Всего за 49.9 руб. Купить полную версию
– Ты, Леха, очень умный, – Агата поцеловала его в щеку, – придумал такую фирму! Это может не каждый, я тобой горжусь, Леха.
– Тамада Анатолий часто дежурит на свадьбах, – скромно ответил Леха, – это его правило – драка.
– А когда еще пойдем работать?
– Анатолий обещал позвонить и пригласить. Мы – ценные работники.
К вечеру весь Лунный бульвар знал про бизнес Лехи и Агаты. На бульваре секреты долго не хранятся.
– Классная фирма!
– Бей в пятак!
– В табло!
– Им писательница дала наводку!
Леха фыркнул:
– Она много дала наводок, а наш бизнес уже давно открыт. Пошли, Агата. – Он взял ее за руку и хотел увести с бульвара, но тут на дорожке появилась писательница.
– Ну что, Леха, успешно работает ваша фирма "Бей в табло?"
– Успешно, – радостно зашумели все, – а как вы догадались, вас же там не было?
– Интуиция. Я про вас много думаю и поэтому о многом догадываюсь. Экстрасенсиху, надеюсь, в вашей заварухе не задели? Это было бы ни к чему.
– Ни ее, ни Морозика даже пальцем не тронули, – смеялся Леха.
– Леха заварил эту кашу очень даже осторожно, лишних обид не нанес.
– А наш бизнес будет называться "Встречный ветер", – похвалилась Надя-Сфинкс, – правда, Барбосик?
– На мотоцикле будем людей возить, – Барбосов гордо огляделся, – бабки потекут рекой.
– К нам с Артемом тоже потекут рекой, – не смолчала Оля и стрельнула ярко-голубыми глазами.
Олино утро – то, которое наступило после посещения Экстрасенсихи, – как обычно, началось с воплей будильника. Он орал песню своего сочинения, а в таких случаях произведение кажется автору очень красивым:
Я не будильник! Я дудильник!
Так зовет меня Оля.
Она полезет в холодильник,
Съест сырую сосиску и окажется в школе!
Он дудел, носился по квартире, попался под ноги Олиной маме, она отпрыгнула в сторону – дудильник напоминал ей мышь, суетился и увиливал. Мышей Олина мама смертельно боялась, а крыс тем более. Она не разрешала Олиному другу Артему приносить в дом крысу Гертруду, поэтому он приходил только тогда, когда мамы не было дома.
Дудильник вовсе не был похож на мышь – круглый, голубенький, на коротких ножках, он быстро бегал и громко пел:
Очень трудно просыпаться,
Это знает всякий.
Трудно в школу собираться,
Умываться, одеваться, обуваться, наедаться,
Это знает всякий,
Но учиться надо,
И не вякай!
Прокричал свою не совсем складную песню, залез на тумбочку и затих, затикал, притворяясь обычным будильником.
Все-таки ему удалось разбудить Олю. Она села на кровати, протерла глаза, сунула ноги в тапочки и вдруг сказала ясным и вовсе не сонным голосом:
– Ну-ка повтори, дудильник, что ты сейчас пел?
– Ага! Понравилось! Наконец-то ты, Оля, врубилась! Оценила по достоинству мое творчество! А то все слушаешь Земфиру и Бутусова и всяких "Снайперов"! Слушай меня!
Очень трудно просыпаться,
Это знает всякий,
Но скорее одевайся,
Обувайся, наедайся,
Главное – не вякай!
Оля смеялась. Мама заглянула в комнату уже накрашенная и в пальто.
– Ольга! Ты в школу собираешься? Хорошо бы попасть туда сегодня утром! Не тормози!
– Не вякай! – хамски прокричал дудильник, мама погрозила ему кулаком.
Оля честно смотрела маме в глаза:
– Мама! Какая школа? Сегодня же метеоритный дождь! Объявляли по всем каналам радио и телевидения!
– Врешь! – ответила мама, а сама почти поверила. Мама есть мама – она встревожилась. Оля это заметила и добавила:
– Опасность подстерегает на каждом шагу.
– Скажешь, по всем улицам города опасно ходить и ездить? А мне на работу? Или на работу, по-твоему, можно? А в школу, по-твоему, нельзя?
– На работу, представь себе, можно, – уверенно ответила Оля, – метеориты будут падать с жуткой скоростью только в районе нашей школы и Лунного бульвара. Такое было предупреждение МЧС – министерства по чрезвычайным ситуациям.
– Врешь, Ольга, – окончательно поверила мама, – сиди дома и не выходи. На всякий случай! Слышишь? И занимайся математикой!
Мама ушла, Оля крикнула вслед:
– Метеоритный дождик местами и временами! Локальные осадки!
Она принялась жарить яичницу, позвонила на мобильник Артему:
– Артем! Ты сидишь в школе? Ну и лох! Я придумала классную фирму! Сваливай из школы, беги ко мне! Расскажу, а то не терпится!
Он влетел в квартиру с горящими глазами. Артем – человек самолюбивый, его задевало, что у Лехи есть свой бизнес, а у них с Олей пока одни поиски.
– Ну! Скажи название! – Артем кинул на пол сумку, а Гертруду выпустил на пол: ни одно живое существо не должно вечно сидеть в неволе. – Скажи название! – повторил Артем, взял со стола бутерброд и нервно проглотил.
