- Иди в свою комнату, - отрезал папа. Он махнул рукой в сторону лестницы. - Иди. Сейчас же. Поговорим позже. Нам с мамой предстоит большая уборка. В дом, видно, кто-то вломился.
- Но… но… но… - пролепетал я.
Мне стало ясно, что слушать они не станут. Так что я отвернулся и взбежал вверх по лестнице.
Я натянул джинсы и толстовку. Потом схватил теплую курточку Джейсона и выскочил на улицу с парадного входа.
"Должен же кто-нибудь меня выслушать! - говорил я себе. - Должен же кто-нибудь что-нибудь сделать!"
* * *
Я добежал до угла и остановился, потрясенно ахнув. Под ногами захрустело битое стекло.
Стекла двух автомобилей, припаркованных у обочины, были выбиты. Багажники и капоты смяты и искорежены, словно кто-то поработал над ними кувалдой.
Я поспешил дальше, глядя на горящие дома и гаражи. Из окон автомобиля, стоявшего на одной из подъездных дорожек, вырывалось пламя. Мусорные баки валялись перевернутые.
Дверь ближайшего дома была распахнута настежь. Я слышал, как внутри надрывается младенец.
Окно на фасаде следующего дома было разнесено вдребезги. Ярко-оранжевое пламя лизало занавески.
Из почтового ящика на углу тоже вырывалось пламя. Еще две машины стояли покореженные, их ветровые стекла были разбиты в мелкое крошево.
По улице разносились гневные крики и душераздирающий визг. Воздух звенел от панических воплей. Я видел спасающихся бегством людей в пижамах и халатах.
В конце квартала деревья стояли в огне. Я увидел опрокинутый на бок микроавтобус с изрезанными шинами. Черный тяжелый дым душил, жег глаза.
Щурясь сквозь дым, я увидел упыря. Темная фигура двигалась сквозь огонь, от дома к дому, сокрушая все на своем пути.
Откуда-то издалека донесся вой сирен. Вскоре сирены надрывались уже со всех сторон. Пожарные сирены… полицейские сирены…
"Это все - моя вина, - с ужасом думал я. - Это все - моя вина. Это я сбил то раздвоенное надгробье. Это я позволил ему вырваться с кладбища".
Упырь устремился на другую сторону улицы. Он принялся раскачивать автомобиль, пока тот не грохнулся набок. Визгливый хохот заглушил отчаянные вопли людей в горящих домах.
Это все - моя вина… Это все - моя вина…
Эти слова стучали у меня в голове.
А потом я увидел, как я - мое тело! - бросилось на пожарника, сражавшегося с огнем. Упырь протянул руку и вырвал у него пожарный топор.
- Эй! А ну верни! - Пожарник бросился на упыря.
Но упырь бешено замахнулся топором. Пожарник отпрянул.
Упырь вновь выскочил на тротуар и хватил топором по ближайшему почтовому ящику.
Ящик развалился пополам. Столбик рухнул и откатился в сторону.
Упырь бросился к гаражу и принялся остервенело крушить его дверь.
Дверь раскололась. Упырь занес топор для еще одного удара…
И тут я услышал гневный окрик:
- Бросай топор!
Обернувшись, я увидел двух полицейских в темной униформе - на их лицах застыло суровое выражение, а в глазах мерцали отблески пожара, охватившего соседний дом.
- Бросай топор! - повторил один из офицеров. Он положил руку на кобуру револьвера.
Упырь в моем теле круто развернулся. Черные глаза-омуты уставились на полицейских с нечеловеческой злобой. Он занес топор, метя офицеру в голову.
- Бросай - или будем стрелять! - прогремел офицер.
- Нет! - крикнул я, бросаясь к ним. - Нет! Не стреляйте! Это мое тело!
- А ну брысь, пацан! - проорал офицер.
Упырь вновь замахнулся топором.
- Не стреляйте в него! - вопил я.
- У нас нет выбора! - крикнул полицейский.
Я застыл в ужасе, когда они вскинули револьверы.
25
- Не-е-е-ет! - взвыл я. Это мое тело! Это же мое тело! Не убивайте его!
Оба офицера повернулись ко мне:
- Пацан, ты в своем уме?!
- А ну марш отсюда - чтоб духу твоего здесь не было!
Потом мы все повернулись к упырю.
Он как сквозь землю провалился.
Я уперся руками в колени и попытался перевести дух. Офицеры же бросились на поиски.
Из-за ближайшей изгороди послышались вопли. Это был двор Фрэнка Формана. Я перемахнул через изгородь и увидел упыря, ожесточенно крушившего топором сарай.
Я нырнул за дерево и наблюдал за ним, пытаясь придумать способ вернуть себе свое тело.
В считанные секунды сарай был разнесен в щепки.
- Хммм… - пробормотал упырь. - Дровишки!
Затем, прежде чем я успел закричать, упырь достал спичку и поджег обломки.
Сухое дерево моментально вспыхнуло.
Упырь смотрел в огонь; языки пламени отражались в черных омутах, некогда бывших моими глазами.
Пламя взметнулось вверх, перекинувшись на ветви ближайшего дерева. А дерево нависало прямо над домом Форманов!
