Слава Господу, ты проснулась! С тобой все в порядке?
Слава Господу, ты проснулась! С тобой все в порядке?
Я я не знаю, Селина провела рукой по волосам. А что случилось?
Ты так кричала, что наверняка было слышно на много миль вокруг. Просто чудо, что стекла не повылетали. Я пыталась разбудить тебя, но у меня ничего не получилось.
Прости, Селина закрыла лицо руками.
Тебе не за что просить прощения, Софи обняла подругу за плечи. Тебе опять снился этот кошмар?
Да, но сегодня я досмотрела его до конца. О, господи
Да что с тобой, Селина? Софи сжала руками ее лицо. Скажи мне, что ты видела? И причем здесь Людовик Анжуйский?
Людовик Анжуйский? переспросила Селина.
Ты несколько раз произнесла его имя.
Ни при чем.
Селина!
Не волнуйся, Софи, ваш любимый дофин* (*наследник французского престола) не причинил мне никакого вреда. Наоборот, именно он помог мне добраться до монастыря. Можно сказать, спас мне жизнь.
Селина! Я хочу знать об этом все! Почему никто не упоминал о причастности дофина к твоему появлению здесь?
Девушка пожала плечами.
Я знаю об этом не более тебя.
Расскажи мне о нем!
Селина рассмеялась.
Ваше поклонение наследнику престола просто смешно. Ну хорошо, я расскажу тебе. Он привез меня сюда на своем коне, я сидела в седле впереди его
Значит, он обнимал тебя?
Похоже на то.
Какая ты счастливая, Селина!
Девушка снова рассмеялась.
Ты забываешь, Софи, что это случилось более трех лет назад. Мне тогда еще не исполнилось и четырнадцати, и было все равно, чьи руки обнимают меня, не давая упасть на землю. К тому же, я находилась тогда в почти бессознательном состоянии, Селина не хотела признаваться даже самой себе, какое приятное чувство охватило ее, когда она полусидела, полулежала в объятиях Людовика.
Ах, подружка, как можно было забыть дофина так надолго! Я бы не смогла, честно призналась Софи. А что ты еще помнишь?
Я вспомнила, как меня зовут.
Не может быть!
Но это так. Мое имя Селина де Лодвиль.
Софи со страхом посмотрела на подругу.
Дорогая моя, а ты ничего не перепутала? Ты действительно считаешь себя пропавшей дочерью герцогов де Лодвиль?
Я не считаю себя, я и есть их дочь!
Будь это правдой, тебя сейчас здесь не было!
Но почему? возразила Селина. Моя старая няня и дофин привезли меня сюда и
Селина! Да будь ты в самом деле дочерью Гийома де Лодвиль, его высочество никогда бы не оставил тебя здесь!
Но почему? снова возразила девушка. Он мог и не знать, что я его дочь!
Ты полагаешь, что твоя няня не сказала бы его высочеству, что ты это ты? Как вы повстречали его?
Я я не помню
Ты просто наслушалась всяких сплетен. Даже здесь, в монастыре, очень много болтают и про дофина, и про ужасную судьбу герцогов де Лодвиль, и про таинственное исчезновение их дочери.
Но ты же знаешь, что я появилась здесь в ту ночь, когда случилось это несчастье!
Да, но это могло быть простым совпадением!
Но портреты в моем медальоне говорят об обратном.
О каком медальоне ты говоришь?
Селина просунула руку в вырез ночной рубашки и осторожно извлекла медальон на тонкой золотой цепочке.
Вот об этом, девушка сняла медальон с шеи и, просунув ноготь большого пальца между двумя половинками, раскрыла его. Взгляни.
Софи склонилась над медальоном. Внутри его были помещены два миниатюрных портрета мужчины и женщины.
Пристально рассмотрев обоих, Софи повернулась к подруге.
Кто они, Селина? Это твои отец и мать?
Да.
Софи вновь бросила взгляд на медальон, затем на Селину и снова на портреты.
Ты похожа на них. Твоя мать была очень красивой женщиной, задумчиво произнесла она. Такая изысканная, утонченная Я думаю, тот, кто хоть раз увидел ее, не смог бы забыть ее. А твой отец черты его лица говорят о благородстве, а глаза выдают ум. К тому же он тоже был очень красив. Наверняка многие помнят их, ведь прошло не так уж много времени. и, недоуменно взглянув на подругу, добавила, ты потеряла память, но этот медальон все время был при тебе, не так ли? Почему ты никогда никому его не показывала?
Селина грустно вздохнула.
Ты права, медальон всегда был при мне. Но ведь я могла только догадываться, кто изображен на портретах внутри него. Хотя конечно, я всегда была уверена, что это мои родители, но кому я могла бы показать его? Кроме настоятельницы, сестры Анны, никто из живущих здесь не бывал в свете, ведь это монастырь для сирот, для «оборванок без роду, без племени», ведь именно так она называет нас за глаза? До сих пор не понимаю, как светская львица в мгновение ока превратилась в монашку! Я не верю сестре Анне, в каждом ее слове, в каждом движении скользит ложь. Она ненавидит меня, и взаимно. Поэтому если бы я показала ей медальон, она промолчала бы, или, хуже того, солгала, даже если и узнала моих родителей. А остальные могли решить, что я украла медальон. Ведь я не помнила своего прошлого. Та пожилая женщина, которая привезла меня и которая, как я знаю теперь, была моей няней и спасла меня, сказала, вероятно, в целях моей безопасности, что я ее внучка. Многое из того, что случилось более трех лет назад, я не понимаю, но одно знаю точно: я Селина де Лодвиль, и собираюсь заявить об этом, в первую очередь королю. И обязательно найду мерзавца, который убил моих родителей, и он сто раз пожалеет, что сделал это!