Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
– Ну вот! Что я тебе говорила!
– Ты… ты… ты специально это делаешь, – пробормотал Хрюка, выплёвывая изо рта мыльную пену с пузырями, но, так уж получилось, Кенга вновь прошлась по его рту намыленной мочалкой.
– Всё в порядке, дорогой, ничего не говори, – Кенга вытащила Хрюку из таза и начала вытирать полотенцем. – Сейчас примем лекарство, и в постель.
– К-к-какое ещё лекарство? – пролепетал Хрюка.
– Оно поможет тебе стать большим и сильным. Ты же не хочешь навсегда остаться таким маленьким и слабеньким, как Хрюка? А вот и наше лекарство.
Тут в дверь постучали.
– Войдите, – отозвалась Кенга, и Кристофер Робин открыл дверь и переступил через порог.
– Кристофер Робин, Кристофер Робин! – заверещал Хрюка. – Скажи Кенге, кто я такой! Она продолжает утверждать, что я – Крошка Ру. Я же не Ру, не так ли?
Кристофер Робин внимательно на него посмотрел и покачал головой.
– Ты не можешь быть Ру, потому что я только видел, как Ру играет в домике Кролика.
– Ну и ну! – покачала головой Кенга. – Подумать только! Неужели я могла так ошибиться?
– Выходит, ошиблась! – радостно воскликнул Хрюка. – Я же тебе говорил. Я – Хрюка!
Кристофер Робин вновь покачал головой.
– Не можешь ты быть Хрюкой. Я хорошо знаю Хрюку. Он совсем другого цвета.
Хрюка уже собрался сказать, что цвет у него изменился, поскольку его выкупали, потом подумал, что говорить этого не стоит, открыл рот, чтобы произнести совсем другие слова, но не успел: Кенга сунула ему в рот ложку с лекарством, а потом похлопала по спине и проворковала, что вообще-то лекарство очень вкусное, только к нему надо немного привыкнуть.
– Я сразу поняла, что это не Хрюка, – кивнула Кенга. – Интересно, кто же он?
– Может, какой-нибудь родственник Пуха? – предположил Кристофер Робин.
– Племянник или, скажем, дядя?
Кенга с ним согласилась, но заметила, что неплохо бы им придумать родственнику имя.
– Я назову его Пухелем, – тут же придумал Кристофер Робин.
На том и порешили. И тут Пухель вывернулся из передних лап Кенги и спрыгнул на пол. К его величайшей радости, Кристофер Робин оставил дверь открытой. Никогда ещё Пухель, он же Хрюка, не бегал так быстро. Бежал он, не останавливаясь, уже почти добрался до своего домика, оставалась какая-то сотня ярдов, и тут притормозил, бросился на землю и оставшееся расстояние прокатился по ней, возвращая себе свой собственный, такой приятный для глаза, уютный и привычный цвет…
Вот так Кенга и Крошка Ру остались в Лесу. И теперь каждый четверг Ру проводил со своим закадычным другом Кроликом, Кенга каждый четверг учила прыгать своего закадычного друга Пуха, а Хрюка каждый четверг гулял со своим закадычным другом Кристофером Робином. Так что в Лесу вновь воцарились мир и покой.
Глава 8,
в которой Кристофер Робин возглавляет Иксшпедицию к Северному Полюсу
В один прекрасный день Винни-Пух шагал по Лесу с твёрдым намерением повидать своего друга Кристофера Робина и спросить, а не забыл ли тот о существовании медведей. Этим утром за завтраком (лёгким таким завтраком: соты с мёдом, намазанные тонким слоем мармелада) он внезапно придумал новую песенку. Начиналась она так:
«Да здравствует Пух! Ура!»
Сочинив эту строчку, Пух почесал затылок и подумал: «Очень хорошее начало для песни, но какой же должна быть вторая строчка»? Он попытался спеть «Ура», два или три раза, но результат ему не понравился. «Может, – подумал он, – будет лучше, если «ура» заменить на «славу»? «Слава Пуху»! Он спел… нет, не то. «Очень хорошо, – решил Винни-Пух. – Значит, я спою первую строку дважды, а если проделаю это очень быстро, то смогу спеть третью и четвёртую строчки, прежде чем успею придумать их, и тогда уже точно получится Хорошая Песня.