ГЛАВА 38.
- Еремей здравствуйте, - сказала женщина
- И тебе не хворать - не поворачиваясь ответил сторож. - Опять старый хрыч следачке понадобился, - беззлобно проворчал он. - До тебя тут все тихо было мирно, так нет приехала все разворошила, Узбек вон теперь чуть ли не каждый день, как на работу, объявляется, опять же Кадарская в овраг сиганула, а не было бы тебя глядишь пожила бы еще деваха. Ладно, не тяти кота за я, говори, что еще от Еремея требуется.
- Ну не серчайте Еремей - переходя на ласковый тон попросила Марго, - дело у меня на сей раз очень простое, письмо спрятать, да так, что его никто не нашел, а когда, - она замолчала, - ну в общем когда срок придет передайте его Силе, только Узбеку не отдавайте.
- Ну ты меня прям толи с работы, толи вообще со свету изжить хочешь, а ежели добродетель прознает, кому он башку отвернёт, не тебе, ясно дело.
И наконец, отвернувшись от псарни и повернувшись к Марго добродушно сказал:
- Давай уж следачка, сберегу, и мне уже пора богоугодными делами заняться, пришло время грехи молодости искупать. Только и у меня к тебе просьба будет серьезная, пойдем вон присядем изложу тебе тему, без протокола.
- Есть у меня к тебе дело, даже два. Первое и не очень важное, чай замечала, что главный к тебе неровно дышит, когда ты маленько приболела так он себе места не находил, Данилыча зашпынял, это я тебя ко второму важному разговору подвожу. По всему видать ты следачка второй будешь.
- Какой второй? - не поняла Марго, - В каком смысле второй?
- Ну второй после Веры Марковны , я на своем веку, много чего прошел и повидал , в твоих глазах жизнь читается, ты еще по эту сторону ходишь, и по всему видать и дальше топать будешь, вот посему у меня к тебе очень важный вопрос имеется.
И замолчал.
- Короче так, бакланить по полной я не мастак, ты про семью мельника все знаешь.
Марго хотела ответить, но Еремей, остановил ее жестом.
- Молчи следачка, а то я с темы соскочу, в общем, у твоего другана не одна жена их было много, профессия у него такая, что с бабами постоянно, тех деток, что ты видела он от первого брака нажил, а евойная вторая жинка Фая, в огне погибла, взрыв и пожар там у них на мельнице приключился, она других спасла, а сама шибко обгорела, оттого Иннокентия болезнь то и захватила, но суть не в этом. Девочка есть, Лилией кличут, это девочка Фаины, нажила от кого-то по молодости, мельник ее понятное дело удочерил, только вот, постоянные разборки там у них с его старшими детьми происходят. Словом так, Лилия эта у меня сейчас обитает, ей 14-ть годков только, что исполнилось, это я тебе для того тренькаю, что мельник наш неровен час ласты склеит и деваха совсем сиротой останется. Я ей, сама понимаешь не, - он долго подбирал слово, а Марго боялась его перебить, - в общем, не воспитатель я ей, понятно. Так вот, ты как отсюда подорвешься, Лилюто с собой забирай, и тебе помощница будет и выучишь ее на человека, а я чем могу подсоблю, понятное дело. Так вот Иннокентию про наш базар ни слова, и маляву эту, что ты мне сейчас дала я сохраню, не дергайся, все будет тип топ.
ГЛАВА 39.
Маргарита сияла счастьем, Еремеевская лесть, дарила надежду, хотелось жить, хотелось воспитать незнакомую девочку, хотелось иметь рядом родное детское личико, Гиреев, давал ей полгода, максимум год, а Еремей обещает долгую жизнь, известный врач, диагнозы и приборы и старый урка, с образованием в пять ходок, но как хотелось верить именно ему.
Легок на помине в палату вошел главврач.
- Ну, что королева, полегчало? - с порога сказал он широко при этом, улыбаясь, - Напугала ты нас изрядно.
