Продолжая на неё таращиться, констебль удивлённо покачал головой.
– Не ожидал, что она окажется так молода, – сказал он, в качестве ремарки Рэнсому, прежде чем снова обратиться к Гарретт: – Прошу прощения, мисс... но почему вы работаете врачом? Вы не дурны собой. Я знаю как минимум двоих парней в моём подразделении, которые были бы не прочь на вас жениться, – он сделал паузу, – то есть, если бы вы могли что-то приготовить и заштопать.
Гарретт мысленно рассердилась, заметив, что Рэнсом изо всех сил пытался сдержать усмешку.
– Боюсь, что штопаю я только раны и переломы, – сказала она.
Крупный солдат, лежавший на мостовой, приподнялся на локти и проговорил хриплым, презрительным голосом:
– Женщина-врач. Это противоестественно, скажу я вам. Держу пари, у неё там под юбками член.
Глаза Рэнсома сузились, весёлость мгновенно исчезла.
– Как насчёт того, чтобы получить сапогом по голове? – спросил он, подходя к солдату.
– Мистер Рэнсом, – резко сказала Гарретт, – нападать на человека, который уже лежит на земле, нечестно.
Детектив остановился, бросив зловещий взгляд через плечо.
– Учитывая, что он намеревался с вами сделать, ему повезло, что он ещё дышит.
В его последних словах появился намёк на ирландский акцент, Гарретт нашла этот факт крайне любопытным.
– Здравствуйте! – послышалось приветствие другого, приближающегося к ним констебля. – Я услышал свисток.
Пока Рэнсом отошёл посовещаться с вновь прибывшим, Гарретт направилась за своим докторским саквояжем.
– Рана в щеке солдата может потребовать наложения швов, – сказала она констеблю Хабблу.
– Не подходи ко мне, чертовка! – воскликнул солдат.
Констебль Хаббл свирепо на него глянул.
– Закрой свою помойку или я продырявлю другую щёку.
Вспомнив, что её скальпель ещё не нашёлся, Гарретт попросила:
– Констебль, не могли бы вы поднять лампу чуть повыше, чтобы осветить улицу? Я бы хотела поискать нож, который метнула в этого мужчину, – ей пришла в голову тревожная мысль, и она умолкла. – Возможно, он всё ещё у него.
– Не у него, – бросил Рэнсом через плечо, ненадолго прерывая беседу с другим констеблем. – Он у меня.
Гарретт посетило две мысли. Во-первых, как человек мог слышать, что говорит она, одновременно ведя разговор с собеседником, стоя в нескольких ярдах от неё? А во-вторых...