Запрыгнул в изножье… и ахнул.
21
Подушки были растерзаны в клочья. Пух и перья покрывали кровать, пол и мою одежду.
Простыни тоже были изодраны. Разорваны на тонкие полоски. В центре матраса зияла огромная дыра.
В свете, падавшем из окна, я увидел, что дверца стенного шкафа сорвана с петель. Теперь она стояла, прислоненная к стене. Одежда была вытащена с полок и раскидана по всей комнате.
Обои возле комода свисали лохмотьями. Впечатление было такое, будто стену драли огромными когтями.
- Он настоящее зло! - выдохнул я. - Он… он чудовище!
Но где же он сам?
И тут послышался звон разбитого стекла. Тихий стук. Откуда-то снизу.
Я бросился к двери. Выскользнул в коридор и поспешил на звук - на кухню.
И там стоял он. Там, освещенный светом, падающим из холодильника, стоял я.
Я тихонько вошел на кухню. Он меня не видел. Он был слишком занят - он обжирался.
Склонившись над холодильником, он пригоршнями запихивал еду в рот.
В ужасе смотрел я, как он открыл банку пикулей и одним махом проглотил их. А саму банку швырнул об пол.
После этого он принялся хватать из холодильника сырые яйца и выдавливать себе в рот.
Он взял бутылку колы, отбил горлышко о край холодильника и опорожнил одним глотком. После чего зашвырнул бутылку через всю кухню и затолкал в рот целый кочан латука.
Я подошел поближе и оказался в прямоугольнике света, лившегося из холодильника.
Упырь опрокинул в рот полную баночку майонеза и принялся жадно заглатывать. Он еще слизывал остатки майонеза со стенок, когда его взгляд упал на меня.
- Какой голод… - пробормотал он - моим голосом! - Какой ужасный голод! Я двести лет ничего не ел!
Он бросил баночку на пол и уставился на меня.
Я вскрикнул, увидев его глаза.
У него было мое лицо, мои волосы и мое тело.
Но глаза были пустые и мертвые. Я смотрел в два глубоких черных омута.
Черных, как сама смерть.
Он отгрыз верхушку пакета с молоком и опрокинул в рот. Молоко полилось с подбородка, собираясь в лужицы у его ног.
- Я знаю, кто ты, - проклокотал он. - Зря только время тратишь.
Я смотрел на него, смотрел в бездонные дыры там, где должны были находиться мои глаза.
Его лицо исказила безумная усмешка.
- Хочешь знать, кто я такой? - спросил он. - Я - это ты!
- Нет! Я хочу вернуть свое тело! - закричал я.
Слова прозвучали как кошачье мяуканье. Но он, кажется, меня понимал.
- Ступай обратно на кладбище, - процедил он сквозь зубы. - Теперь твой дом там. Ты - кладбищенский упырь.
- Нет, - сказал я. - Верни мне мое тело.
- Ха! - ответил упырь. - И это ты называешь телом? Это жалкий набор костей! На что мне такое тело?
Он сорвал очки, швырнул их на пол и раздавил ногой.
- Мои очки! - завопил я. - Ты не должен был этого делать!
- Сейчас я поем, и знаешь, что сделаю после? - Он криво усмехнулся. - Пойду на улицу и подыщу себе другое тело - хорошее, крепкое. А твое уничтожу.
- Не-е-е-е-е-ет! - завопил я. Я прыгнул на него. Я приземлился ему на ногу и обхватил ее всеми четырьмя лапами.
"Я вселюсь в него, - решил я. - Я заберу свое тело обратно".
Но он грубо сдернул меня за шкирку, поднес к лицу и осклабился.
- Неужели ты думал, что это будет так легко? - рассмеялся он. - Неужели тебе невдомек, кисонька, с кем ты связался? Я - Освальд Мэнс. Какие у тебя шансы против меня?
Держа меня перед собой на весу, упырь принялся сдавливать мою шею.
Сильнее… Сильнее…
- Прошу… - выдавил я на последнем издыхании. - Прошу…
22
Боль пронзила все мое тело, когда упырь стискивал мое горло.
От ужаса шерсть на мне встала дыбом.
Передо мной распахнулась дверь. Мы уже были на середине лестницы, ведущей в подвал, когда я, наконец, понял, что происходит.
Он нес меня в темный угол возле печи.
Удерживая меня на весу одной рукой, он с шорохом проволок что-то по полу.
Я не видел, что он делает. Но от этого звука по спине у меня пробежал холодок. Я принялся отчаянно лягаться всеми четырьмя лапами. Но вырваться не удалось.
А потом он внезапно меня отпустил.
Я тяжело ухнул в темноту. Она окружила меня со всех сторон.
Моргая, я поднялся на ноги. И понял, что он кинул меня в большую картонную коробку. Крышка захлопнулась у меня над головой.
Я жалобно взвыл.
Коробка затряслась, когда он поддал ее ногой. Я завалился на бок.
- Не плачь, кисонька, - бросил он на прощание. - Ты хотел как лучше. Ан нет, не вышло.
Я стоял в коробке, вслушиваясь в шаги поднимавшегося по лестнице упыря. Хлопнула дверь подвала.
"Еще не все потеряно!" - сказал я себе.
