Она сама отнесла объявление в редакцию газеты и попросила печатать в течение месяца, выделив его на странице.
На следующий день Виктория узнала, что раненый ею мужчина умер в машине скорой помощи от остановки сердца. Документов при нем не оказалось, отпечатки его пальцев в картотеке отсутствовали. Его фотокарточку показали в вечерних новостях, чтобы установить личность.
Виктория пыталась держать себя в руках, она понимала, что одна из целей ее врагов - деморализовать ее, вызвать если не страх, то депрессию. Поэтому Виктория продолжала работать, требовала от подчиненных максимальной отдачи, но также призывала их быть бдительными.
- Охота идет на наше дело, а значит, на каждого из нас. Мы уже потеряли двух сотрудников: начальника охраны Геннадия Валентиновича и секретаря Алису Германовну. Поэтому прошу вас: будьте бдительны и осторожны. Возможно, наши враги будут действовать не только силовыми методами, но и хитростью. Если кто-либо будет вести с вами подозрительные разговоры о нашей "Победе", делать какие-нибудь предложения, влекущие за собой должностные преступления, прошу вас, немедленно обращайтесь ко мне в любое время дня и ночи.
После третьей публикации объявления Виктории позвонил мужчина и сказал:
- Я звоню по поручению Саввы Силыча. Это вы давали объявление в газету?
- Да, - ответила Виктория. - Гена убит.
- Кто вы такая?
- Я невеста Гены, - сказала Виктория. - У меня большие проблемы. Я должна поговорить с Саввой Силычем.
- Савва Силыч приглашает вас к себе.
- Куда? Когда? - встрепенулась Виктория.
- Стойте на улице Тихой завтра в шесть часов вечера. К вам подъедет темно-зеленое "Пежо-405". Садитесь в него, вас отвезут к Савве Силычу. Будьте одна и без оружия.
На следующий день в шесть вечера Виктория пришла на улицу Тихую. Эта улица полностью оправдывала свое название: здесь не было ни души даже днем, а в зимний вечер и подавно. Ровно в шесть возле Виктории остановилась машина указанной марки, дверца открылась.
- Садитесь, - послышался из салона женский голос. - Савва Силыч ждет вас.
Виктория села в машину. Там находились двое - шофер, мужчина средних лет, и женщина лет тридцати пяти, сидевшая на заднем сиденье. Стекла в машине были тонированные, к тому же задернутые шторками. Когда Виктория села рядом с женщиной, та задернула шторку между ними и передними сиденьями. Таким образом, Виктория не могла видеть дороги, по которой ее везли.
Виктория ехала молча. Шофер минут двадцать кружил по городским улицам, а потом машина выехала на ровное шоссе, и они поехали за город. Викторию привезли в какой-то дачный поселок, занесенный снегом. Все домики на улице были нежилые в это время года, и только в одном светились окна. Виктория вошла в маленький дачный домик. В комнате за покрытым скатертью столом сидел настоящий Дед Мороз: седая окладистая борода, розовая лысина, опушенная седыми волосами. Большие водянистые глаза по-стариковски щурились на Викторию. Рядом с ним сидели еще трое мужчин разного возраста: один годился старику в сыновья, а два других во внуки - старшего и младшего. Шофер в дом не вошел, а женщина шла следом за Викторией.
- Все в порядке? - спросил мужчина, что был постарше двух других.
- Все в порядке, - ответила женщина и тоже прошла к столу.
- Здравствуйте, - сказала Виктория. - Меня зовут Виктория Победоносцева. Это я давала объявление в газету. Хочу говорить с вами, Савва Силыч, - она обратилась к старику.
- Смелая ты, красавица, - сказал старик, внимательно ее рассматривая.
- А чего мне бояться? - удивилась Виктория. - Я за помощью пришла, которую вы Гене обещали.
- Так ты в курсе его дел? - старик вскинул брови. - Что же случилось с Крокдестром?
Виктория сняла шубку, села на табурет и подробно рассказала обо всем, начиная со смерти "бабушки".
- Так на тебя охоту ведут, но не наши, - сказала женщина. - Чего же ты от нас хочешь?
- Я хочу, Савва Силыч, - Виктория умышленно обращалась к старику, - чтобы вы организовали розыск этих подонков, нашли их, а дальше видно будет. За работу, результативную работу, я плачу.
Савва Силыч взглянул на компанию за столом.
- Вот вам и работа, хорошие мои. Честная работа, хорошо оплачиваемая. Сколько ты, красавица, кладешь на каждого?
- Меня каждый не интересует, - сказала Виктория, - я обращаюсь к вам, как к авторитету. Кого вы привлечете, мне все равно, а вам я заплачу за поимку живых преступников..., - Виктория назвала сумму, не поскупившись.
Младший из мужчин свистнул.
- Щедро, щедро, красавица, - сказал старик. - Видно, очень ты Генашу любила. Да он того и стоил.
- Я даю задаток, - Виктория вынула из сумки запечатанную пачку купюр. - Эти деньги можете не возвращать. Если ничего не получится, помянете на них Гену.
- Девушка, а твоей мамке зять не нужен? - спросил самый младший из мужчин, по виду - ровесник Виктории.
Савва Силыч хотел что-то ему сказать грозное, но Виктория его опередила. Она вынула из кошелька мелкую купюру, подошла к парню, приклеила ее ему на лоб:
- Папке своему передашь, пусть себе купит пачку китайских презервативов - они крепкие, не лопаются, и больше таких недоумков не стругает.
Хохот за столом поднялся оглушительный. Старик вытирал слезы, парень смущенно крутил в руке купюру, а мужчина постарше встал и поцеловал Виктории руку.