- Ты же мне сроку год дал, вот я и стараюсь. У меня к тебе вопросов накопилась, воз и маленькая тележка, но мне почему-то их сейчас задавать тебе не хочется, знаешь, что, а пригласи меня сейчас в ресторан, только не в трапезную, а в поселок, ты же главный, ты все можешь, вот и сделай даме приятное.
- А поехали, - согласился он, - будем кутить, тут совсем рядом есть приличное летнее кафе, туда мы сейчас и махнем.
Они сидели на веранде небольшого уютного кафе, напоминающего маленький греческий дворик. Круглые столики, покрытые белыми льняными скатертями, незамысловатые глиняные фигурки-солонки. Ветерок доносил запах морского прибоя.
Женщина погрузилась в далекие, теплые воспоминания своей молодости. Гиреев заказал сырную тарелку, дополненную разными орешками и виноградом, он очень хотел именно сегодня угодить королеве. Им принесли молодое терпкое вино, от которого обоих потянуло на воспоминания, о прошлых годах, какими они бйгедб были много лет назад, кто кем стал из старых знакомых, как сложилась судьба бывших сослуживцев.
Маргаритина боль сидела тихо за позвоночником и огрызалась оттуда покалыванием, явно предупреждая, я здесь, я все вижу и чувствую, будешь наглеть - пожалеешь.
- Слушай, а ведь до сих пор не знаю, женат ты или нет, - спросила Марго, - может ты сейчас не просто так меня угощаешь, а с дальним прицелом.
- Конечно, с прицелом - рассмеялся врач. - Был женат,- разошлись, сама понимаешь с нашей прежней работой семейного счастья не построишь, дети с ней конечно остались, сейчас уже взрослые, живут далеко, видимся, в основном по Скайпу, у них своя жизнь у меня своя.
- Что и никакой женщины нет? - допытывалась Марго, - Рубашки тебе, кто-то стирает.
- Да стирает естественно, толстая старая домработница, хорошо хоть не ворчливая негритянка.
- А как ты к Узбеку попал? - продолжала Марго.
- Ох длинная это песня, - ответил главврач.
Подошла девушка с корзиной цветов:
- Купите барышне букетик,
- Какой букетик - возмутился Гиреев, - давайте все!
Он протянул девушке солидную купюру.
- Это тебе - протянул цветы Маргарите, на глазах у женщины, заблестели слезинки, - только чур в палате все это богатство не держать, я же врач и режим нарушать, ну никак нельзя.
- Какой же ты, - Марго обиделась, - такой момент испортил. Тебя, что совсем не учили с женщинами обращаться.
- Королева не сердись, - понимаешь, для меня сейчас само главное - твое здоровье.
- Вот за это теперь исповедуйся, рассказывай, почему ты у Узбека работаешь.
Главврач помолчал.
- Понимаешь, когда-то давно детьми запугали, они были маленькие, заставили меня подписать нужное им заключение, а Узбек вмешался, у него там свой интерес был, он сделал так, что бы овцы целы были и овцы сыты. Короче, вот так я и стал его должником. К его чести, долг этот он с меня пока я в органах работал ни разу не требовал, а вот когда меня по выслуге лет, на пенсию спровадили нашел и предложил, вот это все, - врач повернулся в сторону близлежащего хосписа.
Он открыл рот, что б продолжить свой рассказ, но осекся на полуслове, в его кармане замигала лампочка, а через несколько секунд, до них донесся вой собак. Гиреева как ветром сдуло.
Марго тихо поднялась, выбрала из корзины букетик красных роз, попросила у официантки бумагу, или пакет, что бы шипы руку не кололи, и побрела к зданию, все сотрудники кафе вышли на веранду и смотрели ей в след, они давно тут работали и понимали всё, денег с нее никто не думал просить.
ГЛАВА 40.
