В зале нас уже заждались. Там были Гидеон, дядя Фальк, янтарными глазами и седой шевелюрой напоминавший мне волка, мрачный доктор Уайт в своём неизменном чёрном костюме и - к моему великому удивлению - наш учитель английского и истории мистер Уитмен, которого мы с Лесли прозвали "бельчонком". Мне сразу стало ещё больше не по себе, и я неуклюже вцепилась в подол своего светло-голубого платья.
Ещё сегодня утром мистер Уитмен строго отчитал нас с Лесли, когда мы болтали в туалете во время урока. А кроме того, он конфисковал все материалы, которые Лесли собрала, чтобы мне помочь. Раньше мы только предполагали, что мистер Уитмен принадлежит к Внутреннему Кругу Хранителей, но теперь мне пришлось в этом убедиться.
- Гвендолин, а вот и ты, наконец, - дружелюбно сказал Фальк де Виллер, но улыбки на его лице не было. Не мешало бы ему побриться, лицо уже покрыто густой щетиной. Но, возможно, он относится к тем мужчинам, которые утром бреются, а до вечера у них успевает отрасти маленькая бородка. Может, мне это просто показалось, потому что кожа вокруг рта у него была более грубая и тёмная. Во всяком случае, вид у Фалька де Виллера был гораздо строже и напряжённее, чем вчера или в среду.
Настоящий волк - вожак стаи.
Мистер Уитмен, несмотря на утреннее происшествие, подмигнул мне, а доктор Уайт пробормотал что-то невразумительное, я расслышала только "эти женщины" и "никакой пунктуальности".
Возле доктора Уайта, как всегда, стоял маленький светловолосый мальчик-привидение по имени Роберт. Казалось, он единственный, кто обрадовался моему приходу - малыш лучезарно улыбался. Он был сыном доктора Уайта. В семь лет мальчик утонул в бассейне. Он превратился в привидение и вот уже несколько лет не отставал от своего отца ни на шаг. Кроме меня его, конечно же, никто не видел. Нормально поговорить с Робертом мне пока не удалось, ведь рядом с ним всегда был доктор Уайт. А мне так хотелось бы выяснить, что же до сих пор держит его на земле.
Гидеон скрестил руки на груди и прислонился к одной из искусно украшенных резных стен. Он мимоходом взглянул на меня и сразу же перевёл глаза на поднос в руках у миссис Дженкинс. Надеюсь, в животе у него бурчало так же громко, как и у меня.
Химериус запрыгнул в зал ещё передо мной, сейчас же он беспокойно оглядывался по сторонам.
- Ничего себе, - сказал он, - отгрохали хоромы! - Химериус прогуливался по залу, оглядывая узоры на стенах. Я тоже не могла отвести от них глаз, хотя видела их уже не в первый раз. Особенно выразительной была русалка, которая плыла над диваном. Каждая чешуйка была вырезана с невероятной тщательностью, а плавники переливались голубым и бирюзовым светом.
Но своё название этот зал получил в честь огромного дракона, который извивался между люстрами. Зверь был вырезан так виртуозно, что казалось, он вот-вот расправит крылья и слетит с потолка.
Заметив Химериуса, Роберт попятился назад, прикрыл глаза и юркнул за спину доктора Уайта.
Мне так хотелось сказать ему что-то вроде "Он тебя не обидит, он хочет только поиграть" (надеясь, что это так и есть), но рассказывать призраку мальчика о демоне, да ещё и в присутствии стольких людей, не рекомендуется.
- Я пойду гляну, не осталось ли на кухне ещё какой-нибудь еды, - сказала миссис Дженкинс.
- Вам давно пора домой, миссис Дженкинс, - сказал Фальк де Виллер. - В последнее время вы и так много работаете сверхурочно.
- Правильно, идите домой, - поддержал его доктор Уайт. - Никто тут без вас с голоду не умрёт.
Я умру! Я была уверена на сто процентов, что Гидеон сейчас думает о том же. Когда наши глаза встретились, он улыбнулся.
- Но пирожные здоровым ужином для детей не назовёшь, - сказала миссис Дженкинс. Хотя голос её звучал тихо-тихо.
Мы с Гидеоном уже, конечно, детьми себя не считали, но нормальная порция чего-то вкусного к ужину нам бы точно не повредила. Жаль, что единственной, кто был со мной в этом солидарен, была миссис Дженкинс. А у неё права голоса, в общем-то, не было. В дверях она столкнулась с мистером Джорджем, который всё ещё тяжело дышал. Он тащил два тяжеленных фолианта в кожаном переплёте.
- О, миссис Дженкинс, - сказал он, - большое спасибо за чай. Пожалуйста, отправляйтесь домой и закройте офис.
Миссис Дженкинс поглядела на него с лёгким презрением, но голос её был вежливым, как и прежде:
- Тогда до завтра!
Мистер Джордж, пыхтя, закрыл за ней дверь и положил толстые книги на стол.
- Вот и я. Давайте начинать. Четыре члена Внутреннего Круга не имеют права принимать решение, но завтра утром мы будем практически в полном составе. Можем обойтись без Синклера и Хокинса, они передали своё право голоса мне. Сегодня нам предстоит только наметить план дальнейших действий.