– Название, – голосом Экстрасенсихи, заунывным и прикольным одновременно, прогудела Оля, – это самое главное – название, то есть имя, то есть заголовок! Фирма будет называться знаешь как? Сказать?
– Во тормозная! Да говори же! – Артем смеялся и злился в одно и то же время.
– Сначала ответь, Артем, на один вопрос. Я врушка? Или нет?
– Ты не врушка, – трусливо отвел взгляд он, – ну какая же ты врушка? Ты правду говоришь почти всегда.
– Эх ты! Я именно врушка! И это мой талант! Фирма будет называться "Веришь не веришь" и держаться на моем вранье.
– То есть как? Фирма должна держаться на экономике и на честной репутации. Я читал.
– Мало ли что пишут. Я буду придумывать вранье для родителей. Представляешь? Я же это умею лучше всех на свете!
– Погоди, у меня в голове мелькает. Зачем родители будут врать? Кому? Нам, что ли, детям то есть?
– Да не они, а мы! – Оля нетерпеливо топнула ногой, крыса Гертруда отскочила под диван. – Ну врубись, Артем! Врать родителям! Это необходимо, чтобы они нас не доставали! – Она рассказала про метеоритный дождь на Лунном бульваре и вокруг родной школы. Он, конечно, хохотал. Так начался их совместный бизнес. Артем, правда, поворчал для порядка:
– Вообще-то врать нехорошо. Родители нам не врут.
– Кто? Они? Ты что, вообще? Они только и делают, что обманывают, скрывают что-то, денег не дают, косметику прячут. Вранье – дело святое. Нам свобода, им спокойствие. И никакой налоговой инспекции. Как придраться? Все переговоры происходят сугубо частным образом! Все расчеты – из рук в руки. Докажи, налоговый, где тут бизнес?
Артем радостно поцеловал ее в щеку.
Потом они сидели на Лунном бульваре, Оля и Артем, рядышком на скамейке, Гертруда – в сумке. Мирный прогул, старушки, няньки, детки, собаки – никто не знал, о чем шепчется эта парочка.
– Слушай меня внимательно, Артем, – Оля правдивыми глазами смотрит на него, – я вчера нашла на земле обычную стекляшку, подумала: "Какие невоспитанные люди бьют на бульваре бутылки!"
– И что? Конечно, хамство!
– Оказалось – настоящий бриллиант! Чистой зеленой воды!
– Врешь! – Артем от такой новости прыгнул коленями на скамейку. – Где нашла? – Видно было – поверил. Почти. Оле оставалось добавить немного подробностей, они всегда вносят правдоподобие в рассказ.
– Под этой самой скамейкой я его нашла! Иду мимо, зачем мне садиться на скамейку без тебя? И вдруг как сверкнет! Фиолетовые лучи и зеленые! Подняла, присмотрелась – не стекло, а бриллиант!
– Покажи! – Артем загорелся. – Если не врешь, предъяви доказательство!
Крыса высунула мордочку из сумки и шевелила усами. Она многое понимает. Когда долго живешь среди людей, становишься умнее.
– С собой не ношу, опасно, замочит любой грабитель. – Оля не моргая смотрит на Артема. Она всегда так смотрит, когда обманывает. И он всегда верит этому открытому взгляду голубых глаз.
– Оля, давай говори по-честному – врешь?
– По-честному – вру! – смеется она. – Я тренируюсь для нашего бизнеса. Вранье будет в основе нашего честного дела!
Она смеялась, а он огорчился – бриллианта нет, а есть стекляшка чистой воды, битая хамами бутылка.
Они еще пошептались, обо всем договорились. К вечеру Оля позвонила Наде-Сфинксу:
– Сфинкс! Мы начали свой малый и средний бизнес!
– Ну да! Какой же? Опять торговля домашними животными? Птичий рынок у автобусной остановки? И налоговый дядька хватает за шиворот?
– А вот и нет! И дядька отдыхает! Отвечай, Сфинксик, хочешь ты завтра в школу не ходить? И чтобы родители не возникали? Могу предложить версию для родителей! И недорого возьму. Очень хорошо прогулять, завтра как раз контрольная.
– Версию? Знаем мы все версии: зуб болит, в ухе стреляет, в среднем. Кстати, Оля, где оно, среднее ухо? Вот левое, вот правое, а среднего нет.
– Среднее – нос, – уверенно заявляет Оля, – а версия моя – тебе сто лет такую не придумать.
– Да я много придумывала за свою жизнь. Школа на карантине, училка заболела? Все я знаю.
– Как хочешь, Надя-Сфинкс, но все, что ты сказала, это для маленьких, класса из пятого.
– А у тебя какие версии? Просто любопытно.
– Приходи, узнаешь. И деньги приноси, цены смешные, а контрошка по математике несмешная.
– Интересно, – с притворной вялостью ответила Надя-Сфинкс, – зайду, все равно в магазин надо за гречкой.
– Лети сюда поскорее, а то продадим другим – наш товар любому в нашем классе пригодится!
– Сейчас приду, все равно делать нечего, – Надя-Сфинкс упрямо сбивала спесь с Оли и заодно – цену товара.