- Что вы знаете о деле, по поводу которого вас сюда пригласили? откашлявшись, спросил судья.
- Да что там знать? Ну, приехал клиент на такси что тут такого? У меня много клиентов, красавчик! и фривольно подмигнула, отчего судье, кажется, стало трудно дышать. М-да, бедный добропорядочный гном! Видимо, привлекаемые за проституцию барышни обычно вели себя скромнее, а в нынешней роли свидетеля Ольга Сидорова чувствовала себя привольно и развлекалась вовсю. Впрочем, на вопросы она отвечала вполне правдиво, не скрывая даже самых неприятных подробностей.
Любопытно, кстати, что Сагграда привлекли к ответственности за сводничество, а госпожу Сидорову и ее подругу при этом отпустили на все четыре стороны.
Дождавшись своей очереди задавать вопросы, я первым делом поинтересовалась:
- Скажите, насколько хорошо вы знаете подсудимого?
- Разок видела, - ответила рыжая, дернув пухлым плечиком.
- Только один раз? - уточнила я. А когда именно?
- Да когда его менты повязали! хмыкнула она. Я еще подумала, такой милый паренек, за что его так? Я б с ним и бесплатно...
Ларрия вскочила, переполненная праведным гневом, и попыталась рвануть к свидетельнице, чтобы основательно проредить ее рыжие волосы.
- Дочка, успокойся! гулким шепотом увещевал ее отец, крепко ухватив дочку за руку. Ольга Сидорова наслаждалась произведенным эффектом, судья требовал тишины в общем, всем весело. Наконец порядок был восстановлен.
- А какие-либо отношения вы с ним поддерживали? - продолжила я, краем глаза наблюдая, как Ларрия снова напряглась. Надо думать, чувства к бывшему жениху у нее еще остались...
- Да какие там отношения? хмыкнула госпожа Сидорова. - Говорю же, я его только разок видела, и то издали!
- Вы с ним договаривались, что он будет привозить вам клиентов? - настаивала я. Прокурор напрягся, но промолчал.
- Да ты что, дурная, что ли? возмутилась свидетель. - Я его знать не знала! Да мне и не надо, на меня и так ведутся!
Она игриво повела бедром, и я поспешила закончить, пока судья не получил инфаркт...
Наталья Кочеткова полностью подтвердила показания товарки. С каждым допросом судья Дроггсон все больше мрачнел, а когда за ней закрылась дверь, он пару минут задумчиво листал материалы дела.
- У обвинения есть доказательства, что занятие сводничеством у подсудимого носило регулярный характер? произнес он наконец.
- Нет! мрачно признал прокурор, не отрывая взгляда от своих записей.
- Понятно. - Судья откинулся на спинку стула и обратился ко мне: - У защиты имеются заявления и ходатайства?
- Да, ваша честь, - встала я. - Прошу приобщить к материалам дела копию жалобы моего подзащитного в прокуратуру.
- Нет! мрачно признал прокурор, не отрывая взгляда от своих записей.
- Понятно. - Судья откинулся на спинку стула и обратился ко мне: - У защиты имеются заявления и ходатайства?
- Да, ваша честь, - встала я. - Прошу приобщить к материалам дела копию жалобы моего подзащитного в прокуратуру.
- Мнение сторон о заявленном ходатайстве? спросил судья, принимая от меня бумаги.
- Я возражаю! категорично ответил прокурор. - Не понимаю, что защитник хочет этим доказать. Мало ли, кто какие жалобы пишет!
- Ваша честь, позвольте, я поясню! судья кивнул и я, стараясь не сбиваться на скороговорку, принялась говорить: - Обвинение пыталось нас убедить, что подсудимый занимался сводничеством систематически, однако не представило никаких подтверждений этого, кроме показаний свидетеля Райдота. Поскольку данный свидетель является работником милиции, полагаю, это должно зародить у суда сомнения в его правдивости...
- Суд в приговоре даст оценку его показаниям! выкрикнул прокурор. Какое это имеет...
- Мой подзащитный признал, - продолжила я, будто не слыша, - что указанное в обвинительном заключении деяние он совершил. Однако возникают сомнения в наличии у него умысла на совершении преступления. Прошу вас обратить внимание, что следователь умышленно разгласил присутствующим здесь невесте подсудимого и ее отцу обстоятельства дела, хотя госпожа и господин Доринсон не имели к данному уголовному делу никакого отношения. Полагаю, у следователя имелись личные мотивы, чтобы так поступить. Поэтому прошу суд приобщить жалобу к материалам дела и продолжить слушание уже после вынесения по ней решения!
Судья нахмурился, обдумывая мое объяснение, задумчиво подергал себя за косицу в бороде и обратился к Ларрии Доринсон:
- Встаньте, пожалуйста. Вы можете не отвечать на мои вопросы. Вам это понятно?
- Да! судорожно кивнув, согласилась она и сжала руки. Но я отвечу! На все вопросы отвечу! Задавайте!
Судья довольно кивнул и начал:
- Скажите, следователь действительно вас вызвал, чтобы рассказать о виновности подсудимого?
- Да, - подтвердила она. Он долго нас убеждал, фотографии показывал, показания этих... ну, женщин давал читать! Я же не верила, что Сагград... - Она всхлипнула и прикусила губу. И Оррад Латтсон так же говорил! Я вообще не знала, что и думать!
- Оррад Латтсон? не сдержавшись, воскликнула я. Откуда вы его знаете?
- Он за мной ухаживал, - она подняла на меня заплаканные глаза, полные недоумения. Давно уже. Я Сагграду не говорила...