Я принялся царапать стенку коробки.
Я попытался ее прогрызть.
Потом снова драл когтями, драл, пока они не заныли от боли.
Это не поможет.
Я посмотрел на крышку.
Я попробовал продавить стенку головой.
Мне не вырваться, понял я. Я слишком мал. Силенок не хватит.
Я понурил голову.
И почувствовал, как что-то упало мне на спину.
Оно покалывало мою кожу, пробираясь через густой мех.
- О-о-о-о-о-о, - в ужасе застонал я.
Мне не нужно было видеть, кто это там ползет. Я и так это знал.
Паук.
13
Я поднял лапу и стряхнул паука с шерсти. Он приземлился на дно коробки у меня перед носом.
Его ножки скребли по картону, отчего меня мороз продирал по спине.
"Ради Бога! - подумал я. - Мало мне того, что оказался в западне - так еще и с пауком впридачу!"
Он неуклонно подползал.
Ближе… ближе…
"Я… я этого не вынесу", - подумал я.
Я поднял лапу.
Я сделал глубокий вдох и начал опускать ее на паука.
Раздавлю его, решил я. Придется его раздавить.
Моя лапа была уже почти у цели, как вдруг что-то заставило меня остановиться.
Идея. Озарение!
"Эге! Хорошо, что я его не прикончил, - сказал я себе. - Паук - мой путь на волю!"
Я осторожно, легонечко, поставил лапу пауку на спинку. И сконцентрировался… сконцентрировался…
Я почувствовал, что плыву во тьму. Плыву в тесноту и мрак.
Да.
Теперь я в пауке.
Я опробовал свои ноги. Сделал несколько вдохов паучьими легкими. Я чувствовал легкость. Чувствовал силу.
"Больше никогда не буду бояться пауков, - решил я. - После того, как сам побывал одним из них!"
Я выскользнул через трещину в картоне и пустился в долгое-предолгое путешествие через подвал.
* * *
Как долго я добирался до комнаты брата?
Не знаю, но мне показалось, что путешествие заняло целую вечность.
К тому времени, как я пополз через комнату Джейсона, все мое тело пульсировало от изнеможения. Хотелось сплести паутину, завалиться туда и хорошенько вздремнуть.
Но я заставил себя проползти через комнату. Собрав последние крохи сил, я дотащился по одеялу до плеча брата.
Джейсон крепко спал на боку, рот слегка приоткрыт, вьющиеся темные волосы растрепались.
- Прости, Джейсон, - беззвучно промолвил я. - Но мне необходимо твое тело. Я бы никогда не поступил так с родным братом, но это необходимо.
Я пробежал по его щеке. Она была мягкой и теплой под моим волосатым паучьим телом.
Я прижался к его коже и сконцентрировался… сконцентрировался…
Спустя несколько секунд я почувствовал, что скольжу вниз, вниз, в темноту.
Джейсон не шевелился.
Он даже не проснулся.
"Я верну тебе твое тело, - мысленно пообещал я. - Как только заполучу назад свое".
Я сел. Пригладил кудрявые темные волосы. Открыл глаза Джейсона.
- Вау, - произнес я. Человеческое слово. Голосом Джейсона. - Я снова человек!
Я вскочил с постели - и чуть не врезался в стену.
Тело Джейсона оказалось тяжеленным!
Будь осторожнее, Спенсер, предостерег я себя. Ты был крошечным паучишкой. Не торопись. Привыкни к этому большому, человеческому телу.
Но какой там!
Нет времени привыкать - я это понимал. Упырь обещал подыскать себе новое тело - а мое уничтожить!
Вполне возможно, я УЖЕ опоздал.
Я выскочил из комнаты и помчался по коридору, вопя:
- Мама! Папа! Помогите мне! Мама! Папа!
Я остановился на полпути, когда из кухни донесся вопль ужаса.
24
Я заковылял вниз по лестнице, спотыкаясь и раскачиваясь, будто куль с мукой. В дверях кухни я остановился.
Мама и папа стояли в квадрате света из распахнутого холодильника.
Их лица исказились от ужаса и потрясения. С отвисшими челюстями взирали они на разбросанные объедки, битое стекло, пустые бутылки и банки.
- О, вау, - пробормотал я.
Мама повернулась ко мне:
- Джейсон, это кто сделал?
- Я вам должен сказать… - начал было я.
- Кто это сделал? Кто?! Ты видел Спенсера? - вопрошала мама.
- Я и есть Спенсер! - заявил я. - Я одолжил тело Джейсона.
- Джейсон, сейчас не до шуток! - рявкнул папа. - Посмотри на этот жуткий бардак!
- Я не шучу, - настаивал я. - Вы должны меня выслушать! Я - Спенсер. Мое тело похитил упырь. И мне пришлось одолжить тело у Джейсона. Я…
- Не сейчас, Джейсон! - одернула меня мама. Она повернулась к папе: - Сто раз говорила Спенсеру, чтобы больше не давал ему смотреть фильмы про монстров.
- Вы обязаны меня выслушать! - заорал я во всю мощь джейсоновых легких. - Я должен заполучить свое тело назад, пока упырь его не уничтожил! Мне нужна ваша помощь!