* * *
Теперь, когда на конкретных примерах раскрыты действия триады - разведчиков, агентов и проводимых ими операций - этих "краеугольных камней" разведывательного мастерства, хотелось бы заглянуть в прошлое советской разведки - ИНО НКВД и РУ НКГБ, действовавших в годы Великой Отечественной войны.
Подмечено, что любой вид человеческой деятельности - индивидуальной либо коллективной - обостряет свою эффективность в моменты наивысшего напряжения моральных сил. Это характерно для людей искусства, города и деревни, ученых и инженеров, военных и разведчиков.
Отечественная война высветила различные возможности русских людей - и сильные и слабые. Победила сила духа, на который опирались наши предки, начиная с побед Александра Невского, Куликовской битвы… И, как нигде в другой области профессиональных действий, разведка в эти времена оказывалась на месте своей полезностью правителям и армиям.
Иногда скупые и, казалось бы, сухие цифры говорят красноречивее, чем громкие и долгие словоизлияния с трибуны либо на бумаге. В цифрах мыслям просторно, ибо описание их содержания в каждом случае многогранно. Тем более когда речь идет о "тайном фронте" в годы испытаний страны войной.
Что же заставило главу ЦРУ Даллеса отдать должное советской разведке? О чем могут поведать цифры, характеризующие оценку тайных успехов? Начнем с главного: ради чего "камни" приводятся в движение? Ради информации! Ради этого "хлеба" правительств и военных в любом состоянии государства, но особенно - в военное время. В нашем примере - это советско-германское противостояние.
Когда бываешь у памятника ушедшего из жизни человека, только одного человека, то прожитые им годы вынуждают воспринимать его как возможного участника и свидетеля событий в стране чуть более полувека. Но ведь и звучат для нас: 250 дней обороны Севастополя или 900 дней блокады Ленинграда?! Еще как звучат - своим героическим и трагическим эхом войны. Мы помним это, ликуя и скорбя…
41 000, 19 000, 17 000, 6 000!
Ниже раскрывается содержание указанных цифр, множество раз повторенные в воспоминаниях, статьях, книгах о "Кембриджской пятерке". Если подробно "оживить" этот ряд цифр, округленных до нулей, то они могли бы заговорить о мужестве разведчиков, агентов и мастерстве проведенных ими операций в 1941–1945 годах:
41 000 - количество документов, полученных советской разведкой за годы войны из "легальных", нелегельных резидентур и агентурных групп за рубежом;
19 000 - из них получено из лондонской резидентуры;
17 000 - из которых передано в Центр агентами "Кембриджской пятерки";
6 000 - добыто одним из членов "Пятерки" - Джоном Кернкроссом.
Раскрыть значение следующих цифр, значит показать как организовывался информационный поток - столь необходимый для ведения боевых действий на советско-германском фронте либо в отношениях СССР с союзниками по антигитлеровской коалиции в годы войны.
27 - количество стран действия советской внешней разведки;
90 - количество "легальных", нелегальных резидентур и агентурных групп;
200 - количество разведчиков в составе всех резидентур;
100+97 - количество агентов - граждан СССР и интернационалистов - в составе агентурных групп;
12 - количество сотрудников лондонской "легальной" резидентуры к 1944 году.
С началом войны наша разведка оказалась перед необходимостью переориентировать свои силы на направлении, подсказанном обстановкой военного времени - это работа в тылу немецких войск на оккупированной советской территории: в подполье, спецпартизанских отрядах и в составе Отдельной мотострелковой бригады особого назначения (ОМСБОН). Их работа оценена своими внушительными цифрами.
Такие цифры и структурные формирования стояли за словами Даллеса "посредством секретных операций".
Данные, характеризующие работу разведки в годы Отечественной войны, весомы и зримы. И приведены они именно за тот период не случайно: ибо к концу войны разведка вышла на пик своего разведывательного мастерства.
Как она шла к этому триумфу, показано на конкретных примерах с операциями, проводимыми разведкой в 20–40-х годах.
Трактовки от разведки
Веками проверенная народная мудрость гласит: "Сказка - ложь, да в ней намек - добрым молодцам урок", "В каждой шутке есть доля правды"… То, о чем пойдет речь дальше, - правда. Эта правда омыта "оперативной кровью" разведчиков многих поколений, выкристаллизовалась тяжелейшим опытом разведывательной работы. И не только русской или советской разведок.
Некоторая простота в форме изложения - это лишь попытка рассказать о сложных явлениях, свойственных разведработе, доходчивым языком, понятным любому читателю - от школьника до профессионала.
Известно, что любые трудовые действия человека объективно отвечают на три вопроса: кто? что? как? Профессия разведчика эффективна лишь тогда, когда эти три взаимосвязанных компонента отшлифованы до блеска.
Если "блеск" отсутствует, то это приводит к провалу, разрушению канала получения ценной информации с арестом участников разведработы - агентов и разведчиков. За провалом следуют кампания шпиономании в стране работы разведки и осложнения дипломатических отношений с этой страной. Это в мирное время, а в военное - еще и смертельная опасность для жизни агента и разведчика. И как следствие - потеря столь нужного канала информации. Именно так советская разведка потеряла в годы войны ценного агента в гестапо, антифашистов - источников сведений по советско-германскому фронту, а в послевоенные годы - агента, который мог возглавить британскую разведку.
В разведке: "кто?" - разведчик и агент, "что?" - информация, "как?" - приемы добывания и передачи сведений. "Предметом жгучего интереса" разведчика является информация, "жгучего обожания" - агент. Причем "обожание" столь велико, что гласные и негласные правила работы с агентом требуют (обязывают) спасения его от щупалец контрразведки противника даже ценой собственной жизни.
Разведшкола, где-то в Подмосковье. Идут практические занятия. Вот один из призывов к жертвенности ради "предмета обожания" - агента: "Вы должны лечь на рельсы трамвая, на котором разведчик едет на встречу с агентом, если вы обнаружите во время контрнаблюдения за своим коллегой "хвост". Это означает: нельзя привести "хвост" на место встречи с агентом. Какой ценой? Любой… Вспомните, в художественном фильме "Мертвый сезон" главный герой - профессиональный разведчик-нелегал - спасает привлеченного к работе с госбезопасностью советского гражданина… Эти финальные кадры ни у кого не могут вызвать сомнения в праве разведчика и необходимости идти на жертву ради агента".
Хорошо известный с послевоенных лет разведчик Федотов из прекрасной киноленты "Подвиг разведчика" многократно разговаривает сам с собой: "Связь, связь, связь…" Или: "Кому я здесь нужен без связи?!" Эти полузаклинания разведчика времен войны характеризуют составляющую вопроса "как?". Цепочка работает: информация - агент - разведчик. И каждое из звеньев этой цепочки имеет всего одну, но всеобъемлющую особенность. Так для информации - это достоверность, для агента - добросовестность, а для разведчика - профессионализм. А для связи между ними - дееспособность.
Трагедия советской внешней разведки в канун нападения Германии на СССР заключалась в проблеме достоверности информации, добытой ею для советского правительства и военного командования. Сведения были объективные, но…
После начала Второй мировой войны (сентябрь 1939 - июнь 1941) советская разведка смогла выявить следующие тенденции в оперативной обстановке последних мирных дней: неизбежность войны; истинные устремления Германии, Великобритании, США в отношениях с СССР; самые неблагоприятные варианты развития ситуации для СССР, когда он мог оказаться один на один с Германией против коалиции европейских государств. Наконец, она смогла детально осветить военную, военно-экономическую и политическую подготовку Германии к агрессии против СССР. И назвала точную дату нападения.
Информация имеет три равнозначные по важности оценки и в упрощенном виде может быть охарактеризована формулой САД. Где "С" - секретная, "А" - актуальная, "Д" - документальная. Трехсторонняя оценка информации определяет степень ее полезности с точки зрения доверия к ней, то есть достоверности.
Так вот, информация разведки к июню 1941 года характеризовалась чаще всего двумя категориями оценки "С" и "А" - секретная и актуальная. Так, например, в архивном деле агента-антифашиста Корсиканца, сотрудничавшего с советской разведкой с 1935 года, имеется календарь сообщений с сентября 1940 по 16 июня 1941 года (более 50 кратких резюме). И эти сведения представлены так: "со слов…", "из наблюдения…", "из документов, прошедших через руки…", "из документов…".
Конечно, эти сведения были секретными и важными по своей актуальности… Более того, старший лейтенант госбезопасности в то время Зоя Рыбкина - составитель этого календаря, сделала вывод, который начальник внешней разведки Павел Фитин доложил Сталину: "Все военные приготовления Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время". Это была формулировка из шифротелеграммы берлинской резидентуры, которая находилась в центре событий в этот трагический момент истории Советского государства.
Вот только реакция первого лица страны была неадекватной тревожному содержанию документа от разведки: "Не поддавайтесь панике!" Доклад состоялся 20 июня - впереди была война, через считаные часы.