— О них я никогда не забуду, — сообщил ему Уэст. — Ты пытался обманом лишить нас прав на полезные ископаемые на нашей земле, хотя знал, что мы на грани банкротства.
— Это бизнес и ничего более, — запротестовал Том.
— А как же дружба?
— Дружба и бизнес — это две разные вещи.
— Ты хочешь сказать, что не будешь против, если друг попытается обвести тебя вокруг пальца, особенно если ты остро нуждаешься в деньгах?
— Я всегда нуждаюсь в деньгах. Вот почему их у меня в избытке. И нет, я не буду возражать, если друг попытается обвести меня вокруг пальца, я стану уважать его за попытку.
— Зная тебя, скорее всего, так и будет, — сказал Уэст тоном далёким от восхищённого. — Ты можешь быть бездушным ублюдком с непомерным аппетитом бычьей акулы, но честности тебе не занимать.
— Ты всегда был справедливым человеком. Вот почему я прошу тебя рассказать леди Кассандре о моих положительных и отрицательных качествах.
— О каких положительных качествах? — резко спросил Уэст.
Том на мгновение задумался.
— О том, как я богат? — предположил он.
Уэст застонал и покачал головой.
— Я бы тебя пожалел, Том, если бы ты не был таким эгоистичным ослом. Я уже видел тебя в таком состоянии и знаю, к чему это приведёт. По этой причине ты обладаешь несметным количеством домов, табуном лошадей, на которых и за всю жизнь не успеешь прокатиться, и множеством картин, для которых не хватит стен в твоих особняках. Для такого, как ты, разочарование неизбежно. Стоит тебе заполучить объект желания, как он теряет для тебя всякое очарование. Зная всё это, подумай сам, позволим ли мы с Девоном тебе ухаживать за Кассандрой?
— Я не потеряю интерес к моей собственной жене.
— Разве это возможно? — тихо спросил Уэст. — Ведь для тебя имеет значение только погоня.
Глава 2
Выйдя из музыкальной комнаты, Кассандра поспешила наверх в свою спальню, чтобы умыться. Прохладный влажный компресс на глаза помог уменьшить покраснение. Однако, от тупой боли, которая охватила её, как только она увидела отъезжающий от дома экипаж Пандоры, лекарства не существовало. Её близняшка, вторая половинка, начала новую жизнь с мужем, лордом Сент-Винсентом. А Кассандра осталась одна.
Борясь с желанием снова заплакать, Кассандра медленно спускалась по парадной лестнице в главный холл. Ей придётся присоединиться к гостям в саду во французском стиле, где был устроен неофициальный фуршет. Гости свободно перемещались по угодьям, наполняя свои золотые тарелки горячим хлебом, яйцами-пашот на тостах, копчёными перепелами, фруктовым салатом и ломтиками русской шарлотки, приготовленной из бисквитного теста с начинкой из желе со взбитыми сливками. Лакеи пересекли холл, вынося на улицу подносы с кофе, чаем и холодным шампанским.
Как правило, Кассандра получала от таких мероприятий огромное удовольствие. Она любила вкусно позавтракать, особенно, если в конце подавали десерт, а шарлотка являлась одним из её любимых лакомств. Однако сегодня у неё не было настроения вести светские беседы. Кроме того, в последнее время она употребляла слишком много сладкого… вчера, например, съела лишнее пирожное с джемом за чаем, и всё предложенное фруктовое мороженое во время смены блюд за ужином, и эклер, начинённый густым миндальным кремом и покрытый хрустящим слоем глазури. И маленький декоративный марципановый цветочек на блюде с пудингами.
На полпути вниз Кассандре пришлось остановиться и сделать вдох. Она прижала ладонь к рёбрам, где корсет был затянут сильнее обычного. Как правило, повседневные корсеты зашнуровывали по фигуре для поддержки спины, что способствовало хорошей осанке, но они не были удушающе тесными. Тугая шнуровка предназначалась для особых случаев, таких как этот. С лишним весом, который она недавно набрала, Кассандра чувствовала себя будто в тисках, она задыхалась и покрывалась испариной. Казалось, нижнее бельё препятствовало попаданию воздуха в лёгкие. Раскрасневшись, она села на ступень и прислонилась к балюстраде. Уголки глаз снова начало пощипывать.
Ну сколько можно! Досадуя на себя, Кассандра достала из потайного кармана платья носовой платок и с силой прижала его к новой струйке слёз. Через одну-две минуты она заметила, что кто-то размеренной поступью поднимается по лестнице.
Смущённая тем, что её застали плачущей на ступеньках, как потерявшегося ребёнка, Кассандра попыталась подняться.
Но её остановил низкий голос.
— Нет… пожалуйста. Я только хотел предложить вам это.
Сквозь пелену слёз она разглядела тёмную фигуру Тома Северина, он стоял на ступеньку ниже с двумя бокалами холодного шампанского, протягивая один ей.
Кассандра было за ним потянулась, но замешкалась.
— Мне не следует пить шампанское, если оно не разбавлено пуншем.
Уголок его широкого рта приподнялся.
— Я никому не расскажу.
Кассандра с благодарностью приняла бокал и отпила содержимое. Холодная шипучая жидкость восхитительно облегчала сухость в горле.