- Ты, я вижу, все такая же маленькая проказница.
- Это тебя разочаровывает?
- У меня гора с плеч. А то я боялся: вернусь домой и увижу, что ты превратилась в настоящую леди.
- Чтобы я вдруг стала леди? - Бранди вздернула тонкие брови. - Неужели это мои письма внушили тебе такую смехотворную мысль?
- Твои письма сплошь состояли из язвительных замечаний по поводу отвратительных балов и отвратительных мужчин, которых ты там встречала.
Она озорно сверкнула глазами.
- Так почему же ты боялся, что я изменюсь?
- Наверное, потому, что молился, чтобы этого не случилось.
От этих слов взгляд Бранди вновь стал измученным и отчужденным.
- Я очень хорошо понимаю твою мольбу, - пробормотала она, обхватив себя за плечи, словно защищаясь от чего-то. - Так много переменилось, безвозвратно утеряно столько связей с прошлым. Возродить к жизни хотя бы одно драгоценное воспоминание - это и есть, наверное, величайшее из утешений.
- Так давай же ухватимся за дорогое прошлое, - предложил Квентин; его собственное горе отодвинулось, уступая место беспокойству о Бранди. - Ты сама только что напомнила мне, сколько веселого связано с Изумрудным домиком. Я предлагаю возродить это веселье. Не сегодня, потому что уже поздно и миссис Коллинз начнет причитать, что твой ужин остыл. И не завтра, - задумчиво произнес он, - потому что наша поездка в Лондон, несомненно, займет почти весь день. Поэтому наше состязание должно состояться послезавтра утром.
- Квентин, о. чем ты говоришь? - спросила Бранди, ничего не понимая. - Какое состязание?
- Какое состязание? - насмешливо передразнил ее Квентин. - Наше состязание в стрельбе, разумеется. Ты забыла, о чем мы условились в день моего отъезда? Я потребовал реванш, чтобы продемонстрировать свое мастерство, как только вернусь в Изумрудный домик, а также чтобы вернуть себе попранную гордость, - гордость, которую некая везучая непоседа полностью уничтожила.
- Везучая? - Озорная искра затмила отрешенность в глазах Бранди. - Напротив, милорд, я отлично помню это состязание, в котором победа была одержана благодаря мастерству и безошибочной точности.
- Докажи это.
- С радостью.
- Скажем, послезавтра, в десять утра?
- Считайте, что договоренность достигнута, капитан Стил.
- Отлично. - Он мягко отвел с ее щеки каштановый локон, выбившийся из прически. - Давай-ка лучше устраиваться на отдых перед суровым испытанием впереди.
У Бранди в тот же миг переменилось настроение, что не замедлило отразиться на ее подвижном лице.
- Спасибо, - жарким шепотом поблагодарила она, глядя ему в глаза. - И хвала Господу, что он благополучно вернул тебя домой. Если бы с тобой что-то случилось… - Она запнулась, не в силах продолжать, парализованная собственным предположением.
- Бранди… - Квентин замолчал, не найдя слов.
Да и что он мог сказать? Никакие фальшива утешения здесь не годились, тем более когда на него смотрели эти строгие глаза. А кроме того, как бы он сумел развеять ее страхи, которые еще были в ней живы?
Словно прочитав его мысли, Бранди покачала головой, на длинных ресницах блеснули слезы.
- Не надо, - мягко проговорила она. - Ничего не говори. Только, пожалуйста, никогда больше не уезжай. - У нее перехватило горло. - Никогда-никогда.
Подхватив юбки, она помчалась к домику.
Глава 3
Квентин был в очень мрачном настроении, когда на следующий день входил в контору Хендрика. Ночью он не сомкнул глаз - мысль о безвозвратной утрате не давала ему покоя, а перед глазами стояла одна картина: Бранди, сломленная горем, убегает от него, как было вчера.
И он ничего не мог поделать ни с той, ни с другой болью, потому что мертвых не воскресить, да и в Англию он вернулся не навсегда.
Будь оно все проклято!
Он чувствовал себя чертовски беспомощным, словно лист, подхваченный ветром. До недавнего времени от него зависели тысячи жизней, а теперь он беспомощно барахтался в руках непредсказуемой судьбы.
Резко выдохнув, Квентин захлопнул за собой дверь и собрался с силами перед предстоящим испытанием. Меньше чем через час будут вскрыты завещания его родителей, и тогда уже действительно придется смириться с их уходом.
- Лорд Квентин? - К нему подскочил юркий клерк с озабоченным видом. - С вами все в порядке? Квентин заморгал.
- А, Питере! Со мной все хорошо, насколько возможно. Питере сочувственно закивал:
- Понимаю, милорд. Мне ужасно жаль, что ваш приезд домой был ускорен такой трагедией. Пожалуйста, присядьте. Мистер Хендрик скоро выйдет к вам.
- Ладно. - Квентин повернулся к предложенному стулу и вздрогнул, увидев Бранди, сидевшую тут же. - Бранди?
Она подняла голову:
- Здравствуй, Квентин.
- Почему ты здесь одна? Мне казалось, Дезмонд собирался присоединиться к тебе за завтраком, а потом отвезти тебя в Лондон.
