Мои друзья целенаправленно меня игнорируют. Только стук колес нарушает непонятную тишину. Я поднимаю голову, но никто не обращает на меня внимание.
— Давайте, прогуляемся на площадку, — предлагаю я, потому что чувствую себя некомфортно. — Послушаем музыку на лавочке. Сделаем несколько фото на фоне елки. Перекусим. Сегодня бабушка приготовила блинчики с мясом. Ну? Как насчет фото?
Толя поджимает губы, подавляя злорадную усмешку. Его лицо стало серым, холодным. Я абсолютно не понимаю, что произошло с моими друзьями всего за несколько минут. Что, черт возьми, я сказала смешного?
Прохладный воздух ударил в лицо, когда впереди я увидела широкую трассу. Очень похожую на ту, на которой меня сбил грузовик. После того дня, каждый раз, когда я вижу дорогу, машины или обычный пешеходный переход, автоматически мои коленки начинаются трястись.
Сердце сжалось в кулак от вида пролетающих на скорости машин.
— Не переживай, — язвительно хихикнула Тася, — мы и так сделаем несколько фото. Я уверена, ты отлично на них получишься.
Достав из кармана дубленки мой новый мобильник, она по-хозяйски начала крутить его в руках.
— Тася, верни мой телефон, — требую я, возмутившись её поведению. Это подарок моей мамы. Последний подарок, а значит, он мне очень дорог.
— Чуть позже, — заявляет она, и кривиться в ухмылке. — Ты ведь хотела сделать несколько фото? — моя подруга надела маску редкой стервы.
Меня переполняет злость, и я обращаюсь к Толику:
— Пусть она вернёт мой телефон. Пожалуйста, Толик, забери его.
Но парень все также меня игнорирует. Он смотрит прямо перед собой, будто робот, бессердечный и бесчувственный.
— Да что с вами такое? — ругаюсь я. — Сейчас же отвезите меня домой! Немедленно!
Друзья смеются над моими приказами. К горлу подступает комок жалости к самой себе. Пальцы леденеют и перестают чувствовать поверхность штанов. Такое бывает, когда я нахожусь в стрессовом состоянии. Тело снова каменеет.
— Погнали, — командует Тася, и резко коляска тронулась с места. Напряжение в плечах начало утихать, и расслабившись, я опрокинулась на спинку кресла. Мне хватило несколько секунд, чтобы мое облегчение испарилось. Толик катил меня прямиком на трассу.
— Остановись! — кричу я, вцепившись культяпками в холодные подлокотники. — Стой, Толик! Стой, пожалуйста!
И он тормозит у тротуара. Я не могла отдышаться, а сердце колотилось в ушах. Все это было похоже на злую шутку. Бесчеловечную шутку.
Мои друзья коварно хохочут, словно лишены здравого смысла, а я трясу подбородком, находясь в полном недоумении.
— Пожалуйста, — мой голос переходит на писк, а глаза начинают побаливать от наступающих слез. — Вернемся домой.
Они на секунду задумываются. А потом…
— Давай! — кричит Таисия, и Толик мгновенно действует. Он толкает коляску с такой силой, что та вылетает на середину ледяной трассы, при этом резко развернувшись. Я чудом не вылетела из нее. Что они творят? Находясь в шоковом состоянии, я не сразу понимаю что произошло. Произошло ли это на самом деле?
От проносящихся на бешеной скорости машин, мои волосы раздувает потоком ветра так, что срывает шапку. Она сразу же наматываешься на колесо огромной фуры. Машины, как дикие пчёлы со звуком пролетают мимо меня. Теперь я знаю, чего боюсь больше всего на свете.
Я смотрю на своих друзей, сквозь проезжающие колонны. Они смеются, весело прыгают и машут мне руками.
— Скажи «птичка», — кричит мне Тася, наводя на меня телефон. Она фотографирует меня. В её действии столько жестокости, столько цинизмах, что я начинаю брыкаться в коляске из последних сил. Кресло раскачиваешься на месте, но от этого мало толку.
— Перестаньте! — кричу я, ощущая уже знакомую беспомощность. Это чувство душит меня. Я больше не хочу его испытывать.
Убрав руки в карманы, Толик раскачиваешься на пятках, и наблюдает за происходящим. Ему нравиться эта картина. Я не верю, что это он. Его как будто подменили.
Ни одна машина не спешит остановиться, словно я стала для них невидимкой. Ещё чуть-чуть, и меня снесет с этой дороги, как пустой пакет.
Сквозь рыдания, я набираю колючего воздуха в легкие и пытаюсь подняться. А когда спина отлипает от кресла, я чувствую, что теряю равновесие и падаю лицом в асфальт. Боль проноситься по телу. Оглушительная боль.
Знакомая картина всплывает перед лицом. Не первый раз я нахожусь на трассе в подобном положении. В нескольких сантиметрах от меня проезжают машины. Это конец.
— Мама, — шепчу я, надеясь на прозрачную помощь. — Мамочка.