Она шла по алее и слушая жалостливый вой собак думала, кто Григорий или Филипп. За время своей службы в органах, она повидала множество смертей, многие расследовала, но все равно не могла привыкнуть к тому, что вот человек был, ходил разговаривал, шутил потом отправился на второй этаж и все, его больше нет и никогда уже не будет. Будут другие, может быть лучше, а может быть хуже, но такого как этот уже не будет никогда, скоро возможно не будет и ее, старые псы Узбека будут, сосны будут, море будет, а ее не будет. Нет, нет и нет, я буду жить, мне еще Лилию воспитывать надо, я ее еще ни разу не видела, но уже люблю. У меня будет дочка, пусть не родная, по крови не родная, но в ней частица души мельника, а его частиц на земле должно быть как можно больше. У Лилии будут дети, а у меня внуки. Все хватит мечтать, она стола в холле здания, как всегда здесь собрались все постояльцы.
Марго подошла к Аслану.
- Кто? - спросила она.
- Григорий - ответил он тихо, - завтра в его театре прощание будет, спектакли уже отменили, главврач сейчас хлопочет, что б нам сюда наряд полиции прислали.
- Зачем? - удивилась Марго.
- Если поклонники узнают, то мы здесь окажемся в кольце осады и псы наши не спасут.
Марго не знала, куда идти к себе в палату или на скамейку в рощицу, пошла на скамейку.
К ней подошла высокая худая блондинка.
- Оксана - представилась она, - я новенькая, а расскажите, что тут происходит? - на одном дыхании выпалила она.
Эта дама как-то сразу вызвала у Марго брезгливую неприязнь.
- Смерть тут происходит, вы надеюсь, понимаете, что это не совсем санаторий, вернее, это последний в вашей жизни санаторий.
Ей казалось, что после таких слов, женщина замолкнет и оставит Марго в покое, но не тут-то было. Оксана пропустила все произнесенное Маргаритой мимо ушей и продолжала щебетать без умолку.
- Я вот долгое время в Администрации работала, нас там спец поликлиника обслуживала, они меня лечили, лечили, уже было совсем вылечили, только я диету держать не могу, а здесь вроде бы хорошо кормят, мне понравилось и еще говорят, что здесь на совсем вылечивают, вы как думаете это правда?
- Что насовсем, это точно - сказала Маргарита, еле себя сдерживая.
- У меня там, ну в той жизни, поклонник был, так это он за меня деньги внес, что бы я тут ни в чем не нуждалась, мы вместе работали с ним в Администрации, служебный роман получается, только я вам его имя не назову, ну вы меня понимаете. А здесь, наверное тоже романы бывают, вы наверное знаете, расскажите - умоляюще попросила Оксана.
Не зная как отделаться от назойливой женщины Марго сказала:
- Вам наверное надо в процедурный кабинет сходить там сегодня доктор Пуманов должен дежурить ли медсестра Ирена, они оба гораздо больше меня про здешние романы знают, кроме того они относятся к постоянному контингенту, а я увы к временному.
Оксана не поняла последней фразы и послушавшись совета пошла в зданию хосписа.
Глядя ей в след Марго подумала, не завидую я апостолу Петру, когда он будет расспрашивать её пред вратами страшного суда.
ГЛАВА 41.
- И почему она до сих пор сидит на лавочке, вместо того, что бы согревать остывающую постель Григория на втором этаже? - спросил мужчина глядя в окно.
- Я делала, ей все необходимые уколы, другая на ее месте уже давно была бы здесь, не могу же я колоть ее каждый день.
- А тот старый мельник, чего он то внизу ошивается. С ним-то какие проблемы?
- Ну этому осталось буквально считанные дни, потерпи, еще пару инъекций и все, ответила собеседница. Тебе не кажется, что эта прокурорша уже вычислила нас?
- Не дрейфь, - ответил мужчина, - даже если вычислила, она что своим сослуживцам побежит сообщать, так не до бежит, уже. Так и унесет свои подозрения в могилу.
