Кишечнополостное уступило микрофон розоватому желе, заключенному в блестящую металлическую рамку. Густо покраснев, видимо, от смущения, желе начало говорить:
- Задача текста вроде бы состоит в том, чтобы доказать безнадежность проекта. Подчеркиваю - вроде бы! Я лингвист и приглашен Глиммунгом именно в этом качестве, поскольку в храме под водой находится множество рукописей. Ключевая фраза: "Предприятие провалится" - повторена в Книге сто двадцать три раза. Я изучил все переводы и смею утверждать, что наиболее точный из них: "За восстановлением последует провал". То есть оно, скорее, приведет к провалу, нежели провалится как таковое.
- Не вижу разницы, - нахмурился Харпер Болдуин, - в любом случае для нас важна та часть, где упоминается наша гибель или мучения. Разве Книга не всегда права? Существо, у которого я ее купил, утверждает, что Книга не ошибается.
- Продавцы Книги получают с каждого экземпляра сорок процентов прибыли, - заявило розоватое желе. - Естественно, они утверждают, что каждая строка - истина.
Джо вскочил, уязвленный насмешкой.
- С тем же успехом вы можете обвинить всех врачей во Вселенной в том, что существуют болезни, потому что они получают деньги за лечение.
Мали со смехом потянула Джо назад в кресло.
- Господи, - проговорила она, прикрывая ладонью улыбку, - наверное, никто за двести лет не высказывался в защиту бедных спиддлов. Только теперь они обрели… как это называется… авокадо.
- Адвоката, - проворчал Джо, все еще кипя от возмущения. - Черт возьми, ведь речь идет о нашей жизни! Это же не политические дебаты. И не собрание налогоплательщиков.
По залу, как внезапно налетевший ветер, пронесся гул голосов. Все заговорили одновременно. Мастера пытались переспорить друг друга.
- Я настаиваю на том, - кричал Харпер Болдуин, - что мы должны действовать сообща. Надо создать постоянную организацию, вроде профсоюза, который будет отстаивать наши интересы в споре с Глиммунгом.
Но прежде всего, уважаемые друзья и коллеги, сидящие или летающие, следует решить, хотим мы вообще участвовать в предприятии или нет. Может быть, не хотим? Может быть, предпочтем вернуться по домам?
Давайте узнаем, каково мнение большинства. Итак, кто из вас за то, чтобы приступить к работе?..
Он не успел договорить. Зал заполнил оглушительный грохот, в котором утонули все прочие звуки.
Это был Глиммунг.
***
"Должно быть, это его настоящее обличье, - решил Джо, когда увидел и услышал Глиммунга. - Без сомненья, это настоящий Глиммунг. И…"
Со страшным шумом, будто кто-то перемешивал в гигантской железной бочке десять тысяч старых автомобилей, Глиммунг взгромоздился на помост в конце конференц-зала. Его тело содрогнулось, затряслось, и из самых его недр раздался глухой стон. Он нарастал и нарастал, переходя в хриплый рев. "Зверь, - подумал Джо, - попавший лапой в капкан и тщетно пытающийся выбраться".
Неведомо откуда ударили фонтаны морской воды, - весь зал мгновенно заполнился резким запахом йода и рокочущим гулом моря. На присутствующих посыпались мелкие рыбешки и водоросли. И посреди этого смерча металась огромная туша Глиммунга.
- Да, вряд ли он им понравится, - вполголоса произнес Джо. Господи боже - тысячи извивающихся щупалец, покрытых бурой слизью… Огромная туша поднялась под потолок, затем с утробным ревом рухнула на пол, расшвыривая во все стороны раковины и обломки кораллов. Из зияющего провала в полу вырывались струи пара. Но Глиммунга уже не было видно. Как и предсказывала Мали, его вес был слишком велик. Теперь Глиммунг - внизу, десятью этажами ниже.
- На-на-наверное, мы должны спуститься и переговорить с ним, произнес в микрофон потрясенный Харпер Болдуин. Он нагнулся, словно к чему-то прислушиваясь, затем выпрямился. - По-моему, он угодил прямо в подвал… Он… - Болдуин отчаянно взмахнул рукой. - По-моему, он, проломил насквозь все этажи.
- Я знала, что это случится, - заметила Мали. - Что ж, придется вести переговоры в подвале.
Мали и Джо поднялись, чтобы присоединиться к толпе любопытных, уже скопившейся возле лифтов.
- Лучше бы он явился в виде альбатроса, - заметил Джо.
Глава 9
Когда они добрались до подвала, Глиммунг приветствовал их громким ревом.
- Переводчики не понадобятся, - объявил он. - Я буду общаться с каждым из вас телепатически.
Его туловище заполняло практически весь подвал: мастерам пришлось остаться у лифтов.
Джо глубоко вдохнул, чтобы унять дрожь, и выпалил:
- Глиммунг, вы сможете расплатиться с отелем за нанесенный ущерб?
- Завтра утром мой чек будет среди прочей почты, - ответил Глиммунг.
- Мистер Фернрайт пошутил, - занервничал Болдуин, - насчет компенсации отелю.
- Ничего себе шутка, - возмутился Джо, - разворотить десять этажей! А вдруг при этом кого-нибудь раздавило? Так можно запросто угробить минимум человек сто.
