- Ох, Делайла! Маме совсем плохо. Она бродит по дому каждую ночь и зовет Абигайль. Может быть, она видит привидение.
У Делайлы расширялись глаза, она схватилась рукой за горло и повернулась к Джонатану.
- Неужели это правда?
- Правда, что мама не в себе, - неохотно ответил тот. - Каждую ночь зовет Абигайль. Она… она утверждает, что видела ее во дворе и слышала её голос.
Делайла побледнела и прикрыла глаза.
- Это ужасно, - пробормотала девушка так, словно речь шла о ней самой. Парень придвинулся к ней.
- Я уверен, что нет никакого приведения, - попытался он успокоить ее. - Пожалуйста, не волнуйся за нас, Делайла. Рашель иногда преувеличивает.
- Да нет же! - возмутилась девочка.
Краска постепенно вернулись к лицу Делайлы, и она понемногу успокоилась.
- Наверное, ей все это снится, - предположила она, - Один и тот же сон каждую ночь.
Джонатан задумчиво тянул лимонад. Потом взглянул в лицо подруге и улыбнулся.
"Она такая смелая, - подумалось ему. - И пытается ободрить нас с Рашелью. Сестренка боятся привидений, а я боюсь, что мама сойдёт с ума. Делайла не хочет, чтобы мы волновались, вот и говорит, что это сон".
- Джонатан!
Он открыл глаза. Была полночь. "Снова какой-то звук. Мама, что ли?"
- Джонатан! - раздался настойчивый шепот. - Джонатан, пойди сюда!
Юноша уставился в темноту, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
Нет, это был голос не матери, а маленькой девочки.
- Кто здесь? - прошептал, Джонатан.
- Пойдя сюда, братик, - продолжал девичий голос. Он как будто доносился снаружи, из-за окна. Но это было невозможно…
- Пойди сюда, братик, - повторил голос. - Или твоя участь будет горше моей! Джонатан сел на кровати.
- Рашель! - позвал он. - Рашель! Где ты?
- Нет, - прошептала девочка. - Нет, я не Рашель. Я Абигайль.
Глава 12
Джонатан как безумный вскочил с постели.
- Абигайль! - закричал он. - Аби! Где ты?
Он остановился посредине комнаты и прислушался.
Ответа не было. Голос смолк.
Дрожащими руками Джонатан зажег свечу от лежавших в очаге углей. В неверном свете его тень пролегла через всю комнату на противоположную стену.
Парень осмотрел все углы. Распахнул дверцы шкафа и заглянул внутрь.
Никаких следов умершей сестры. Вообще никаких следов.
С тяжело бьющимся сердцем Джонатан вернулся в кровать.
Абигайль позвала его. Но было ли это на самом деле?
Может быть, это просто сон?
"А что, если мамино безумие передалось мне?" - подумал он, но тут же отогнал эту мысль.
"Голос был слишком отчетливым. Я слышал, как Абигайль звала меня, предупреждая о чем-то…"
В себя его привело легкое царапанье у двери. Открывать или нет?
Времени на размышления не оставалось. Дверь скрипнула и медленно отворилась.
Вошла Рашель.
Она пришлепала босиком, одетая в ночную рубашку в шапочку. При свете свечи было видно, что глаза девочки расширились от страха.
- Что такое, Рашель? - спросил Джон, понизив голос до шепота.
- Я ее видела! - воскликнула сестра. - Я видела Абигайль!
Глава 13
Джонатан подскочил к Рашели и схватил ее за плечи.
- Ты видела Абигайль? Где?
- За окном своей комнаты. Она звала меня: "Рашель, пойди сюда!"
- Но как ты узнала, что это Абигайль? - спросил брат. - Разве ты ее помнишь?
- Она была точь-в-точь как на папиной картине, - сказала сестренка. - На ней был белый чепчик с синими лентами. Абигайль парила за окном, а потом исчезла.
Джонатан отпустил ее. "Может быть, мама действительно видела Абигайль, - подумал он. - Наверное, она явилась маме так же, как и Рашели. И это вправду была Аби. Точнее, ее привидение. Абигайль вернулась, чтобы предупредить свою семью.
Но о чем?
- Мама, я хочу пойти к Уилсонам, - сказал Джонатан. Джейн сидела на кухне у очага. Она была очень утомлена.
- Я пойду с тобой, - встрепенулась Рашель. - Мне так нравится Делайла.
- Не сегодня, сестричка, - ответил парень. - Я хочу побыть с ней наедине.
Мать дала Джонтану с собой корзинку со сладкими рулетами.
- Передай привет отцу Делайлы, - сказала Джейн, затем вздохнула: - Мы бы пригласили их на чай, да сейчас это нам не под силу.
На глазах у женщины выступили слезы, но она тут же их смахнула. С тех пор как умерла Абигайль, мать сильно постарела. В уголках рта появились морщины, а глаза стали почти бесцветными. Джонатан заметил, что в последние дни на ее лице появилось выражение постоянной боли.
- Извинись за меня перед Уилсонами, - продолжала Джейн. - И скажи… скажи, что я больна.
- Скажу, - заверил ее сын, а затем взял за руку и добавил: - Тебе скоро станет лучше, мама. Вот увидишь.
Она кивнула с отсутствующим видом. Джонатан взял корзинку и направился по дороге к дому соседей. Юноша застал преподобного Уилсона работающим в поле. Зато его дочь в этот момент была свободна. Она с улыбкой приняла гостинцы.
- Это так любезно со стороны твоей матери, - сказала Делайла. - Как она себя чувствует?
- Не очень, - со вздохом ответил Джонатан. - Мама все видит Абигайль по ночам. Но теперь не только она.
- Что ты имеешь в виду?
- Рашель тоже видела сестру. А я… я слышал ее голос. Аби звала меня.
Делайла поставила корзину и отвернулась. Джонатан увидел, как затряслись ее плечи.
- Что такое, Делайла? - Он бережно развернул ее к себе, положил руки ей на плечи и внимательно посмотрел в глаза. Но девушка склонила голову, будто пряча лицо.
Когда она наконец подняла глаза, в них стояли слезы.
- Я очень беспокоюсь о тебе, Джонатан, - сказала Делайла. - О тебе и твоей семье. Я… я никогда не пожелаю вам зла.
Юноша подумал, что слезы ей даже к лицу. Ему захотелось обнять подругу покрепче и расцеловать.
- О чем это ты, Делайла? - спросил он. - Я и так знаю, что ты не желаешь нам зла. Тебе не о чем беспокоиться. - Джонатан сделал паузу, чувствуя досаду. - Не стоило нагружать тебя нашими проблемами. Ты принимаешь их слишком близко к сердцу.
Делайла опустила глаза.
- Мы с отцом уедем отсюда, - произнесла она тихо. - Причем совсем скоро…
- Нет! - воскликнул Джонатан. - Не бросай меня! Пожалуйста!
Парень сам удивился своим словам. Мысль о том, что Делайла уедет, причинила ему страшную боль. Джонатан словно получил удар в живот.
"Да я же влюбился в нее, - неожиданно понял он. - По-настоящему, по-взрослому влюбился".
Джонатан взял ее за руки и спросил:
- Почему? Почему вы собираетесь уезжать? Пожалуйста, Делайла, останься…
Та снова склоняла голову.
- Поверь мне, так будет лучше, Джонатан. В конце этой недели мы должны уехать.
- Но, Делайла, я ничего не понимаю…
- Пожалуйста, уйди, Джонатан, - сказала она дрожащим голосом. - Пожалуйста… Ты должен сейчас же уйти.
Юноша с тяжелым сердцем зашагал к своему дому. "Я люблю ее, - думая он в отчаянии. - И, похоже, она тоже меня любит. Это сразу видно. Но почему же Делайла уезжает? И не хочет объяснить причину. Почему у нее такой таинственный и грустный вид?"
Этой ночью Джонатан, ожидая опять услышать крики своей матери, старался не смыкать глаз.
Но после стольких бессонных ночей бодрствовать оказалось выше его сил. И вскоре Джонатан забылся тяжелым сном без всяких сновидений.
И вот перед самым рассветом пелену сна пронзил душераздирающий вопль.
Парень тут же сел на кровати. Крик доносился с заднего двора.
Джонатан подскочил к окну. Первые утренние лучи уже румянили горизонт. Окинув взглядом двор, он не обнаружил ничего необычного.
Но крик продолжал звучать в его голове, эхом звенеть в ушах. Пережив столько ужасных недель, Джонатан был готов к самому худшему.
На лестнице послышались шаги. Это были Эзра и Рашель, спускавшиеся по ступенькам. Джонатан последовал за ними.
"А где же мама?" - подумал он. Страх перехватил ему горло, и Джонатан тяжело сглотнул. Сейчас не время паниковать.
Все трое выбрались на улицу. Во дворе стояла тишина. Но ведь все они слышали ужасный вопль. И доносился он именно отсюда.
- Где мама? - спросил сын у отца.
- Не знаю, - ответил тот. - Когда я проснулся от этого крика, ее рядом уже не было. А что, если…
- Не волнуйся, папа, - попытался успокоить его Джонатан. - Никуда она не денется.
В течение нескольких часов они осматривали дом, обшаривали все углы. Джейн нигде не было. Солнце уже поднималось над деревьями.
Тогда все быстро оделись и вернулись во двор. И принялись искать под каждым деревом, под каждым кустиком.
Рашель остановилась на краю окружавшего усадьбу леса и стала громко звать свою мать. Джонатан чувствовал себя разбитым и растерянным.
"Что могло приключиться с мамой? - размышлял он. - Не в воздухе же она растворилась".
У юноши пересохло во рту, и он направился к колодцу, чтобы утолить жажду. Взявшись за веревку, Джонатан почувствовал, что ведро невероятно тяжелое.
Вдруг его захлестнула волна ужаса.
- Папа! - позвал он дрожащим голосом. - Подойди сюда, я не могу вытащить ведро на колодца!
Эзра пристально посмотрел на сына, но ничего не сказал. Вместе они потянули ведро вверх.
- Как тяжело, - выговорил Джонатан, напрягаясь изо всех сил. - Не могу представить…
Последний рывок.
Джонатан вскрикнул, отказывая верить глазам.
А потом завопил в голос.