Каждый день сестры обрабатывали всё новые данные, восстановленные с мнемопатронов, на которых можно было хоть что-то восстановить. Значительная часть могильных плит на кладбище теперь имела не только обозначение квартала и улицы, но и имена семей, что там проживали. Брат Аарон сразу отослал сестрам генетические данные ребенка, отпечатки ладоней и ступней, но за неделю сестры ничего не нашли. Сагара надеялся, что генетический анализ поможет хотя бы определить фамилию и возможных родителей, однако это оказалось напрасным: мальчик не был в родстве ни с одной идентифицированной семьёй. Не был он роднёй и людоеду - чью личность также не установили.
… Сагара спустился в подвал.
- Добрый день, - приветствовала его сестра Сильвия, окутанная мерцающим кружевом голографических проекций. На одной Сагара узнал трехмерный план города, на другой были столбцы имен, на третьей мелькали какие-то меняющиеся цифры… Женщина казалась колдуньей в мареве заклинаний. - И… нет. Ничего. Почти.
- Я ведь ещё не спросил, - разочарованно отозвался Сагара.
- Вы всегда спрашиваете одно и то же. Хотелось бы мне дать другой ответ. То есть - мы не нашли ничего на мальчика. Но… нашли на людоеда.
Сагара вздохнул.
- Ну, давайте.
На одной из проекций появилось приятное улыбающееся молодое лицо.
- Джейми Сидони, - прочитала сестра Сильвия. - Место рождения - станция Ходэри. Педиатр. Был женат на Мико Арунти, имел сына семи лет. Среди живых есть один дальний родственник - Мария Янаги. Не опознала его, да?
Сагара вспомнил изуродованное огнём и дикими страстями лицо мёртвого людоеда.
- Не удивительно. Такой, каким я его видел - он ничего не имел общего с этим снимком.
- А может, они были просто незнакомы. Бабушки Мико Арунти и госпожи Янаги были родными сёстрами. Довольно неблизкое родство. Скажете ей? Или мне сказать? Или промолчать?
Сагара вспомнил женщину, что целыми часами просиживала на краю койки в лазарете "Льва", слегка покачиваясь вперёд-назад.
- Нет, - сказал он. - Просто напишем имя на надгробии.
Сестра оперлась локтями на панель терминала, сцепила пальцы в замок и положила на них подбородок.
- Он ни разу не обидел ребенка, да? Убивал только взрослых? - Сагара кивнул. - И спрятал малыша в своём логове. Было что-то такое, через что он не мог переступить… Кстати, как мальчик?
- Он выздоровел от дизентерии, немного пополнел, - Сагара вздохнул. - Но так и не заговорил. Какая жалость, что мы убили этого несчастного. Может, он все-таки сохранил бы что-то из профессиональных навыков? Плохие у меня сегодня шутки…
- Мозг не поврежден?
- Брат Аарон говорит, что органических повреждений нет. А что до всего остального… - Сагара развёл руками. - Знаете, он не кажется умственно отсталым. Он просто не говорит. Понимает, что ему говорят. Речевые центры возбуждаются - то есть мысленно он что-то говорит. Но не вслух. Я несколько раз обращался к нему по-нихонски. Такое впечатление, что он лучше понимает этот язык, чем латынь. Может нарисовать хэнохномохэдзи…
- Простите, что?
- А… такая рожица, её можно нарисовать знаками хираганы, - Сагара взял стило и начертил на одной из проекций: брови и рот - знаками "хэ", глаза - знаками "но", нос - знаком "мо" - и обвёл всё широким крючком, знаком "си", к которому добавил два волоса на виске - знак звонкости, который превратил "си" в "дзи". - Но писать не умеет. Хотя пытается. Делает вид, что что-то пишет, но это всё каракули. В целом какой-то диковатый. Не агрессивный, но диковатый. Прячет еду по закуткам…
- Он свободно ходит по кораблю?
- Почти. Ему не разрешают лазить по рабочим секциям и выходить наружу - но он и не слишком-то рвётся туда. Выход нашёл легко, однако не пытается им воспользоваться. Ему нравится корабль.
- А он нравится команде, так?
- Ну… - Сагара снова развёл руками. - Ваша правда. Понимаете, мы же целыми днями только и делали, что доставали и хоронили мертвецов. Сожженных, полусожжённых, сгнивших, всяких… Найти кого-то живого - это было… такое утешение…
- Но вы же понимаете, что ребенок - это не птичка, не кот, не морская свинка, чтобы вот так завести его на корабле для разрядки и улучшения морального климата в коллективе…
- Разумеется. Но… есть одно "но". Даже два "но". Во-первых, его личность так и не установлена - поэтому господин Ито не решается выправить ему хоть какие-то документы. А вдруг вы найдёте тут зацепку? Зачем ему все это время жить в палатке, если он может у нас? А во-вторых… мне тут дали понять - не напрямую, а так, намекнули - что он там, в коммуне… ну, не слишком нужен.
- Что значит "не слишком нужен"? - плотная и высокая сестра Сильвия, поднявшись на ноги, заняла собой едва не половину этой комнатки.
