— Ой, вы гляньте на неё… — раздался откуда то справа не менее мелодичный и приятный девичий голосок, — Одарялся с осыпалкой еще не выросли, а все туда же — одарять лезет… И что это мы тут делаем? Приверженцев подворовываем втихую?..
— Ароанна? Что ты тут делаешь, сестрица? Ты что — следила за мной? — поразилась Ариана. Скосив глаза Добор заметил черноволосую красавицу в светящихся серебрянных доспехах, прислонившуюся к стене и саркастически наблюдавшую за выступлением своей сестры.
— А как иначе? Тебя на секунду из поля зрения выпустишь и без приверженцев останешься! А то и без штанов! — возмущенно заявила прибывшая, — Тебе не стыдно адептов тырить средь бела дня, на глазах честных людей?
— Стыдно у кого кольчужные ритузы видно! — подперев бока заявила Прекраснейшая со стервозными нотками в голосе, — А на этом мальчике, я что то ничьей печати не замечаю! А ты правила знаешь — "печать снял — адепта потерял"!
— И кому он достанется? Тебе что ли? — "включила стерву" и черноволосая.
— А кому? Тебе что ли? — не осталась в долгу Ариана, — Ему мужички в штанах не нужны, знаешь ли!
— Может у меня и штаны, зато я не вру адептам, что мне всего восемнадцать тысячелетий, когда самой уже пятидесятое перевалило! — ударила "по больному" черноволосая красавица.
— Ах ты… — пораженно воскликнула Ариана и принялась сноровисто заправлять низ хитона за пояс. Увидевшие её приготовления херувимы бочком-бочком отодвинулись назад, после чего мышью юркнули в ворота, которые тут же закрылись и исчезли, а опустившаяся наземь богиня, с крайне решительным видом направилась к сестре.
— Иди-иди! Я тебе лохмы твои то повыдергиваю! — приняла Ароанна боевую стойку.
Чем ближе были сестры, тем прозрачнее становились, а мир вокруг все больше и больше оживал. Наконец, люди двинулись дальше, казалось бы даже не заметив незапланированной остановки. Лишь с недоумением крутя головой и пытаясь понять, откуда раздаются звуки потасовки и невнятные полупризрачные женские вкрики: "Ай! Мои волосы! Хватит плеваться! Ах ты царапаться?" на совершенно пустой улице…
— Странно все это… — пробормотал сержант, крутя вместе со всеми головой, — Но не для Вольха! — наконец, решил он для себя проблему и перестал обращать на непонятные звуки внимание.
Наконец, звуки потасовки затихли позади и все облегченно перевели дух, когда впереди раздался вой.
— Приготовились! — выкрикнул Торп ненужную команду, так как после воя все пришли в готовность — дальше некуда! Однако все приготовления пошли одним местом, поскольку оборотень напал слишком уж быстро. Приземлившись прямо в центр строя, он оторвал одному из стражников голову, прямо в шлеме, тут же прихватил голову второго и запрыгнул на крышу стоящего рядом дома, откуда принялся швыряться головами в стражников. На все про все он потратил секунды три, так что Добор даже не успел испугаться, как получил головой по голове и упал… Однако, снаряды у оборотня быстро закончились и он прыгнул обратно за пополнением запасов. Вот только теперь копья стражников смотрели и вверх, так что на этот раз маневр у него не удался. В течении минуты произошло сразу несколько событий — Во-первых оборотень успел обежать бравый отряд бравых стражников не менее двадцати раз, что впечатляло. Во-вторых, стражники перевели весь свой запас сетей абсолютно в пустую и бездарно — опутав пару каких то бочонков, но в основном брусчатку… В третьих, сразу четверо стражников распрощались со своими головами, а слегка раненный оборотень опять забрался на крышу, откуда вновь занялся головометанием — не без успеха…
Поднявшийся Добор как раз отряхнулся и посмотрел вверх, когда увидел довольно неприятную картину — оборотень летел прямо к нему, выставив вперед когтистые руки и неприятно ухмыляясь.
— Вот *****… - пробормотал он и мир в очередной раз начал превращаться в патоку. Оборотень летел все медленнее, пока его лапы не застыли в метре от перекошенного лица Добора, а рядом прямо из воздуха соткались две фигуры — мужская и женская, причем с мужской он уже встречался и теперь прикидывал, что же хуже — Тартус или оборотень? Почему то так выходило, что оборотень был страшнее бога…
— Лапусенька! Смотри — это тот самый мальчик, о котором я тебе рассказывала! — раздался мелодичный голосок и улица ярко осветилась от чего то, чего Добор не видел, пялясь на клыки зверюги перед собой, — А я пришла тебе помочь! Да!
