И я написал рассказ про мальчика, который решил это выяснить.
Я заглянул через плечо Джоанны Левин в стеклянную витрину. Над витриной на прикрепленной к стене маленькой табличке было написано: "Искусство Древнего Египта". Под стеклом, залитые ярким светом, поблескивали браслеты, ожерелья и длинные золотые серьги.
- Вау! Классные фенечки! - восхитилась Джоанна и ткнула пальцем в стекло. - Я хочу вот этот браслет. И еще вон тот, сбоку.
Я скептически усмехнулся и покачал головой:
- Этим "фенечкам" уже четыре тысячи лет. Они стоят миллионы долларов.
Джоанна отпихнула меня от витрины.
- Сегодня мой день рождения, - заявила она. - Неужели я не имею права выбрать себе подарок?
- Здесь тебе не магазин "Подарки", - заспорил я. - А городской музей, понятно?
Она опять толкнула меня.
- До чего же ты скучный, Коннор! Никакой фантазии! Ты просто зануда. Зубы болят от одного твоего голоса.
Джоанна! Ты выбрала себе подарок? Круто! - крикнула из другого конца зала Эбби Форман.
- Клевая мысль, - заявила Дебора. - Правда, давайте отпразднуем здесь Джоаннин день рождения.
- В нашем распоряжении весь музей, - объявила Джоанна. - Кроме нас, туг больше никого нет.
Мой друг Джош дернул меня за рукав:
- Эй, Коннор. Мы уже добрались до зала, где лежит мумия. Пошли поглядим на нее.
Стуча каблуками по твердому кафельному полу, мы с Джошем направились в соседний зал.
Саркофаг с мумией стоял в небольшом, тускло освещенном зале. Потолок в нем был низкий, зеленого цвета, отчего помещение казалось еще более темным.
На стене висели снимки египетских пирамид. Перед ними лежала кучка желтых камней. Надпись на табличке поясняла, что это подлинные камни из гробницы Тутанхамона.
В середине зала стояли в трех шагах друг от друга два больших каменных саркофага. Они были открыты, а их каменные крышки прислонены к противоположной стене.
Мы с Джошем подбежали к первому каменному ящику. Он оказался таким высоким и глубоким, что нам пришлось привстать на цыпочки, чтобы заглянуть в него.
Я навалился грудью на его край и посмотрел внутрь саркофага. Гладкий камень холодил мои ладони.
- Тут пусто, - сообщил я.
- Похож на огромную ванну, - заметил Джош. - Даже не верится, что здесь когда-то лежал мертвец.
Тем временем в зал вошли Джоанна и другие наши одноклассники. Они столпились вокруг второго каменного ящика.
- Ф-фу! Какая она противная, эта мумия! - Дебора Фейр сморщила нос.
Мы с Джошем протиснулись рядом с ней и тоже посмотрели на мумию. Ее голова и туловище были целиком обернуты полосами материи, похожей на бинты. Полосы были покрыты пятнами и во многих местах разорваны. Из-под них проглядывала черная смола.
Один глаз мумии не был прикрыт тканью. Пустая глазница была наполнена смолой.
- Фу, гадость, - заявила Джоанна. - Внутри этой мумии наверняка ползают тучи всяких мерзких букашек-таракашек. Как вы думаете?
- Ерунда, - хмыкнул я. - Тела умерших полностью вычищались. Затем их покрывали горячей смолой и заворачивали в полосы ткани. Причем так туго, что внутрь мумии ничего уже не могло попасть. А крышки саркофага надежно запечатывались. Поэтому там нет никаких букашек.
Джоанна нахмурила брови и смерила меня пристальным взглядом:
- Коннор, откуда ты столько знаешь про мумии?
Я пожал плечами:
- Как откуда? Я про них читал.
Поднявшись на цыпочки, я снова взглянул на древнюю мумию. Ее руки были сложены на груди. Мне даже почудилось, что она тоже разглядывает меня своим смоляным глазом.
- Знаешь, как в древности вычищали мозг из головы? - спросил я у Джоанны. - Жрецы проникали в череп с помощью длинной палочки. А мозг потом вытаскивали через нос.
- Ой, ф-фу! - простонала Джоанна.
- Заткнись, Коннор! - воскликнула Эбби.
Мы с Джошем захохотали.
- Пойдемте отсюда, - заявила Джоанна и поспешно направилась к дверям зала. - Лучше поглядим на сфинкса.
Остальные ребята отвернулись от саркофага с мумией и тоже проследовали за ней в соседний зал. Их голоса звонким эхом отлетали от стен.
Мы с Джошем опять остались вдвоем и некоторое время с любопытством разглядывали мумию.
- Интересно, сколько лет было этому человеку, когда он умер? - проговорил я. - В те времена люди жили не очень долго. Большинство умирали, не дожив до тридцати лет.
- Может, это был ребенок, - предположил Джош. - Постой! Что это там?
Он показал пальцем на приоткрытую дверь в углу зала.
Мы подошли к этой двери и заглянули в нее.
- Просто шкаф, - заявил я. - Самый обычный.
- Коннор, погляди, что тут лежит. - Джош нагнулся и вытащил из шкафа ворох полосок. - Тряпки какие-то, - пробормотал он и для пробы разорвал несколько из них.
- Наверное, ими вытирают пыль, - предположил я.
- Они очень похожи на те полоски, в которые обернуты мумии, - заметил Джош. - Ой, сколько их тут! Целая куча, да не одна. - Он засмеялся. - Их хватит, чтобы сделать собственную мумию.
Я взглянул на Джоша. Джош на меня.
- Ты думаешь о том же, о чем и я? - спросил я у него.
Я угадал.
Действовать нужно было быстро. Наш план был простой. Джош обернул меня полосками ткани, и я стал похож на мумию. После этого я забрался в пустой саркофаг, скрестил на груди руки и вытянул ноги.
- Быстрей! Ступай за Джоанной, - поторопил я приятеля. Слой ткани приглушал мой голос. - Скорей, Джош. Мне трудно дышать. Я тут долго не выдержу.
Джош глядел на меня через каменный край. Я едва различал его сквозь материю.
- После того как я приведу Джоанну и остальных, ты сядешь там на дне саркофага, только очень и очень медленно. И шепотом позовешь Джоанну.
- Понятно, - ответил я.
- Она упадет в обморок от страха! - воскликнул Джош. - А уж как завизжит!
- Только давай поскорей! - взмолился я. - У меня зудит все лицо, а я даже не могу почесаться. К тому же тут очень жарко.
Мой друг убежал, а я устроился поудобней на каменном дне саркофага и попытался расслабиться. Но мне было жутко неуютно.
Камень был твердым, и у меня сразу же заболела спина. Становилось все жарче. Я уже обливался потом. Мне невыносимо захотелось выбраться наружу и плюнуть на нашу затею.
Но я все-таки закрыл глаза и стал считать до десяти.
Где же ребята? Почему так долго не идут?
Наконец я услыхал голоса. Тогда я набрал в грудь побольше воздуха и затаил дыхание. Ведь если кто-то из ребят заметит, что я дышу, весь наш розыгрыш пойдет насмарку.
Бедная Джоанна! Через несколько минут я напугаю ее до смерти!
Голоса приблизились. Теперь они звучали прямо надо мной.
Мое сердце учащенно забилось. Пора подниматься, сказал я себе.
Медленно, очень медленно я поднял голову и стал садиться.
- Джоанна… - прошептал я.
В ответ я ожидал услышать ее отчаянный визг. Вместо этого раздался мужской голос:
- Царевич Акор? Вот ты где.
- Что? - удивился я и резко выпрямился.
- Мы искали тебя, - сообщил мужчина.
- Ой! Извините, что вы сказали? - забормотал я. По-видимому, это смотритель музея. Он поймал меня на месте, так сказать, преступления, шутка ли, залезть в бесценный экспонат. Теперь меня ждут крупные неприятности.
Я стал возиться с полосками ткани, пытаясь освободить глаза.
- Мне… мне очень стыдно, что так получилось, - бормотал я при этом. - Это была глупая шутка. Я…
Тут я наконец-то увидел мужчин, окруживших саркофаг, и ахнул от удивления.
Они были низкорослые, худые и очень смуглые. С бритыми головами.
Одеты они были в белые балахоны, очень похожие на платья наших девчонок. И в кожаные сандалии с ремешками, обвивавшими икры ног до колена.
Перепугавшись, я принялся сдирать с себя полоски ткани.
- Кто… Кто вы такие? - забормотал я.
Тут только я обнаружил, что музейный зал, в котором я находился, выглядел совсем иначе. Темные стены исчезли, низкий зеленый потолок тоже. Теперь стены были сложены из ярко-желтого кирпича и, казалось, уходили вверх нескончаемо высоко, до самых небес. Зал сделался чудовищно огромным.
Второй саркофаг с мумией тоже куда-то делся. На стенах ярко пылали факелы. Возле дверей высилась гигантская золотая фигура совы.
В голове у меня все перемешалось.
- Этого… не может быть, - прошептал я.
Пожилой мужчина в длинном белом одеянии протянул мне свою маленькую смуглую руку и помог выбраться из каменного ящика. Он смотрел на меня ярко-голубыми глазами, с улыбкой, но строго. Его голову окутывал белый с голубым кусок ткани, концы которой свисали на его плечи по обе стороны от лица.
- Царевич Акор, - проговорил он. - Так вот где ты прячешься. Мы ищем тебя с первых лучей солнца.
- Царевич? Какой еще царевич? - с удивлением воскликнул я. - Тут какое-то недоразумение. Вы с кем-то меня путаете. Я… я не принц. - Мой голос изменился. Он прозвучал пискляво и пронзительно. Я ничего не понимал и страшно перепугался. Наша затея с розыгрышем нравилась мне все меньше и меньше.
Улыбка слетела с лица старца. Ярко-голубые глаза впились в мое лицо.
- Не бойся, царевич Акор, - произнес голубоглазый. - Ты в моих руках. Как и всегда.
- Но… но ведь… вы ничего не поняли! - залепетал я. - Я и сам не понимаю, как попал сюда. Я…
- Мы все знаем, почему ты прячешься здесь, - заявил старик и сумрачно кивнул. Потом положил руки мне на плечи и крепко их сжал. - Мы не осуждаем тебя за трусость.
- За что?! - изумился я.