- Давайте-ка всё же отложим философские дискуссии до следующего раза, - перебил его Фальк. - Мне хотелось бы услышать подробности вашего пребывания в доме леди Тилни. Любопытно также узнать, каким образом вам удалось сбежать.
Я посмотрела на Гидеона. Ну-ну, пускай выдаст свою версию про побег без пистолета. Я взяла ещё одно пирожное.
- Нам повезло, - сказал Гидеон. Голос его даже не дрогнул. - Я сразу заметил: что-то тут не так. Леди Тилни, казалось, ни капли не удивилась, когда нас увидела. Стол был накрыт и когда появились Люси и Пол, а в дверях вырос швейцар, мы с Гвендолин забежали в соседнюю комнату и спустились оттуда по боковой лестнице. Экипаж куда-то исчез, поэтому нам пришлось бежать.
Казалось, врать ему было не очень-то сложно. Он не краснел, не моргал, не смотрел в потолок. Голос его звучал так же уверенно, как и прежде.
Но всё-таки в этой истории оставались некоторые пробелы, из-за которых она была не похожа на правду.
- Странно, - сказал доктор Уайт. - Если бы они действительно решили вас задержать, то вооружились бы до зубов и позаботились о том, чтобы вам невозможно было уйти.
- У меня от вас голова кругом, - сказал Химериус. - Ненавижу эту мешанину - "если бы, вам бы", не люблю сослагательное наклонение!
Я с надеждой взглянула на Гидеона.
Теперь придётся ему выкручиваться, раз он так хочет убедить их в своей "без-пистолетной" версии.
- Мне кажется, мы их просто перехитрили, - сказал Гидеон.
- Хм, - Фальк покачал головой.
Остальные собравшиеся тоже недоверчиво смотрели на меня. Неудивительно! Гидеон всё испортил! Если уж решил врать, тогда будь добр, иди до конца - угости слушателей парочкой интересных деталей.
- Мы, правда, действовали очень быстро, - поспешно сказала я. - Ступеньки на боковой лестнице, наверное, только-только натёрли лаком, я чуть не поскользнулась. Вообще-то, я скорее съезжала по этой лестнице, чем бежала. Если б мне не посчастливилось вовремя схватиться за перила, лежала бы я сейчас со сломанной шеей в 1912 году. Кстати говоря, что происходит, если путешественник во времени умирает где-нибудь в прошлом? Тело прыгает само по себе обратно в настоящее время? Ну, как бы там ни было, нам крупно повезло - чёрный ход был открыт, через него только что зашла служанка, которая несла сумку с продуктами. Толстая светловолосая девушка. Мне казалось, что Гидеон вот-вот собьёт её с ног. Она несла полную корзину яиц, вот крику было бы! Но мы её не задели, пронеслись мимо и выбежали на улицу. Мы так летели, что я натёрла мозоль на пальце.
Гидеон откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Я старалась поймать его взгляд, но он отвернулся. Благодарностью это не назовёшь.
- В следующий раз надо будет надеть кеды, - подытожила я, нарушая наступившую в зале тишину. Затем я потянулась за ещё одним пирожным. Кроме меня они, кажется, никому не понравились.
- У меня появилась догадка, - медленно сказал мистер Уитмен, покручивая на указательном пальце правой руки свой перстень с печаткой. - И чем дольше я думаю, тем больше убеждаюсь, что я прав. Если…
- Возможно, я выгляжу глупо, но повторюсь ещё раз: я действительно настаиваю на том, что ей не следует присутствовать при этом разговоре, - сказал Гидеон.
Я вздрогнула. Теперь Гидеон меня не просто обидел, а даже разозлил.
- Он прав, - поддержал Гидеона доктор Уайт. - С нашей стороны это полнейшее безрассудство - допускать её к нашим переговорам.
- Но мы ведь хотели услышать воспоминания Гвендолин, - сказал мистер Джордж. - Каждая деталь, как, например, впечатления об одежде или словах, может дать нам подсказку, в каком времени следует искать Люси и Пола.
- Она сможет рассказать нам об этом завтра или послезавтра, - сказал Фальк де Виллер. - А сейчас отправляйся, пожалуйста, вниз, отведи Гвендолин на элапсацию.
Мистер Джордж скрестил руки на своём толстеньком животе и молча смерил взглядом Фалька.
- Давайте я пойду с Гвендолин к хронографу и прослежу за ходом прыжка во времени, - сказал мистер Уитмен, вставая и отодвигая стул.
- Хорошо, - Фальк согласно кивнул. - Двух часов будет достаточно. Можно поручить кому-нибудь из адептов, чтобы он встретил её по возвращении. А ты нужен нам здесь.
Я вопросительно посмотрела на мистера Джорджа. Он немного смущённо пожал плечами.
- Пойдём, Гвендолин, - позвал мистер Уитмен, - чем раньше ты с этим справишься, тем быстрее отправишься спать. Тогда завтра в школе ты сможешь работать наравне со всеми. С нетерпением жду твоего сочинения о Шекспире.