— Спасибо. — пробормотал очень вежливый Добор.
— Ой, какие у него зубы здоровые… — поразилась богиня, а Добор, пересилив себя перевел взгляд на неё — девушка была удивительно симпатичной… Сейчас она хмуро разглядывала оскаленную морду зверя и думала тяжкую думу… — А это он что так раззявился? Орет на тебя, да? А ты не обращай внимания! — опять разулыбалась красавица, — Значит слушай! Когда мой лапусечка становится букой и кричит на меня — я представляю, что я где то еще! В совершенно другом месте, например в лесочке каком-нибудь, а вокруг птички поют! И ты так сделай — вот увидишь, поможет. Как бы тебе еще помочь?.. — задумалась богиня, ненавязчиво почесывая оборотня за ухом, — Хм… А вот! Хороший совет — кури не в затяжку, так на дольше хватает! — и она радостно захлопала в ладоши.
Добор перевел офигевший взгляд на Тартуса, однако тот стоял с совершенно невозмутимым видом.
— И последняя утипусечная штучечка… — пробормотала богиня вытянув в сторону Добора палец и высунув от усердия язык. Лоб добора невыносимо защипал, — Вот и все! Видишь пусечка? Я поставила и твой знак и мой! Теперь это НАШ адепт — твой и мой! Ты рад?
— В истерике. — мрачно кивнул Тартус, — Прямо семейный подряд, *****…
— Ну, не ругайся пуся! — мило попросила супруга, — А я домой! Приготовлю тебе амброзию — не задерживайся! Чмоки-чмоки! — засобиралась богиня и послав Добору воздушный поцелуй, исчезла. Поцелуй оказался с приятным сюрпризом — у Добора тут же прибавилось сил, как будто он только что проснулся и сделал зарядку, да и настроение слегка поднялось.
— Амброзию? — непонимающе осведомился у Тартуса Добор.
— А… Опять пересолит. — отмахнулся рукой тот. — К тому же я мясо люблю… Ты кстати женат — там или тут? И не стоит — это я тебе как муж с тридцатитысячелетним стажем говорю. "Женился сам — останови товарища.", так сказать… Что у нас тут?.. — задумчиво пробормотал он и деловито оглядел оборотня, а потом Макса. Бог щелкнул пальцами, отчего Добор окаменел и принялся передвигать Макса в пространстве — вытянул вперед его руки с копьем, копье переставил дальше, уперев его острие в грудь оборотня, а затем переставил ноги Добора так, что он начал падать. Отойдя на шаг назад и полюбовавшись делом своих рук, Тартус подправил копье еще на миллиметр и удовлетворенно кивнул, — Как то так… Ну… Молись, если что! — кивнул он на прощание Добору и тоже исчез, а время вернулось на свое место.
Оборотень успешно нанизал себя на копье, остановившись только после того, как уперся в небольшую перекладину у острия, на взгляд Добора — невыносимо тонкую, и удивленно уставился на то как упавший Добор и сила тяжести пригвождают его к стене. Мир замер. Удивленный вервольф смотрел на Добора, удивленный Добор смотрел на пригвожденного к стене оборотня и очень крепко держал копье, а удивленные напарники — все кто пережил этот бой — тихонько матерились позади Добора… А потом мир вновь задвигался! Вервольф завыл и завертел своими лапами как мельница крыльями — до стражника он не доставал, однако Добор чувствовал легкий ветерок на своем лице, а откуда то издалека до него донесся голос Торпа:
— Держись! Мы за подмогой!
— Держись! — это уже прокричал голос Лонга.
"— Подмога это хорошо." — решил для себя Макс, глядя на брызжущую слюной и воющую тварь "- Я люблю подмогу!.. Но вот компания в которой её надо дожидаться… Что там та богиня рассказывала?.." — задумался он, покрепче хватаясь за древко копья. "- Лес с птичками? Хм…"
.
Обратно в штаб Добора несли на руках как настоящего героя! Пьяного героя — уж об этом то сержант позаботился! Товарищи весело гомонили и общую атмосферу праздника слегка нарушило, лишь странное происшествие по дороге. На одной из улиц прямо из пустоты послышался чей то возмущенный вскрик: "- Ты смотри! Пока мы тут делом занимались, эта ***** успела на него знак поставить!" и последовавшая за этим отборная брань. Но источник звука так и не смогли определить, поэтому про инцидент быстро забыли. Ничто более в этот день праздник не нарушало… И Антониус там был — вино с пивом пил — и каждый ему денег дарил, когда маг взаймы просил!