Глава четвёртая
- Гвенни! Гвенни! Вставай!
Тебе пора просыпаться!
Я едва очнулась от глубокого сна - в этом сне я была морщинистой старухой, сидела напротив испуганного Гидеона и уверяла его, что меня зовут Гвендолин Шеферд, и что я прибыла из 2080-го года. Но тут передо мной появился знакомый курносый носик Кэролайн, моей младшей сестрёнки.
- Ну наконец-то! - сказала она. - Я уже устала тебя будить. Мне так хотелось вчера тебя дождаться, но я всё-таки уснула раньше. Ты снова прибыла в каком-то странном платье?
- На этот раз нет, - я села на кровати. - Мне разрешили переодеться прямо там.
- Скажи, Гвенни, теперь всегда так будет? Ты всегда будешь приходить домой, когда я уже сплю? Мама так изменилась с тех пор, как всё это закрутилось. А мы с Ником так по тебе скучаем - без тебя ужин - просто кошмар.
- Он и со мной был не ахти, - утешила я Кэролайн и снова зарылась головой в подушку.
Вчера вечером я опять приехала домой на лимузине, шофёр был какой-то незнакомый, но вместе с нами поехал рыжий мистер Марли, он проводил меня до самых дверей.
С Гидеоном мы вчера больше не встречались, и так мне, в общем-то, было легче.
Хватит и того, что я целую ночь видела его во сне.
Дверь нам открыл мистер Бернхард, швейцар моей бабушки, предельно вежливый и невозмутимый, как всегда. Мама тоже выскочила мне навстречу, она подбежала к нам и обняла меня так крепко, будто я вернулась из какой-нибудь полярной экспедиции. Я так обрадовалась, когда её увидела, но всё-таки мне было немного обидно. Было неприятно осознавать, что она врала мне всё это время. А зачем ей это понадобилось, мама так и не сказала.
Она лишь обронила несколько загадочных слов вроде "Не доверяй никому - опасно - тайна - трам-пам-пам", но они не очень-то прояснили ситуацию.
Именно из-за этой обиды, а ещё из-за того, что я буквально с ног валилась от усталости, меня хватило только на то, чтобы втихомолку проглотить маленький кусочек курицы и поскорей юркнуть в постель. Поэтому я так и не рассказала маме о том, что со мной приключилось. Да и чем она сможет помочь? Мама что-то слишком волнуется. Мне показалось, она устала почти так же сильно, как и я.
Кэролайн потрясла меня за руку:
- Эй, Гвенни! А ну не засыпай!
- Ладно-ладно, - резким движением я сдёрнула с ног одеяло и с удивлением ощутила, что выспалась, несмотря на то, что вчера вечером мы с Лесли ещё довольно долго болтали по телефону. Но куда запропастился Химериус?
Перед сном я зашла в ванную, и тогда Химериус исчез. С тех пор он больше не появлялся.
Стоя под душем, я наконец окончательно проснулась. Я помыла голову дорогим маминым шампунем и ополаскивателем, хотя это и было запрещено. Я боялась, конечно, что меня тут же разоблачат из-за аромата роз и грейпфрута, который теперь исходил от моих волос. Пока я сушила голову, думать не получалось ни о чём, кроме одного: нравятся ли Гидеону розы и грейпфруты. Но я быстро спохватилась. Кажется, я совсем с ума сошла: стоило мне поспать пару часиков, как я опять только и думаю об этом снобе. Ну что, что такого между нами произошло? Ну, поцеловались мы немножко в церковной исповедальне, но ведь сразу же после этого Гидеон снова превратился в противного задаваку. Как-то мне не очень хотелось вспоминать о вчерашних разочарованиях, пусть даже на свежую голову. Я, кстати, всё подробно описала Лесли, а она никак не хотела менять тему и задавала всё новые и новые вопросы.
Я выключила фен, оделась и побежала, перескакивая через ступеньки, вниз в столовую. Кэролайн, Ник, мама и я занимали четвёртый этаж. Здесь было хоть немного уютнее, в отличие от остального пространства этого огромного дома, испокон веков принадлежавшего нашей семье.
Всё остальное пространство было доверху забито антиквариатом и портретами моих прадедов и прабабок, немногие из которых могли похвастаться приятной внешностью. А ещё у нас в доме был бальный зал, в котором я когда-то учила Ника кататься на велосипеде. Тайно, конечно, но ведь движение в большом городе - это просто кошмар, об этом знает любой ребёнок.
Как бы я хотела, чтобы мы могли завтракать и ужинать на своём уютном четвёртом этаже, но леди Ариста, моя бабушка, настаивала на том, что все должны собираться в этой мрачной и тёмной столовой. Стены в комнате были обиты тёмным деревом, поэтому казалось, что они покрыты слоем шоколада. Это единственное нормальное сравнение, которое приходило в голову, все остальные… э-э-э… немного портили аппетит.
Хотя атмосфера в столовой была сегодня поприветливее, чем вчера. Я почувствовала это, как только вошла.
Леди Ариста всегда чем-то напоминала мне строгую учительницу танцев, которая, если что, может больно ударить по пальцам. Но сегодня она поприветствовала меня вполне дружелюбно:
- Доброе утро, дитя моё.