- Давайте присядем, - Фальк указал на стулья, которые стояли вокруг стола прямо под резным драконом. Все уселись. Гидеон повесил свой сюртук на спинку стула и закатал рукава.
- Я повторяю, Гвендолин здесь сегодня присутствовать не обязана! Она устала и страшно перенервничала. Ей нужно еще немного проэлапсировать, а затем пусть кто-нибудь доставит её домой.
А перед этим пусть ей ещё закажут пиццу. С двойным сыром, пожалуйста.
- Не волнуйся. Дай Гвендолин возможность поделиться с нами своими впечатлениями, - сказал мистер Джордж. - А затем я сам отведу её к хронографу.
- Уставшей и нервной она совсем не кажется, - пробормотал "чёрный" доктор Уайт.
Роберт, маленькое привидение, стоял за спинкой его стула и с интересом поглядывал на диван, на котором развалился Химериус.
- Это что за штука? - спросил он меня.
Я, конечно, ничего не ответила.
- Я не штука, я добрый друг Гвендолин, - ответил за меня Химериус и высунул язык. - Даже, наверное, лучший друг. Она купит мне собаку.
Я окинула диван строгим взглядом.
- Случилось невозможное, - сказал Фальк. - Когда Гидеон и Гвендолин разыскали леди Тилни, их уже поджидали. Все здесь присутствующие могут подтвердить, что мы наугад выбрали дату и время прыжка. Но Люси и Пол подкараулили ребят. Совпадением это быть не может.
- Значит, кто-то донёс им о наших планах, - сказал мистер Джордж, перелистывая страницы одного из фолиантов. - Вопрос только один - кто.
- Скорее, когда, - сказал доктор Уайт, глядя на меня.
- И с какой целью, - сказала я.
Гидеон вдруг нахмурился.
- Цель очевидна. Им нужна наша кровь, чтобы считать её и занести в украденный хронограф.
- В записях нет ни единого слова о вашем визите к леди Тилни, - сказал мистер Джордж. - Но ведь вы общались по меньшей мере с тремя хранителями. Да ещё и стражи, которые охраняют коридоры. Может, вы запомнили чьи-нибудь имена?
- Первый секретарь принял нас лично, - сказал Гидеон и откинул локон со лба. - Вроде его звали Бёрджес, как-то так. Он сказал, что братья Джонатан и Тимоти де Виллеры должны прибыть на элапсацию вечером, а леди Тилни уже элапсировала с утра. Затем мужчина по фамилии Уинсли отвёз нас в Белгравию. Он должен был нас дождаться, чтобы отвезти обратно, но когда мы вышли из дома, его экипажа и след простыл. Нам пришлось бежать со всех ног. Затем мы спрятались в убежище, где можно было дождаться следующего прыжка.
Я почувствовала, что при упоминании об убежище мои щёки вспыхнули. Я поспешно схватила пирожное и опустила глаза.
- Отчёт об этом дне составлен хранителем Внутреннего Круга, неким Фрэнком Майном. Здесь всего пара строк, немного о погоде, затем о марше протеста суфражисток в Сити, а затем о том, что леди Тилни вовремя явилась на элапсацию. Никаких особых происшествий. Близнецы де Виллеры здесь не упоминаются, хотя в те годы они уже были членами Внутреннего Круга. - Мистер Джордж вздохнул и захлопнул фолиант. - Очень странно. Всё это напоминает какой-то заговор.
- Но главный вопрос остаётся прежним: откуда Люси и Пол узнали о том, что Гидеон и Гвендолин появятся у леди Тилни именно в этот день и именно в это время? - сказал мистер Уитмен.
- Уф-ф, - подал голос со своего дивана Химериус, - слишком много имён, прямо башка кругом!
- Ответ очевиден, - сказал доктор Уайт, снова поглядывая в мою строну.
Все, включая меня, задумчиво и напряжённо уставились перед собой.
Я ничего не совершила, но, кажется, все здесь присутствующие считали, что в будущем я захочу рассказать Люси и Полу, когда именно мы собирались посетить леди Тилни.
Всё это было очень запутанно. Чем больше я об этом думала, тем менее логичными казались мне эти мысли.
Мне вдруг стало так одиноко.
- Что это вообще за фрики? - сказал Химериус и перепрыгнул с дивана прямо на люстру, где он снова устроился вниз головой. - Путешествия во времени? Уж кто-кто, а наш брат на своём веку повидал немало, но даже для меня это что-то новенькое.
- Я одного не понимаю, мистер Джордж, - сказала я. - Почему вы решили, что в этих записях найдётся упоминание о нашем визите? То есть, если там что-то и было, вы ведь могли прочитать это раньше, вы бы раньше знали, что мы попадём туда именно в этот день и что нам придётся там пережить. Или это как в том фильме с Эштоном Кутчером? Каждый раз, когда кто-то из нас возвращается из прошлого, будущее полностью изменяется?
- Это очень интересный философский вопрос, Гвендолин, - сказал мистер Уитмен таким тоном, будто мы были на уроке. - Фильм, о котором ты говоришь, мне не знаком, но согласно законам логики, малейшая модификация прошлого влечёт за собой колоссальные изменения будущего. Например, в одном рассказе Рея Брэдбери…