Ратмир кивнул головой.
— Я и не сомневалась. Посмотрим, каков ты в соколиной охоте и на медведя обязательно сходим, — улыбнулась царица. — Предупрежу ратников, чтобы они мне сразу сообщали, как только ты будешь приезжать в печатню. Тебя тут же приведут ко мне… Сможешь увидеть мои охотничьи трофеи, и мы договоримся, когда удобнее будет выезжать вместе на охоту…
Ратмир опустил глаза, понимая, что даже простая дружба с Великой государыней породит для него уйму завистников и нежданных хлопот…
— Ну как, Ратмир? Так годиться? — прекрасные черные глаза царицы и её искренняя улыбка не оставили скомороху выбора.
Он поднял глаза и широко улыбнулся в ответ: — Я счастлив быть вашим другом, Ваше величество!
— Фу-у, Ратмир! Мы же договорились, что для тебя я буду Кученей! — воскликнула царица, но тут же нахмурилась: — Хотя, да — при всех остальных будешь величать меня как положено…
Ратмир сдержано улыбнулся.
— Можешь идти домой, Ратмир. Твоя любимая ждёт тебя, наверное… И кстати, кто тебе выписывал доездную память в Александрову слободу? — царица устремила цепкий взгляд на скомороха.
Ратмир секунду помедлил, но уверенно ответил: — Григорий Лукьянович…
Царица чуть изменилась в лице и, прищурив глаза, как-то надменно уточнила: — Григорий Бельский?
— Да, Кученей, — кивнул Ратмир.
— И ты ему предан? — тоном, не предвещавшим ничего хорошего, поинтересовалась царица.
— Он помог мне с памятью, чтобы я мог спокойно заниматься печатней.
— Я спросила тебя — предан ли ты ему? — повторила вопрос царица. — И я ведь не просто так спрашиваю об этом, Ратмир. У меня с Бельским свои счёты и мне не нужен в свите его человек.
— Я не люблю политику, Ваше величество, — Ратмир встал на ноги и чуть поклонился царице. — И не имею к ней никакого отношения. Мой удел — обычное существование подданного Вашего величества.
— Я верю тебе, Ратмир, — улыбнулась вдруг царица, но при этом шутливо погрозила пальцем: — Но, если ты не оправдаешь моего доверия, то сама лично привяжу тебя к четырём породистым скакунам и разгоню их на все четыре стороны. Ты ведь слышал о таком наказании?
— И даже видел, — только кивнул Ратмир, мысленно проклиная тот час, когда ему вздумалось сегодня прогуляться вечерком по полю. Он прекрасно осознавал, что приближение к царственной особе обещало ему не столько каких-либо выгодных привилегий, сколько массу ненужных и даже опасных ситуаций. Но отступать уже было поздно…
— Позови остальных в шатёр и можешь ехать домой. Жду тебя завтра в слободе после обеда. Посмотришь на мои охотничьи трофеи, — приказала царица.
Ратмир кивнул, поклонился ей и вышел из шатра. В свете костров он увидел сгрудившихся неподалёку людей, выжидательно смотревших на него.
— Приказано всем зайти, — сказал он им и направился к лошадям.
Негромко переговариваясь, люди поспешили в шатёр. И тут же из него опять послышались звуки гитары, мужской смех и цыганские напевы.
— Всё нормально, Ратмир? — нагнав его, с каким-то подобострастием спросил цыган Шандор.
— Да, Шандор, всё хорошо, — задумчиво ответил ему Ратмир.
— Отлично! — облегченно выдохнул тот и уже веселей добавил: — Я там приготовил седло и упряжь для Яхонта. Теперь это всё твое.
— Благодарю, Шандор. Только сейчас я пока поеду на своей лошадке. А Яхонта просто поведу под уздцы за собой, — утомлённо ответил скоморох. — До встречи, Шандор! Похоже, что нам с тобой ещё не раз придётся встретиться.
— Всегда рад тебе, Ратмир! — искренне воскликнул тот и помахал ему рукой на прощание.
Глава 6
Спустя два часа Ратмир сидел в хорошо знакомой комнате в итальянском посольстве на оббитом бордовым бархатом с золотым узором кресле. В комнате стоял полумрак, и фрукты, выложенные на большом серебряном блюде, источали свой сладкий, одурманивающий аромат. Напротив него в другом кресле расположился в шёлковом, тёмно-синем с серебряными пуговицами халате красавец Антонио с малахитовым бокалом в руках и задумчиво водил указательным пальцем по его краю.
— Нд-а… очень неожиданная ситуация я бы сказал, — негромко проговорил он на итальянском языке и, встав с кресла, подошёл к окну и уставился в ночную темень.
— Думаю, что из-за случившегося планов менять не стану и, как только земля окончательно схватиться морозом, тут же со своими скоморохами отправлюсь в Италию. Здесь моя основная миссия завершена — почти вся библиотека возвращена на своё место. Теперь мне нужно довезти до Учителя моих четверых мальчишек и определить их в нашу коллегию… один из них, возможно, станет великим художником. Да и остальные будут достойными членами нашего братства… И можно больше не возвращаться в эту страну…