого товарища. Били еще посетители, но их пока люди Силы не разыскали.
Второе письмо касалось самой записи, так вот на ней почти ничего интересного не обнаружено, сия штука не самой последней модели и работает по принципу автоответчика т.е. включается она на близкий или громкий голос и если не хватает памяти, то она новую запись пишет стирая старую. Последняя запись передает разговор Маргариты с Галиной и еще несколько минут прошлой записи, коне разговора, некто информирует о том, что какая-то близко расположенная лаборатория скоро начнет выпускать сильнодействующий синтетический наркотик, голос на этой записи мужской или очень чем-то искаженный женский, но запись очень не четкая.
Сила писал, что было бы неплохо собрать образцы голосов всех обитателей хосписа для возможной индентификации, хотя предупреждал, что процесс этот не простой и долгий, а диктофон он передаст в ближайшие выходные, хотя как вариант ей самой можно походить с планшетником и попробовать записать голоса на него, качество, конечно не то, но попытаться стоит.
Тумблер в голове у бывшего следователя тут же щелкнул, оба посетителя Митрича могли принести ему сей шпионский предмет, для чего.
Перове- он их попросил .
Второе-им что-то надо было от умирающего старика.
Марго набросала очередные письма запросы для Силуянова, узнать как можно подробнее о фактическом наследстве Митрича. и еще, не был ли он в свое время прямо или косвенно связан с наркобизнесом?
Надо бы узнать, результаты вскрытия Кадарской, думаю, что у тебя такая возможность найдется. И еще дело о ее гибели закрыто или все-таки нынешние следаки догадались, что это убийство. Отправив письма, женщина решила, что настало время задать несколько вопросов лично товарищу главврачу.
ГЛАВА 33
Они сидели на берег моря, солнце медленно опускалось за горизонт, оставляя на поверхности воды, длинный золотистый след.
- Ну, что ты доволен? - сказала девушка, - все получилось, по твоему.
- И ты дорогая должна быть довольная, твой купер уже начал свое движение в сторону своей хозяйки. Через три-четыре месяца он доберется до наших краев из туманного Альбиона.
- Тебе ее не жалко совсем? - пропустив мимо ушей сообщение о покупке желанного авто вновь спросила девушка, - а если бы на ее месте оказалась я? Ты вот так же хладнокровно расправился и со мной.
- Да ни с кем, я не расправлялся, меня вообще здесь не было. Тебе это понятно.
- Конечно, понятно, уехал, приехал, - она сделала долгую паузу, - боясь произнести слово и уехал опять. Собаки тебя знают, они не лаяли, сторож как всегда под газом в своей сторожке спал. Как ты ее смог на край обрыва выманить.
- Да, заткнись ты, - наконец, не выдержал мужчина, - не я это, не я и все давай покончим с этим. Не хочешь ехать ко мне не надо, выпей вот это и успокойся. - Он протянул ей бутылку с красивой импортной этикеткой. Девушка сделала глоток и тут же обмякла.
Мужчина подхватил ее на руки и понес в сторону стоящего автомобиля.
- Спи дорогая, это не яд, это всего лишь мой новый препарат. Вот и на тебе испытал. Результат замечательный.
ГЛАВА 34.
Марго не смогла задать главврачу мучившие ее вопросы ни в этот день, ни на следующий, приступ нестерпимой боли приковал ее к постели, к ней приходили врачи и какие-то другие люди, заслонив окно всем своим грузным телом стоял над ней мельник, ей казалось, что и Силуянов приезжал. Она то впадала в забытье, то спала, то стонала, приходя в сознание, ей хотелось покончить со всем этим, ей хотелось умереть, той сладкой спокойной смертью, которую она себе представляла.
Наконец, боль куда-то спряталась за позвоночник и там притаилась, она открыла глаза и увидела, что в ее палате полно народу, медсестра Галина, склонилась над ней, со шприцом в руках, Вера Васильевна сидела в кресле, возле дверей, теребя свой планшетник в руках стоял Аслан.