- Откровенно говоря: он их пугает. Выкормыш людоеда, он постоянно своим видом напоминает им про то, во что мог превратиться каждый…
- Какая глупость!
- А ещё - про трусость. Их было почти шесть сотен, если каждый просто плюнул в сторону людоеда - этого было бы достаточно, чтоб его утопить. Просто они боялись сделать рейд в канализации.
- А вы? - усмехнулась инквизиторша.
- А мы не верили в байки про людоеда, пока двоих не нашли мёртвыми. Поймите, они были все перепуганы - и рассказывали такое, что на уши не натянешь…
- Не говорите мне. Я собираю их свидетельства точно так же, как вы хороните их родственников. День за днем… - эта высокая сильная женщина вдруг неловко опустилась в кресло и, рыдая, стянула велон с головы и начала вытирать им лицо.
- Сестра… - Сагара растерялся. Он не знал, что делать.
- Идите отсюда! Идите ко всем чертям, оставьте меня одну, и я возьму себя в руки, - Женщина махнула на него велоном. - Идите! Если появится информация, я выйду на связь!
Сагара сперва попятился, а потом выбежал на улицу.
Серым было небо, снова полное готового пролиться дождя, чёрными - улицы, а между серым и черным шагала колонна заключенных, одетых в яркие оранжевые робы.
- Вы гляньте - монахи! - крикнул кто-то из колонны.
Двое братьев на страже около мэрии, облаченные в кидо, стояли неподвижно.
- Монашки-барашки! - прокричали снова. - Где баб спрятали? Почему вам живые, а нам одни мертвячки?! Вам же всё одно нельзя!
- Монахи, жарьте один другого!
- А ну, позатыкали пасти! - гаркнул конвойный. - Бегом марш! Рысью! Ать-два, ать-два!
Колонна побежала под реденьким дождём выкрикивая: "Бееее! Бееее!". Кто-то швырнул в часового огрызком бустера.
Тот стоял неподвижно, точно скала.
* * *
- Что-то тесновато стало в нашем небе, - Сагара проводил взглядом очередной шаттл.
Нет, не шаттл… Это была яхта господина советника Пегю.
- Ты глянь, какая куколка… - процедил сквозь зубы Сео. - Хевронская разработка, одна из последних моделей. Вы знаете, что внутри там - одна бионика?
- Бионика, - повторил мальчик у него на плечах.
- Точно, малец, - центурион легонько подкинул ребенка на спине. - Интересно, на что этот сукин сын согласился закрыть глаза ради такого подарочка.
- А мне интересно, почему нашу петицию задержали до сего дня. И… следи за своим языком, Сео. Дик говорит мало, но память у него - как сантор. Скоро он выучит латынь - и начнет тебя расспрашивать про смысл некоторых слов… и что ты ему скажешь?
…Был на редкость ясный для осени день. Искусственный остров, на котором возвели в своё время космопорт, пищевые комбинаты и при них город, создали в субэкваториальной зоне - и потому лишь количество осадков отличало зиму от лета.
День Всех Святых выдался почти летним: сухим и ясным. Месяц непрерывных дождей переменил город: копоть по большей части смыло в океан, и руины приобрели свой первозданный вид. Как строительный материал тут господствовал песок рыжевато-серого цвета, очень грубый, почти как рис. Из него делали кирпичи, прессуя с наполнителем при высокой температуре. Под солнцем отдельные песчинки поблескивали, как сахар.
В центре города раньше был сквер - коммунальный дом окружали деревья и кусты. Разумеется, в "ночь Огня" всё это сгорело в прах - но сейчас пустырь снова зеленел: высадили саженцы сосен, присланных с Идзанаги.
- Как думаете - примутся? - спросил брат Хаас.
- Почему бы и нет? Сосна - неприхотливое деревце.
- Я сажал вон там, в углу. Мы сажали с Марией вместе. Десятка с полтора. Жалко будет, если не вырастут.
Они зашли в большую шумную палатку с надписью над дверями: "Управление Коммуны Минато", и направились к самодельному столу с табличкой "Идентификация и регистрация граждан".
На столе стоял портативный сантор-терминал, за терминалом мальчишка лет шестнацати резался в "Гравиполо - первенство Галактики".
- Синта, - обратился к нему Сагара, - доброе утро. Мы пришли.
- Оэ… - Парень встал. Сел. Выключил игру - и снова встал. - Простите, отче. Простите, центурион, я…
- Да играй себе, - сказал Сео. - Нам нужен не ты, а господин Ито.
- Он вас искал, честно! Но его вызвали в космопорт встречать господина советника. Он сказал, чтоб вы обязательно его дождались!
- А куда мы денемся, - Сео спустил малыша с плеч. - Поди погуляй, Дик.
- Дик? - Синта с любопытством посмотрел на мальчика. - Так он вспомнил свое имя? Или сестры что-то нашли?
- Где там, - Сео покачал головой. - Но мы на днях поняли, что уже не можем ждать, пока они что-то найдут. Потому что пацан начал считать, что "ты" - это его имя.
Синта хихикнул. Сагара также улыбнулся. Момент истины в самом деле был на первый взгляд слегка комичным.