- Он так и сделал. Но ему понадобилось поговорить с мистером Хендриком наедине несколько минут, прежде чем вскроют завещания. Поэтому я и жду здесь.
Квентин озадаченно нахмурился:
- Так срочно? Зачем, интересно, это нужно?..
- Квентин. - Из кабинета появился Эллард Хендрик, выглядел он подобающе сурово, - С возвращением, хотя нет нужды говорить, как бы я желал, чтобы оно произошло при других обстоятельствах. Прими мои соболезнования в связи с трагической потерей.
- Спасибо, Эллард, - вежливо кивнул Квентин. - Вы уже закончили с Дезмондом свое дело?
- Да, все в порядке, - откликнулся Дезмонд из кабинета. Поднявшись с кресла возле стола Хендрика, он неторопливо вышел в приемную. - Хендрик подготовил по просьбе отца несколько документов, и ему нужно было мое одобрение, чтобы завершить работу над ними. К счастью, не возникло никаких неожиданных сложностей, и все пойдет своим чередом, как желал отец.
- Какие документы? - поинтересовался Квентин. - Они относятся к завещаниям?
- Ни в малейшей степени. - На лице Дезмонда не дрогнул ни один мускул. - Речь идет о сделке, которую мы с отцом должны были скоро осуществить. Я хотел удостовериться, что Эллард действует по плану, который разработал отец.
- Все его распоряжения будут выполнены в точности. - Хендрик по-деловому завершил обсуждение этого вопроса и посмотрел за плечо Квентина, туда, где сидела Бранди. - Брандис? Вы уверены, что сможете выдержать все это, моя дорогая?
- Уверена. - Бранди поднялась, такая маленькая и потерянная, что Квентина сразу пронзило яркое и живое воспоминание о развитой не по годам шестилетней девчушке, лившей слезы ему на рукав в тот день, когда засохла ее первая герань.
Квентин подошел к ней и осторожно приподнял ее подбородок.
- Точно, солнышко? Если нужно, мы можем все отложить.
- Нет. - Бранди устало покачала головой. - Ждать еще хуже. Давайте покончим с этим делом.
- Очень хорошо, - ответил Хендрик. - Рассаживайтесь в кабинете, и мы начнем.
- Пошли, Брандис. - Дезмонд в одну секунду оказался рядом с девушкой и предложил ей руку. - Испытание близится к концу. Как только мы разберемся с завещаниями, то сразу сможем позабыть об этом кошмаре и думать только о будущем.
Бранди задумчиво оперлась на руку Дезмонда, как бы принимая часть его силы.
- Спасибо, Дезмонд.
Квентин мрачно последовал за ними, слушая вполуха предварительные замечания Хендрика. Его взволновало не только состояние девушки, ходившей как в тумане, но и собственное внезапное недовольство при виде того, как близки стали Дезмонд и Бранди. Квентин просто не мог не обратить на это внимание.
Нахмурившись, он опустился на стул по правую руку Бранди и бросил взгляд поверх блестящей головки на четкий профиль Дезмонда, сидевшего слева от нее. Что же произошло между этими двумя людьми, пока он был в отъезде?
- Последняя воля Кентона Джеймса Стала, - произнес Хендрик, разворачивая первый документ. - "Моей возлюбленной жене Памеле…"
По щекам Бранди скатились две слезинки, и Квентин заметил, как Дезмонд нежно вложил ей в руку носовой платок.
- "… и все мое имущество моему сыну Дезмонду, который, приняв титул герцога Колвертона, принимает и все обязанности, вытекающие из этого, а именно…"
Квентин закрыл глаза, внезапно переполненный болью потери. Бранди тут же потянулась к нему и крепко обхватила его пальцы своей маленькой ручкой, затянутой в перчатку.
- "…Моему сыну Квентину я оставляю сумму в миллион фунтов стерлингов и взамен прошу лишь об одном одолжении: позаботься о своей матери вместо меня. Боюсь, моя смерть окажется слишком большим для нее испытанием. Никогда прежде я не просил тебя пожертвовать своей военной карьерой. А теперь прошу. Если Памела будет нуждаться в тебе, молю, будь рядом с ней. Только ты и Бранди сможете вернуть ей силы и желание выстоять. Я знаю, ты не подведешь меня, Квентин, и за это я тебе благодарен".
Квентин склонил голову, чувствуя, как непролитые слезы обжигают ему веки.
- "… В случае смерти Памелы я также завещаю моему сыну Квентину то, что значит для него очень многое, как значило для его матери и меня, то, что, надеюсь, сохранит нас живыми в его мыслях и сердце: Изумрудный домик. Наша с Памелой самая заветная мечта, чтобы Изумрудный сад однажды наполнился смехом наших внуков".
Бранди сдавленно всхлипнула, и Квентин крепче сжал ее пальцы.
- На этом завершается завещание герцога. - Хендрик бросил озабоченный взгляд на Бранди. - Сделаем паузу между документами?
- Нет, - решительно покачала головой Бранди. - Только не ради меня. Я бы предпочла, чтобы вы продолжали.