- Нет-нет, - заверил его Глиммунг. - Никто не пострадал. Но вопрос справедливый, мистер Фернрайт. - Джо внезапно почувствовал, как Глиммунг рыщет в самых отдаленных уголках его сознания в поисках ответа на какой-то вопрос. Ответ пришел мгновенно: "Меня интересует ваша реакция на Книгу Календ".
Однако не успел Джо ответить, как Глиммунг обратился ко всем остальным:
- Из прибывших мастеров только мисс Йохез знала о Книге. Остальных мне сейчас придется проверить.
Это займет всего лишь минуту.
И в то же мгновение Джо почувствовал, как прервался мысленный контакт. Глиммунг общался с другими.
Повернувшись к Джо, Мали шепнула:
- Я хочу задать ему вопрос.
Она сделала глубокий вдох и произнесла:
- Глиммунг, - резко сказала она, - ответьте мне.
Скоро ли вы умрете?
По огромному туловищу прошла судорога, щупальца, похожие на хлысты, вздыбились, потом бессильно обвисли.
- Разве об этом сказано в Книге Календ? - отозвался Глиммунг. - Нет. Я бы сказал, если бы это было так.
- Книга Календ непогрешима.
- У вас нет причин считать, что я при смерти, - заявил Глиммунг.
- Конечно, нет, - ответила Мали. - Я задала этот вопрос, чтобы кое-что выяснить. И я выяснила.
- Когда у меня приступ меланхолии, - проговорил Глиммунг, - я вспоминаю Книгу и предсказание Календ о том, что я не смогу ничего осуществить, и храм навсегда останется на дне Маре Нострум. В такие минуты я действительно верю в могущество Книги.
- Но только когда у вас приступ меланхолии, - заметил Джо.
- Любое живое существо, - сказал Глиммунг, - переживает периоды подъема и упадка. Я такое же существо из плоти и крови, как и вы. Я больше и старше вас, я могу делать многое, что вам недоступно. Но бывает время, когда солнце клонится к закату, наступают сумерки, и близка настоящая ночь. До меня то и дело доходят лучики света, но его источник слишком далек. А там, где я обитаю, очень, очень темно. Конечно, я могу сам создать жизнь и свет вокруг себя, но они будут лишь продолжением меня самого. Правда, теперь кое-что изменилось, сюда стали прибывать мастера. Те, кто прилетел вместе с мисс Йохез, мистером Фернрайтом и мистером Болдуином, - последнее пополнение.
"Интересно, покинем ли мы эту планету", - подумал Джо. Он вспомнил Землю; вспомнил Игру и свой жилой модуль с мертвым черным окном; вспомнил о грошовом государственном пособии. Он вспомнил Кит.
"Больше я ей не позвоню, - мелькнула у Джо мысль. - Я почему-то в этом уверен. Наверное, из-за Мали. А может, из-за всей этой истории - с Глиммунгом и его Предприятием".
А это падение Глиммунга сквозь пол? Пролететь через десять этажей, чтобы потом скрючиться в подвале.
За этим явно что-то кроется… И тут Джо осенило. Ведь Глиммунг прекрасно знает собственный вес. Как и говорила Мали, ни одно здание не выдержало бы его. Он проделал все это умышленно.
"Чтобы мы его не боялись, - думал Джо, - теперь, когда наконец мы увидели его в настоящем обличье.
Хотя, может быть, наоборот: надо уносить ноги, пока не поздно. Что еще взбредет в голову этому монстру?.."
- Вы боитесь меня? - пришла мысль Глиммунга.
- Я боюсь вашей затеи, - откликнулся Джо, - Слишком мало шансов на успех.
- Вы правы, - сказал Глиммунг. - Речь идет о шансах, о вероятности. Статистической вероятности. Может быть, получится. Может быть, нет. Я не могу утверждать, могу только надеяться. У меня нет уверенности в будущем как, впрочем, и у всех, включая Календ.
Я исхожу из этого…
- Но если ваша попытка провалится… - начал было Джо.
- Разве это так уж ужасно? - перебил Глиммунг. - Знаете, что я вам скажу: у всех вас есть одно общее качество: вам так часто не везло, что у вас возник комплекс неудачника.
"Я уже задумывался об этом, - вспомнил Джо. - В общем, так оно и есть".
- Чем я, собственно, занимаюсь? Я пытаюсь понять, насколько я силен, продолжал Глиммунг. - Ведь не существует универсального способа определения границ чьей-либо силы. Это можно узнать, только попытавшись предпринять нечто, что потребует всех моих сил. Провал скажет мне так же много, как и успех.
Понимаете? Нет, вы не понимаете. Вы скованы своим страхом. Вот почему я вытащил вас сюда. Знание себя - вот то, чего я достигну. Того же достигнете и вы - каждый для себя.
- А если у нас ничего не получится? - спросила Мали.
- В любом случае вы почувствуете границу своих сил, - заявил Глиммунг. Казалось, он был удивлен тем, что собравшиеся не понимают столь простых вещей. - Вы правда не понимаете?.. - спросил он их всех. - Ничего, вы поймете, прежде чем все это закончится. Конечно, те, кто захочет пройти весь путь.