Вот кошмар! Это у него, наверное, нервы шалят! В такой момент вспомнить о Шекспире, ну даёт! На секунду я задумалась, а не стоит ли мне возмутиться, но потом решила промолчать. Вообще-то мне и самой не хотелось больше слушать весь этот бред. Мне просто хотелось поскорей очутиться дома и забыть о прыжках во времени, хронографе, и о Гидеоне, кстати, тоже. А они пусть тут сидят в своём дурацком зале и переливают свои жутко важные секретные разговорчики из пустого в порожнее, пока совсем не охрипнут. А Гидеону вообще мои особые пожелания, счастливо оставаться!
Химериус был прав: все они полные фрики.
Меня смущало только одно: несмотря ни на что, я всё равно поглядывала на Гидеона, а в моей голове крутилась назойливая мысль: если он сейчас улыбнётся, я всё ему прощу.
Само собой, он не улыбнулся. Вместо этого он выразительно посмотрел мне в глаза. О чём он думал, я отгадать не могла. Вдруг мне показалось, что наш поцелуй остался далеко позади, в голову полезли глупые стишки, которые изрекала Синтия Дейл, наш школьный оракул в любовных делах: "Глазки-то зелёные, а в сердце чернота, от любви со стонами нету и следа".
- Спокойной ночи, - с достоинством произнесла я.
- Спокойной ночи, - пробормотали все. То есть, все, кроме Гидеона.
Он сказал:
- Не забудьте завязать ей глаза, мистер Уитмен.
Мистер Джордж раздосадованно хмыкнул. Выходя за дверь в сопровождении мистера Уитмена, я услышала, как мистер Джордж сказал:
- Неужели вам не приходило в голову, что как раз из-за столь ограниченного поведения происходит то, что происходит?
Ответил ли ему кто-то или нет, я уже не услышала. Тяжёлая дверь захлопнулась, голоса стихли.
Химериус почесал затылок кончиком хвоста.
- Да уж, такое странное сборище мне ещё не приходилось видеть!
- Не принимай всё слишком близко к сердцу, Гвендолин, - сказал мистер Уитмен. Он вытащил из пиджака чёрный платок, сложил его и приложил к моим глазам. - Ты для нас игрок новый. Таинственная незнакомка.
Что он хотел этим сказать? Это для меня всё вокруг было новым, а не наоборот!
Ещё три дня тому назад я и понятия не имела о существовании хранителей. Тогда моя жизнь была абсолютно нормальной. Ну, по крайней мере, в общих чертах.
- Мистер Уитмен, прежде чем вы завяжете мне глаза… мы можем заглянуть в ателье мадам Россини и забрать мои вещи? Я оставила тут уже второй комплект школьной формы, а мне ведь нужно будет что-то надеть завтра утром. Да и рюкзак с книгами тоже там.
- Конечно, - шагая по коридору, мистер Уитмен помахивал перед собой платком. Настроение у него явно было хорошее. - Можешь спокойно переодеваться в свои вещи, в этом путешествии тебе не придётся ни с кем встречаться. В какой год мы должны тебя отправить?
- Какая разница, если меня всё равно запрут в подвале, - сказала я.
- Да-да, нужно отправить тебя в тот год, где у тебя не будет шанса с кем-нибудь… случайно встретиться. Начиная с 1945 года никаких проблем не возникнет, а вот раньше это помещение использовали в качестве бомбоубежища. Как насчёт 1974-го? Это год, в котором я родился. Хороший был год, - он улыбнулся. - Или давай отправим тебя в 30 июля 1966-го. В этот лень Англия выиграла у Германии в финале чемпионата мира. Но ты не рьяная болельщица, правда?
- Нет, особенно когда сидишь в какой-то дыре без единого окошка на глубине двадцати метров под землёй, - устало сказала я.
- Это для твоего же блага, - мистер Уитмен вздохнул.
- Погодите, погодите, - сказал Химериус, который кружил вокруг меня. - Я что-то снова не совсем понял. Значит, ты сейчас сядешь в машину времени и отправишься в прошлое?
- Да, правильно, - ответила я.
- Тогда давай зададим 1948-ой год, - сказал мистер Уитмен. - Летние Олимпийские Игры в Лондоне.
Он шёл впереди, поэтому не увидел, как я состроила раздражённую мину.
- Путешествия во времени! Ну ничего себе! Хорошенькую же я себе нашёл подружку! - сказал Химериус. В его голосе мне впервые послышалось что-то вроде уважения.
Комната, в которой стоял хронограф, находилась глубоко под землёй. Каждый раз меня приводили и уводили с завязанными глазами, но мне начинало казаться, что я примерно знаю, где нахожусь. Хотя бы потому, что в 1912 и в 1782 годах мне посчастливилось выбраться отсюда без повязки на глазах. Когда мистер Уитмен вывел меня из пошивочной мадам Россини и указал на коридор и лестницу перед собой, я почувствовала, что начинаю запоминать маршрут. Только в конце пути мне показалось, что мистер Уитмен сделал ещё парочку лишних поворотов, чтобы меня запутать.
- Вот чудаки, - сказал Химериус, - зачем это они запихнули машину времени в самый тёмный на свете чулан?
Я услышала, как мистер Уитмен с кем-то заговорил, затем открылась массивная дверь, мы куда-то вошли, и дверь снова затворилась. Мистер Уитмен снял с моих глаз повязку.