Тиссель опустился на стул и устремил взгляд в пространство. Сегодня он потерпел целый ряд поражений; но еще не все потеряно! Завтра он пойдет к Мэтью Керсхолу и они вместе подумают, как лучше вычислить Энгмарка. Ведь Керсхол сказал, что иномирянину не укрыться среди сиренийцев; рано или поздно Энгмарк обнаружит себя. И еще… и еще завтра он сменит маску. В новой не будет и намека на роскошь или тщеславие - лишь необходимый минимум достоинства и самоуважения.
Тут кто-то из рабов постучал в дверь, и Тиссель поспешно водрузил на голову ненавистного Лунного Мотылька.
На рассвете рабы пришвартовали дом в той части пристани, что отводилась иномирянам. Ни Ролвер, ни Велибус, ни Керсхол еще не прибыли, и Тиссель ждал в нетерпении. Через час появился ковчег Велибуса. Не желая говорить с ним, Тиссель укрылся в каюте.
Несколькими минутами позже причалил ковчег Ролвера. Через окно Тиссель видел, как Ролвер, во всегдашней своей Птице-Крачке, вышел на пристань. Там к нему приблизился человек в желтой маске Песчаного Тигра и, под аккомпанемент гомопарда вручил Ролверу какое-то послание.
Ролвер казался удивленным и растерянным. После минутного замешательства он тоже заиграл на гомопарде и пропел что-то, указывая на ковчег Тисселя. Затем он поклонился и пошел своей дорогой.
Песчаный Тигр с достоинством прошествовал к дому Тисселя и постучался. Тиссель вышел из каюты, но, следуя сиренийскому этикету, не пригласил нежданного гостя на борт, а лишь сыграл вопросительную фразу на зачинко.
Песчаный Тигр запел под гомопард:
- Прекрасней нет рассвета, чем над Фаном; Мирэль встает и озаряет небо сияньем янтаря и изумруда, и утренняя дымка, извиваясь, сгорает в пламенеющей заре. Тот, кто поет, мечтает насладится великолепьем Фанского рассвета, но труп иномирянина в волнах пейзажа нарушает безмятежность.
Зачинко Тисселя, казалось, само выразило потрясение. Песчаный тигр с достоинством пропел:
- Тот, кто поет, себе не знает равных в спокойствии и твердости рассудка; он вовсе не желает быть смущаем гримасами мятущегося духа. Пока беседуем мы с вами столь учтиво, к корме ковчега вашего рабы привязывают труп, дабы могли вы над телом те обряды совершить, какие приняты в иных мирах. Тот, кто поет, вам желает доброго утра - и уходит прочь.
Тиссель бросился на корму. Внизу, на воде, он увидел мертвеца, полуголого и без маски. В штанах задержался воздух, и потому тело держалось на плаву.
Тиссель долго вглядывался в мертвое лицо, которое показалось ему вялым и бесцветным - должно быть, потому, что он отвык от лиц. Человек был среднего сложения и веса, лет на вид сорока пяти-пятидесяти, с блекло-коричневыми волосами. Лицо его распухло от воды. Определить, от чего он умер, было невозможно.
Это Хаксо Энгмарк, подумал Тиссель. Кто-же еще? Мэтью Керсхол? А почему бы нет, спросил он себя и почувствовал, как на лбу, под маской, проступает пот. Ролвер и Велибус уже высадились и приступили к делам. А Керсхол? Тиссель оглядел бухту и увидел, что ковчег Керсхола швартуется у причала. Сам Мэтью Керсхол, в маске Пещерной Совы, выбрался на берег. Он прошел мимо дома Тисселя, не подняв глаз - должно быть, увлекся очередной абстрактной идеей.
Тиссель обернулся к телу. Энгмарк? Вне всяких сомнений. Ведь трое остальных уже на берегу, все в обычных для них масках. Значит, Энгмарк. Но не слишком ли просто? Керсхол сказал, что иномирянина в Фане невозможно не обнаружить. Значит, для Энгмарка единственный способ избежать разоблачения - это… Но нет! Нужно выбросить эту мысль из головы. Покойник - Энгмарк, это очевидно. И все-же…
Тиссель вызвал рабов и велел им найти контейнер для переправки тела на кладбище. Рабы не выразили ни малейшей охоты выполнять приказание, и Тисселю пришлось подкрепить его неумелым, но властным грохотом химеркина.
Тиссель прошел по пристани, свернул к эспланаде, миновал контору Корнелия Велибуса и по знакомой красивой тропе отправился в космопорт.
Придя, он выяснил, что Ролвера еще нет на месте. Старший раб - его статус подтверждался желтой розой на черном полотне маски - спросил, чем он может быть полезен. Тиссель сказал, что хочет отправить донесение в Полиполис. Это очень просто, отозвался раб. Если Тиссель напишет текст разборчиво, печатными буквами, послание тотчас же будет отправлено.
Тиссель написал:
НАЙДЕН ТРУП ИНОМИРЯНИНА. ВОЗМОЖНО, ЭНГМАРК. 48 ЛЕТ. ТЕЛОСЛОЖЕНИЕ СРЕДНЕЕ. ШАТЕН. ОСОБЫХ ПРИМЕТ НЕТ. ЖДУ ПОДТВЕРЖДЕНИЯ И/ИЛИ ДАЛЬНЕЙШИХ УКАЗАНИЙ.
Он написал адрес - Кастелю Кромартину, Полиполис - и вручил послание старшему рабу. Через несколько минут до него донесся гул транскосмической почты.