- Давай уедем отсюда, - вдруг сказала девушка, - мне все это надоело, препарат практически готов, что нас здесь держит.
- Ты же знаешь, что это не просто, прежде чем уехать, надо точно знать куда уехать и что нас там примут. Я плотно работаю в этом направлении.
К ним приближалась Наргиз и оба замолчали продолжая глядеть в окно.
ГЛАВА 42.
Марго сидела в холле и разговаривала с двумя мужчинами, вернее с одним, так как второй еще не проронил ни слова.
Олег и Виталий были теми самыми коммерсантами, которые прибыли сюда вместе с Оксаной. И если Виталий сразу нашел с Маргаритой общий язык и выспрашивал ее обо всем, то Олег просто сидел рядом и слушал, казалось ему было все равно какие тут порядки, он смотрел в открытые двери здания на сосны и море и терпеливо ждал, когда его сосед удовлетворит свое любопытство.
Извинившись ,Маргарита попрощалась и пошла в палату мельника.
Ей очень хотелось расспросить его о Лилии, но она обещала Еремею и не знала, как поступить.
Мельник полулежал в своем кресле и читал книгу.
- К сожалению, не могу составить тебе компанию в прогулке, - сказал старик, - ноги сегодня, что-то совсем подводят.
Марго села напротив, долго смотрела на него представляя себе как он дома учит детей, как передает им все что знает сам.
В дверь без стука вошла Оксана.
- Вот вы где, - не здороваясь ни с кем, с порога начала она, - а я вас везде ищу - не понятно к кому конкретно обращаясь, продолжала женщина. - Мне сказали, что тут совсем недавно произошел несчастный случай, девушка погибла, расскажите, пожалуйста, мне же ой как интересно. А полицейские были, молодые, в каком звании, а допросы были, эх жаль меня не было, - без остановки выпалила она.
Марго ее грубо оборвала.
- Вас милочка не учили стучаться, перед тем как войти, особенно в палату к мужчине?
- Ой да бросьте, - перебила ее Оксана, - мы же тут все свои, к чему эти церемонии, вот в эти выходные ко мне гость приедет, я вас с ним обязательно познакомлю, гульнем, мне сказали, что здесь это иногда можно. Как вы думаете, меня с ним на море отпустят? - опять затараторила Оксана.
Что бы как-то отделаться от посетительницы Иннокентий Николаевич предложил ей встретиться с Наргиз и плотно заняться изучением ее каталогов. Женщина исчезла мгновенно.
- Не умею я говорить комплименты - сказал мельник, - но должен констатировать факт, что ты выглядишь несколько лучше, чем в прошлые дни.
Марго как-то зарделась и не удержавшись чмокнула его в щеку.
- Ох это вы зря, вы это лучше дня нашего главного приберегите.
И откуда они все всё знают, подумала она и быстро попрощавшись вышла из палаты. В коридоре она встретила Сирену.
- Идите к себе - сказала медсестра, - я приду и сделаю вам укол.
-А что дежурных врачей сегодня нет? - поинтересовалась Марго.
- Есть конечно, но укол могу вполне сделать и я.
Марго пошла к себе и послушно улеглась на постель, Сирена пришла со шприцом и наклонилась над женщиной.
В голове Марго вновь щелкнул тумблер, она быстро повернулась и перехватила руку медсестры.
- Что вы мне собираетесь уколоть?
Сирена ничего не ответила, а просто ткнула свободной рукой женщине в бок. От боли у Марго глаза начали вылезать из орбит, но рука по годами выработанной привычке не разжалась и продолжала сжимать руку Сирены с зажатой в ней шприцом. Женщины молча смотрели друг на друга, молодая и здоровая медсестра и больная, но прошедшая все круги сыскного ада бывшая прокурорша. Наконец, силы Марго стали покидать и в глазах потемнело совсем, рука сама собой разжалась. Последнее, что она увидела перед собой это шприц и чью-то тень позади Сирены.