– Я бы хотел узнать побольше о Боркуле и окружающих его территориях, – попросил я. – Вы в этих местах, как мне кажется, старожил. Все равно нам дожидаться дам.
– С удовольствием, – согласился Салах.
* * *
– Ты куда? – Я наткнулся на выходящую из своей комнаты Ли.
– На тренировку, – ответила девушка.
Мириам в первый же день нашего пребывания в Боркуле настояла на том, чтобы Ли кардинально обновила свой гардероб. Гардероб – это довольно громкое слово для самодельного платья и штанов, сшитых еще на корабле. Она вытребовала у меня денег и отправилась с Ли по купеческим лавкам, пока заметно погрустневший Салах посвящал меня в политические и географические подробности этой части мира.
Сейчас Ли выглядела просто прелестно в тонкой шелковой майке и холщовых штанах, обтягивающих ее точеную фигурку. После вчерашнего бурно проведенного вечера девушка выглядела свежей, чего нельзя было сказать обо мне. Хоть мы и пили одно вино, голова была тяжелой и в висках постукивали молоточки, предупреждая, что сосуды опасно сужены. Я и пробудился в такую рань оттого, что нестерпимо хотелось пить, а до горничных по вызову здешний гостиничный сервис еще не дорос.
– И где ты собираешься это делать? – поинтересовался я.
– На заднем дворе, – ответила девушка.
– Мне можно присутствовать?
– Как хочешь, – она пожала плечами. – Только отнесись снисходительно к бедной недоучившейся девушке…
– Об этом можешь не беспокоиться, – пообещал я. – Более неграмотного зрителя ты вряд ли сыщешь в здешних местах.
Во дворе я устроился под навесом, спрятавшись от восходящего солнца. Воздух еще не успел прогреться, и слабый утренний ветерок приятно холодил лицо. Ли бережно положила рядом со мной подаренный меч. У меня мелькнула мысль, что надо срочно заказывать ножны, пока на этот клинок не позарились местные крохоборы. Девушка между тем извлекла из захваченного с собой свертка две деревянные палки с поперечинами в виде гарды и отошла на середину двора.
– Я думал, ты будешь тренироваться с мечом, – поделился я с ней своей мыслью.
– Нет, – отрицательно покачала головой девушка. – Это боевое оружие. Для тренировок Мириам приобрела мне вчера вот это.
Она встряхнула руками, демонстрируя деревянные подобия клинков.
– Ну, это не гак интересно, – я покачал головой.
– Боевой меч нельзя использовать в учебе, – упрямо возразила девушка.
– Все. – я примирительно поднял руки, – не буду тебе мешать.
Ли начала медленное движение по кругу, чем-то похожее на танец. Постепенно девушка все более разгонялась. Клинки, а я уже не мог иначе назвать ее деревянные муляжи, мелькали вокруг нее в каком-то завораживающем танце, временами закручиваясь в совсем уж немыслимых пируэтах или спиралях. Создавалось впечатление, что у Ли вдруг подчистую исчезли кости. Девушка гнулась, приседала, совершала нырки вперед и в стороны, не переставая двигаться теперь уже по какой-то сложной и плавной кривой, а мечи жили, казалось, независимой жизнью, порхая, словно бабочки, вокруг гибкого тела девушки. Не знаю, сколько времени продолжался этот завораживающий танец. У меня даже жажда на время отступила куда-то вглубь. Ли действительно готовили настоящим бойцом. Чтобы такое выделывать со своим телом, надо с самого раннего детства разминать и растягивать мышцы и неустанно, неутомимо тренироваться. Мне приходилось довольно много заниматься борьбой, в которой главный упор делается как раз на гибкость, но половины того, что вытворяла передо мной девушка, я и в лучшие свои годы вряд ли смог бы выполнить. Мне подумалось, что я был не совсем прав, когда хотел оставить девушку в Боркуле.