Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
В то же мгновение Кролик крикнул: «Ру, на место!» – и Хрюка запрыгнул в сумку-карман Кенги. А Кролик, зажав Крошку Ру в передних лапках, стремглав бросился прочь.
– А где же Кролик? – полюбопытствовала Кенга, отвернувшись от дерева, на котором сидел то ли скворец, то ли дрозд. – С тобой всё в порядке, дорогой Ру?
Хрюка что-то пропищал в ответ, не вылезая из кармана.
– Кролику пришлось уйти, – ответил Пух. – Как я понимаю, он вдруг вспомнил, что ему срочно куда-то надо.
– А Хрюка?
– Наверное, Хрюка тоже о чём-то таком подумал. Одновременно с Кроликом. Внезапно.
– Что ж, нам пора домой. До свидания, Пух, – и в три прыжка Кенга исчезла из виду.
Пух проводил её взглядом.
«Хотел бы я прыгать, как Кенга, – подумал он, – Некоторые могут, а некоторые – нет. Так уж повелось».
Хрюка же в это самое время очень сожалел о том, что Кенга может прыгать. Частенько, нагулявшись в Лесу и возвращаясь домой, Хрюка мечтал, как бы хорошо стать птичкой. Но вот теперь, когда его швыряло из стороны в сторону на дне кармана-сумки Кенги, в голову приходили совсем другие мысли: «Если это называется полётом, то мне такие радости ни к чему».
Отрываясь от дна и взлетая вверх, он кричал: «О-о-о-о-х!» Приземляясь на дно кармана: «Ух». Так что его охи и ухи доносились из кармана Кенги всё время, пока она не добралась до дома.
Разумеется, Кенга поняла, что произошло, как только заглянула в карман. Поначалу очень испугалась, но тут же решила, что причин для большого страха нет. Она твёрдо знала, что Кристофер Робин не допустит, чтобы Крошке Ру причинили вред. Вот она и сказала себе: «Раз они решили подшутить надо мной, подшучу-ка и я над ними».
– А теперь, Ру, дорогой, – проворковала Кенга, доставая Хрюку из кармана, – нам пора спать.
– Ага! – ничего другого после этого Ужасного Путешествия вымолвить он не мог. Но своё «Ага!» он не сумел произнести с нужной интонацией, поэтому Кенга, похоже, ничего не поняла.
– Сначала искупаемся, – продолжала ворковать Кенга.
– Ага! – повторил Хрюка и озабоченно огляделся в поисках остальных. Но никого не увидел. Кролик в этот момент играл в своём домике с Крошкой Ру, и Крошка Ру с каждой минутой нравился ему всё больше и больше, А Винни-Пух, решивший стать Кенгой, остался на песчаной площадке на вершине холма и тренировался в прыжках.
– Я, конечно, не знаю, как это тебе понравится, – несколько неуверенно начала Кенга, – но почему бы этим вечером тебе не помыться? Холодной водой? Ру, дорогой, ты не возражаешь?
Хрюка вообще не любил мыться, и от слов Кенги по его тельцу пробежала дрожь. Он собрал всю свою храбрость в кулак и ответил:
– Кенга, я чувствую, что настала пора для откровенного разговора.
– Смешной маленький Ру, – Кенга налила в таз холодной воды.
– Я не Ру! – выкрикнул Хрюка, – Я – Хрюка.
– Да, дорогой, да, – ласково ответила Кенга. – Так здорово подражать голосу Хрюки! До чего же способный малыш, – Кенга достала из буфета большой жёлтый кусок мыла. – Интересно, чем он ещё меня удивит?
– Ты что, ослепла? – возмутился Хрюка. – Глаз у тебя, что ли, нет? Посмотри на меня!
– Я и смотрю, Ру, дорогой, – строго ответила Кенга. – И ты помнишь, что я сказала тебе вчера насчёт гримас. Если будешь продолжать гримасничать, как Хрюка, то с возрастом станешь похожим на Хрюку. Вот тогда ты об этом горько пожалеешь. А теперь, марш мыться, и не заставляй меня сто раз повторять одно и то же.
Не успел Хрюка и глазом моргнуть, как очутился в тазу, а Кенга уже тёрла его большой намыленной мочалкой.
– Ой! – взвизгнул Хрюка. – Отпусти меня! Я – Хрюка!
– Не открывай рот, дорогой, а не то в него попадёт мыло, – предупредила его Кенга.