Шарлотта и её мама улыбались мне так, словно знали что-то, о чём я не имела ни малейшего представления.
Тётя Гленда никогда раньше мне не улыбалась (она вообще мало кому улыбалась, если не считать её коронных презрительных усмешек), а Шарлотта ещё вчера бросила мне пару едких замечаний. Поэтому я начала подозревать недоброе.
- Что-то случилось? - спросила я.
Мой двенадцатилетний брат Ник расплылся в широченной улыбке, когда я села на своё место рядом с Кэролайн. Мама пододвинула мне огромную тарелку с бутербродами и яичницей. Когда аппетитный запах еды защекотал мне нос, я чуть сознание не потеряла от голода.
- Ну и ну, - сказала тётя Гленда. - Ты, наверное, хочешь, чтобы твоя дочь получила месячную дозу жиров и холестерина за один приём пищи, а, Грейс?
- Именно, - невозмутимо ответила мама.
- Когда она вырастет, то возненавидит тебя за то, что ты не следила за её фигурой должным образом, - сказала тётя Гленда и снова улыбнулась.
- Фигура Гвендолин идеальна, - сказала мама.
- Пока что - возможно, - сказала тётя Гленда. Она всё ещё улыбалась.
- Вы подсыпали тёте Гленде что-то в чай? Признавайтесь! - прошептала я Кэролайн.
- Кто-то позвонил по телефону и с тех пор тётю Гленду и Шарлотту как подменили, - прошептала мне в ответ Кэролайн.
В эту же секунду в проёме окна появился Химериус. Он сложил крылышки и просунул голову сквозь стекло.
- Доброе утро! - обрадовалась я.
- Доброе утро! - ответил Химериус и перепрыгнул с подоконника на пустой стул.
Пока все удивлённо посматривали в мою сторону, Химериус почесал живот и вздохнул.
- Ну у тебя и семейка! Не маленькая. Я пока тут не обжился, но гляжу, у вас куда не плюнь - одни тётки в хозяйстве. Что-то многовато их, как по мне. И у большинства из них такой вид, будто их необходимо срочно защекотать, - он расправил крылья. - Где же отцы всех этих деточек? И где домашние животные? Такой дом огромный, и даже канареечки не удосужились завести. Нет, ну я так не играю.
Я улыбнулась.
- А где бабушка Мэдди? - спросила я, набрасываясь на еду.
- Боюсь, моя любимая золовка предпочла удовлетворить свою потребность во сне, а не любопытство, - с достоинством сказала леди Ариста. Она восседала на своём стуле, прямая, словно свечка. Тремя пальцами она осторожно держала кусочек хлеба с тонким слоем масла (мне кстати, никогда ещё не приходилось видеть бабушку сгорбленной, спина у неё всегда была идеально прямая).
- Вчера она слишком рано встала, и весь день была в совершенно несносном расположении духа. Не думаю, что нам выпадет честь лицезреть её раньше десяти.
- Так-то оно и лучше, - пискляво поддакнула тётя Гленда. - Её болтовня о сапфирах в форме яйца и башнях с часами кого угодно с ума сведут. А как твои дела, Гвендолин? Представляю, как ты испугалась и запуталась.
- Хм, - буркнула я.
- Ужасное, должно быть, чувство, когда осознаёшь, что родился для высшей цели, а соответствовать возложенным на тебя ожиданиям не в силах, - тётя Гленда наколола на вилку кусочек помидора.
- Мистер Джордж сообщил, что до сих пор Гвендолин проявляла себя с хорошей стороны, - сказала леди Ариста. Но только я порадовалась её поддержке, как бабушка продолжила:
- Во всяком случае, она действовала по обстоятельствам. Гвендолин, сегодня тебя снова заберут из школы и доставят в Темпл. На этот раз тебя будет сопровождать Шарлотта.
Я не могла сказать ни слова, потому что рот был битком набит яичницей. Поэтому мне оставалось только испуганно выпучить глаза. Зато Ник и Кэролайн дружно озвучили мой вопрос:
- Это ещё почему?
- Да потому, - сказала тётя Гленда, многозначительно наклонив голову, - что Шарлотта умеет всё, что должна уметь Гвендолин, дабы исполнить столь высокую миссию. Из-за беспорядков, которые творились последние два дня, и которые мы с вами можем себе живо представить, в Темпле приняли решение, что Шарлотта поможет своей непутёвой кузине и подготовит её к последующим прыжкам во времени.
Вид у неё был такой, будто Шарлотта только что победила на Олимпийских играх.
К последующим прыжкам?! Что всё это значит?!
- Кто эта тощая и злющая рыжая метёлка? - осведомился Химериус. - Надеюсь, вы хотя бы не близкие родственники?
- Такая просьба нас нисколько не удивила, но мы всё же сомневались, стоит ли её удовлетворить. Ведь Шарлотта, в сущности, нисколько не обязана это делать. Но… - тут тощая и злющая рыжая ме… тётя Гленда театрально вздохнула, - Шарлотте слишком хорошо известно, насколько важна эта миссия, потому она готова пожертвовать собственными интересами и сделать свой вклад в успех операции.