"О нет! Дом Форманов сейчас загорится! - понял я. - Их надо срочно предупредить!"
Как только я выбежал из своего укрытия, задняя дверь дома распахнулась, и оттуда пулей вылетел Фрэнк.
- Ты что вытворяешь?! - завопил он на упыря в моем теле. - Спенсер, я тебя прикончу!
Упырь молниеносно развернулся.
Он оценивающе взглянул на Фрэнка. А потом улыбнулся своей жестокой улыбочкой.
- Вот у этого парня тело что надо! Сильное, мускулистое. Такое тело достойно Освальда Мэнса!
Фрэнк ринулся через двор.
- Я тебя, Спенсер, по земле размажу! Но сперва все кости пересчитаю!
- НЕТ! - Я бросился к Фрэнку, чтобы преградить ему путь. - Звони в полицию! Звони пожарным! Вызови подмогу!
Пока я это говорил, пожар охватил всю лужайку. Даже через кроссовки я ощущал жар пламени.
А в следующий миг прямо перед нами взметнулась огненная стена.
- ЧЕРТ! - Фрэнк отпрянул.
- Я знаю, кто ты! - упырь схватил меня за куртку и рывком подтащил к пламени.
- Я собираюсь забрать тело Фрэнка, - прошептал он мне на ухо. - А потом швырну твое тело в огонь, и мы полюбуемся, как оно будет гореть…
26
Перед нами ревело пламя. Доски сарая трещали, обугливаясь.
Упырь подошел к огню и протянул руки к пляшущим языкам.
- Хочешь посмотреть, как горят твои руки? - усмехнулся он. - Скажи пальчикам "пока", Спенсер!
- Не-е-е-е-ет! - взвыл я. Схватив упыря за руку, я потащил его назад.
- Ты больной! - набросился на него Фрэнк. Он повалил упыря и прижал его плечи к земле. - Джейсон, - повернулся он ко мне, - я его держу. Зови своих предков!
Я побежал было за помощью, но остановился, услышав стон Фрэнка:
- Моя голова! Какая боль… Боже, какая боль…
- Отпусти его! - Я бросился к Фрэнку и оттащил его от упыря. - Он пытается захватить твое тело!
- Ты такой же псих, как и твой брательник! - Фрэнк рывком высвободился. - Я зову копов! - С этими словами он выскочил со двора.
Упырь погнался было за ним, но остановился, увидев, что Фрэнк машет руками подъезжающей полицейской машине.
На моих глазах упырь быстро повернулся, перепрыгнул через кусты и был таков.
Я должен вернуть свое тело. Но как? Мне не обойтись без чьей-нибудь помощи.
Но мне никто не поверит. Меня никто и слушать не станет.
- Ага, - сказал я вслух. В памяти всплыло одно лицо. Лицо Одры.
Одра была со мною на кладбище. Она видела, как я опрокинул то раздвоенное надгробие. Она видела, как Фрэнк и его дружки привязали меня к могильному камню.
"Может быть, Одра меня выслушает, - подумал я. - Может быть, Одра мне поверит".
Если нас будет двое, людям придется прислушаться к нашим словам.
Одра была моей последней надеждой. Самой последней.
Я помчался вниз по улице. Мимо горящих домов и вопящих людей.
* * *
Квартал, где жила Одра, был погружен в темноту. Упырь сюда не добрался… пока не добрался.
Я взбежал по ступеням на крыльцо Одриного дома.
Заглянул в окно на фасаде. Свет не горел. Разумеется, все давно уже легли спать.
Я поспешил к задней части дома. Окно в спальне Одры выходило на двор.
Я заглянул в ее окно. Я видел, как она безмятежно спит в своей постели, натянув одеяло до подбородка, а ее пышные темные волосы разметались по подушке.
- Одра, - тихонько позвал я. - Одра, проснись.
Она меня не слышала.
Я постучал в окно. Она оторвала голову от подушки и сонно сощурилась на меня.
- Впусти меня. Пожалуйста.
Одра выскользнула из постели. Она распахнула окно, и я забрался в комнату.
- Одра, это я, Спенсер! - произнес я, лихорадочно думая, как поведать ей мою историю так, чтобы она поверила. - Знаю, выгляжу я как Джейсон. Я взял тело Джейсона на время. Видишь ли, с кладбища сбежал упырь. Я хочу сказать…
Она протерла заспанные глаза:
- Джейсон, ты несешь какую-то околесицу.
- Я не Джейсон! Я Спенсер! - завопил я. - Мое тело украл упырь! Ты должна мне поверить! Ты должна мне помочь!
- Ты спятил. - Голос Одры дрогнул. Она отступила от меня на шаг.
Потянувшись рукой назад, она включила лампу на прикроватном столике. Комнату залил мягкий свет.
- Пожалуйста! Ты должна мне помочь! - Я с мольбой посмотрел в ее глаза.
Ее глаза.
Не было светло-зеленых глаз с золотистыми искорками.
Не было радужек. Ничего не было.
В центре каждого глаза зияла дыра. Бездонная черная дыра.