— В бою — нет, в этой ситуации — да, если будут уверены в том, что смогут доказать весомость причины для отказа. И наше дело дать им как можно больше таких причин! А вообще странно, это явно Лесная стража, но вот Валлэрион столь же явно не из них…
— Смотрящий от «ястребов»?
— Прости? — в «голосе» недоумение.
— Ох, это ты меня прости. «Ястребы» — так в моем прежнем мире называли воинствующих, агрессивных политиков, нередко чересчур напористых и безрассудных. Они часто стремятся к войне, не дав себе труд подумать о последствиях даже для собственного народа.
— Замечательный термин, и очень точно описывает то, что представляет собой Валлэрион. Интересно, кто предводитель этих ястребов?
— Ты помнишь, что сказал наместник? Прости, но это может быть твой дед…
Кэл только вздохнул, и в этот момент мы достигли огромной ярко освещенной костром поляны. На краю её стояли две палатки, у костра сидело несколько эльфов, вскочивших при нашем появлении и с интересом разглядывающих нас, словно пойманных экзотических животных.
Нас привязали к деревьям, а Валлэрион отошел, о чем-то поговорил с одним из тех, кто был на поляне и зашел в палатку. Через несколько минут он вышел из нее вместе с немолодым эльфом с гордым и надменным выражением лица, в котором мы сразу почувствовали мага. Он задумчиво оглянулся, прищурился, и через минуту из земли выметнулись побеги, сплетаясь в кресло. Маг удовлетворенно осмотрел плод своей работы и кивнул, а затем отошел чуть в сторону, с интересом поглядывая на нас. Валлэрион сел в кресло и усмехнулся:
— Ну что, начнем? — и приказал стоявшему рядом воину, — приведите мне отступника и полукровку!
Нас отвязали и поставили перед ним. Остальные эльфы, явно заинтересованные, подошли поближе. Интересно, и что это за пародия на суд? Удовлетворенно оглядев «подсудимых», Валлэрион начал:
— Отлично… Итак, что мы имеем… каллэ'риэ, интересно, и какой же род имел несчастье пригреть на своей груди змею? Впрочем, что тут гадать, наверняка один из тех захудалых родов, что сами не лучше полукровок и замышляют против Владыки и всех Светлых!
— Друг мой, а что положено по эльфийским законам за хулу на один из знатнейших родов Эллориэсэля? — чересчур громко спросил Лан, обращаясь к Кэлу, — а, тар Кэлларион Морванэ?
Один из эльфов помоложе ахнул, расширенными глазами уставившись на Кэла. Впрочем, названное имя произвело впечатление на всех без исключения, вызвав переглядывания и шепотки.
Кэл ответил:
— Мне всё равно. Глупцы, они наказывают себя сами, противопоставляя себя всему миру.
— Так часто бывает. Когда в стране поднимают голову недовольные, им любовно подсовывают образ внешнего врага, и неважно, что послужило причиной вражды: иная форма ушей, иной цвет волос или даже иные вкусы к еде, — я говорила негромко, но так, чтобы все эльфы слышали мои слова.
— Ты, мерзкая полукровка, заткнись! — предводитель явно был в ярости.
— А то что? — дерзко парировала я, — убьешь, чтобы не слышать правды? Правды о том, что вы замкнулись в своем мирке и считаете себя выше других рас, но неспособны справиться с теми же тварями? Или о том, что ради своих извращенных представлений о чистоте расы ты готов начать войну?
— Никто не начнет войну из-за отступника и полукровки, — насмешливо заявил тот, пытаясь не обращать внимания на переглядывания и шепотки в рядах его воинов.
— Начнет, — холодный голос Раяна заставил всех умолкнуть, — все боевые маги Академии — точно. А еще есть Каэрия и Шарэррах, лидеры которых считают себя обязанным ей.
— И они не солгали насчет прорыва! — на голос Маэррона повернулись все. Весь какой-то растрёпанный, с горящими глазами, он ворвался в круг и швырнул к ногам предводителя голову чешуйчатого «медведя». Эльфы подались вперед, а маг быстро подошел и присел на корточки, внимательно разглядывая ее. Поднявшись, он негромко сказал:
— Тварь, и такой еще не было. Где был прорыв? — обернулся он к Маэррону.
Тот объяснил, рассказав и о том, какое количество тварей там было. В обращенных на нас глазах воинов появилось невольное уважение. Маг покачал головой:
— Совсем рядом с нашими землями. Они говорили чистую правду. Не смейте трогать никого из них, они будут нужны все, надо доставить их в столицу и допросить!
— А вы не хотите их отпустить и поблагодарить? — в голосе Маэррона звучал гнев и непонимание, — если бы они не выложились на отражении прорыва, твари бы напали на наши поселения! Неужели у вас совсем нет чести?!
— Хороший мальчик, — «сказала» я Кэлу.
— Хороший… Именно из таких хороших мальчиков — чистых и честных — и получаются каллэ'риэ, — ответил мне он.
Наш мысленный разговор прервал голос белого от ярости Валлэриона:
— В столицу? Ладно, мы доставим их в столицу! Завтра с утра и отправимся! — он встал, бросил на нас полный ненависти взгляд и ушел в палатку, отдав напоследок приказ снова привязать нас к деревьям.
Маэррон бросил по сторонам требовательный взгляд, но никто, похоже не собирался спорить с командиром. Он посмотрел в сторону палаток, затем на нас, а потом его лицо вдруг приняло решительное выражение. Резко развернувшись, он стремительно ушел прочь. Проводив его взглядом, я повернулась к друзьям: