- Взрослые, они не правильно рассуждают, они думают, что гриппом человек болеет, а я думаю, что гриппом болеют сами вирусы и лечить надо сначала от гриппа микробов, а человек сам выздоровеет... Понимаешь, Яковлев...
- Я понимаю, - начал разоблачать Яковлев Баранкина, - я то понимаю, что ты меня Баранкин, и себя всеми способами отвлекаешь от цели - я пришёл заниматься с вами математикой, а не гриппом, поэтому, давайте не терять времени даром! - Яковлев задрал голову и закатил глаза, как птица, пьющая воду из лужи и скороговоркой произнес, не делая между словами пауз:
- Задачаномертристадевяностодва, ребята. "Ребята пололи на пришкольном участке клубнику. Один из них прополол в два раза больше, чем другой, а третий прополол 8 рядов. Сколько рядов прополол первый мальчик и сколько второй, если все трое пропололи 26 рядов".
Говорили, что отличник Миша знает все учебники наизусть. Баранкин с Малининым этому не верили, но услышав барабанную без запинки дробь задачи, готовы были в то поверить.
- Ну, что вам непонятно в этой задаче? - спросил Яковлев, глядя на Юру и Костю как на малышей из детского садика. Этого Баранкин перенести не мог.
- Нам в задаче непонятно одно: зачем Михаил Яковлев теряет в квартире Баранкина зря своё отличниковское драгоценное время?..
- Как это зря? - обиделся Миша, - я ничего не теряю, я пришёл, чтобы помочь вам...
- Тогда ты нам очень поможешь, если оставишь нас с Малининым вдвоём, - сказал Юра Баранкин, - не маленькие... Отвернись! неожиданно приказал Баранкин Яковлеву, - Тот отвернулся. - Мы сами с усами, - сказал Баранкин и добавил: "Повернись!" - Яковлев повернулся и увидел Баранкина и Малинина действительно с усами. Это было настолько неожиданно, что Яковлев оторопел.
- Понял, куда мы сейчас с Малининым намотали твою задачу?.. На ус!.. И без твоей помощи!..
- Я что?.. Я пожалуйста!, - сказал Яковлев, направляясь в прихожую.
Внезапно Яковлев вернулся и, вытянув шею из проема дверей, спросил:
- Юра, а можно я приведу свою маму к тебе на экскурсию?
Баранкин ожидал от Яковлева любой вопрос, кроме этого. Поэтому поразмыслив, сказал:
- Можно!.. Но не нужно!..
Яковлев заметно расстроился, тогда Баранкин спросил его:
- А что, тебе от этого будет легче?
- Может быть будет полегче, - после этого Яковлев с явной завистью обвел взглядом сказочный и даже, можно сказать, волшебный беспорядок Юриной комнаты, - я на всякий случай буду сидеть во дворе на лавочке, если что, свистните...
- Ладно, - сжалился Баранкин, - когда я объявлю в своей комнате "день открытых дверей", приходи со своей мамашей!.. Так и быть...
Яковлев ушёл, потом снова вернулся.
- А что такое молоко, обогащённое теорией Пифагора? - спросил он.
- Много будешь есть, скоро состаришься, - ответил Баранкин.
После того, как входная дверь захлопнулась за Яковлевым, Баранкин подошёл к окну. Вход в подъезд был оцеплен ребятами. Алик Новиков успел притащить фотоаппарат на треноге и нацелил его на парадное.
- Ну, Фокина! - сказал Баранкин, - какую окружность сделала вокруг нас с тобой!.. Тихонова до этого никогда бы не додумалась!..
- Тут, пожалуй, не сбежишь, - согласился Малинин с Юрой.
- Не сбежишь? - усомнился Баранкин, - а день бегуна на что?.. Где его маршрут проходит?.. - спросил он Костю, - кажется где-то около нас?
- Кажется мимо твоего дома, - ответил Костя, разворачивая вчерашнюю "Вечёрку". Оба склонились над газетой.
- Точно, - сказал Баранкин, - вот наша улица... вот наш дом... вот шоссе, по которому скоро побегут участники... Через парадную дверь не выйдешь, а если через чердак и по пожарной лестнице?..
Юра снова подошёл к окошку.
Алик Новиков стоял по-прежнему возле фотоаппарата на треноге, нацеленного прямо на подъезд. На скамейке невдалеке сидел Миша Яковлев, уткнувшись носом в книгу.