Прошел час. Ролвер не объявлялся. Тиссель в нетерпении мерил шагами площадку перед входом в здание космопорта. Никто не знал, сколько придется ждать ответа: транскосмическая связь отличалась непредсказуемостью. Иной раз космограммы проходили за долю секунды, иногда часами бродили неизвестно где, а несколько раз даже - тому были свидетели - приходили раньше, чем были отправлены.
Еще через полчаса появился Ролвер в свое Птице-Крачке. Одновременно Тиссель услышал шорох - приближался ответ!
Ролвер удивленно взглянул на Тисселя:
- Что привело вас сюда в такую рань?
- Труп, который вы отправили мне утром. Я связался с начальством по этому поводу.
Ролвер поднял голову и прислушался.
- Кажется, вам уже ответили. Пойду, прослежу.
- К чему утруждать себя? Ваш раб отлично справится сам.
- Это моя работа, - заявил Ролвер. - Я отвечаю за точность отправки и получения корреспонденции.
- Я пойду с вами, - сказал Тиссель. - Мне давно хотелось увидеть, как работает ваше оборудование.
- Боюсь, это невозможно. Правила запрещают посторонним находиться в рабочем помещении. Я сам принесу вам ответ.
Тиссель попытался возразить, но Ролвер, не слушая его, прошел в комнату космосвязи.
Спустя пять минут он вернулся, неся в руке небольшой желтый конверт.
- Не слишком хорошие новости, - объявил он нарочито сочувственным голосом.
Тиссель молча вскрыл конверт. Текст гласил:
ПОКОЙНЫЙ НЕ ЭНГМАРК. ЭНГМАРК БРЮНЕТ. ПОЧЕМУ НЕ ЗАДЕРЖАЛИ ПРИ ПОСАДКЕ. НЕПРОСТИТЕЛЬНЫЙ ПРОМАХ. КРАЙНЕ НЕУДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНО. ВЕРНУТЬСЯ ПОЛИПОЛИС ПРИ ПЕРВОЙ ВОЗМОЖНОСТИ. КАСТЕЛЬ КРОМАРТИН.
Тиссель сунул письмо в карман.
- Между прочем, могу я узнать какого цвета ваши волосы?
Ролвер прикоснулся к киву; раздалась короткая удивленная трель.
- Я блондин. А почему вы спросили?
- Так, из любопытства.
- О, понимаю. - Снова мелодичный звон кива. - Дорогой мой, до чего вы подозрительны! Смотрите!
Ролвер повернулся спиной и раздвинул края маски на затылке. Тиссель увидел светлые пряди.
- Убедились? - съязвил Ролвер.
- О, да, безусловно. Кстати, вы не могли бы одолжить мне другую маску. Надоел этот Лунный Мотылек.
- Боюсь, что нет. Но вы можете просто зайти в магазин масок и выбрать.
- Да, конечно, - отозвался Тиссель.
По дороге в Фан Тиссель остановился перед конторой Велибуса и, поколебавшись, заглянул внутрь. На Коммерческом Агенте была ослепительная маска из призм зеленого стекла и серебряных бусин - Тиссель никогда прежде ее не видел.
Велибус приветствовал его под аккомпанемент кива:
- Доброе утро, Сээр Лунный Мотылек.
- Я не отниму у вас много времени, - сказал Тиссель, - у меня только один вопрос; личного свойства. Какого цвета ваши волосы?
Велибус, помешкав долю секунды, повернулся спиной к гостю и приподнял край маски, открыв взгляду Тисселя тяжелые черные локоны.
- Такой ответ удовлетворит вас?
- Вполне, - ответил Тиссель.
Он пересек эспланаду и, выйдя на пристань, направился к дому Керсхола. Тот приветствовал его без особой радости и вялым жестом пригласил подняться на палубу.
- Я вот что хотел спросить, - сказал Тиссель. - Какого цвета у вас волосы?
- Те немногие, что остались - черные, - печально усмехнулся Керсхол. - А что?
- Так, любопытствую.
- Да полно, полно, - произнес Керсхол с несвойственным ему прямодушием. - Я же вижу, что дело не чисто.
Тиссель внезапно ощутил потребность в совете.
- Тут вот какая ситуация, - начал он. - Сегодня утром в порту нашли мертвого иномирянина. У него были коричневые волосы. Я не вполне уверен, но вероятность… сейчас скажу… два к одному, что Энгмарк - брюнет.
- Как вы пришли к такому выводу? - спросил Керсхол, пощипывая бородку Пещерной Совы.
- Информация прошла через руки Ролвера. Ролвер - блондин. Если Энгмарк принял вид Ролвера, то он, естественно, исказил сведения, поступившие ко мне утром. И вы, и Велибус признаете, что у вас черные волосы.
- Гм, - промолвил Керсхол. - Насколько я могу судить за ходом ваших мыслей, вы считаете, что Хаксо Энгмарк убил Ролвера, Велибуса или меня и теперь играет роль своей жертвы. Так?
Тиссель удивленно посмотрел на Керсхола.
- Но ведь вы сами говорили, что иномирянин не может обосноваться на жительство на Фане не выдав себя! Разве вы забыли?
- Нет, я все помню. Итак, Ролвер передал вам информацию о том, что Энгмарк брюнет, и продемонстрировал свои светлые волосы.
- Да. вы можете это подтвердить? Я имею в виду прежнего Ролвера.
- Нет, - грустно сказал Керсхол. - Я никогда не видел их без масок - ни Ролвера, ни Велибуса.
- Если Ролвер - не Энгмарк, - задумался Тиссель, - и если Энгмарк действительно брюнет, то вы с Велибусом автоматически подпадаете под подозрение.