« Мальчик, ты школьник?
Не, тётя, я садист.
В смысле?!
В садик ещё хожу».
Поздняк открыл рот, закрыл, побледнел и больше в эти игры не играл.
Гостимил замолк с самого начала Так-то он шестерит перед Борзятой, но моих подкалывать смущается. Про клизму, что ли, вспомнил?
Сам Борзята вздумал подразнить Ивашку. Так это, по-детски. Углядел завёрнутую в тряпки саблю, ухватил её и начал дразнить:
У-тю-тю! На что вознице метёлка в ножнах? Дорогу перед конями подметать?
И давай убегать. «Не догонишь, не поймаешь» Ну, чисто детишки расшалились. Точно: в молодости резов был. Но когда он клинок из ножен вытянул да увидел Пока понятие «гурда» с понятием «возчик» пытался в сознании совместить «возчик» его догнал. И по уху приложил. «Не трогай чужие игрушки без спроса».
Ну и я, между делом, дядю уел:
То нам говорили: приказчики купеческие идут Деснянские торги повысматривать да товары попоказывать, а то дурень борзый кричит: «Мы княжьи! Мы княжьи!». Главного приказчика по уху бьёт, шапку снять велит, на колени ставит. Слышь, Борзята, может у тебя и княжьи хоругви припасены? Так ты дай. Поднимем над тройками, как в крестный ход, да пойдём весело. Чтоб народ знал. От какого князя мы посланы.
Дядя морду покривил, будто кислого наелся, но крыть нечем заткнулся. Тоже мне, конспиратор святорусский.
Поутру, ещё до света, выкатились на Десну и в три тройки резво побежали вниз. Едем.
«Мы едем, едем, едем
В далёкие края.
Хорошие соседи,
Счастливые друзья».
Ну-ну Насчёт «хороших» и «счастливых» я бы так уверенно говорить не стал. Посмотрим, как-то оно будет Что-то мне на душе тревожно.
Глава 178
Ровно год назад вот также везли меня по льду реки на юг. Только не с северо-востока, как сейчас по Десне, а с северо-запада по Днепру. Я был глупый, больной, ничего не понимающий попаданец. От непонимания, от страха неизвестности пытался наглеть. Весь был битком набит гонором и иллюзиями:
Да мы! Да такие крутые! 21 век! Человек на Луне, трактор на Марсе
Фигня это всё, здесь это неправда. Вот мне правду-то и вбили. Как вспомню так вздрогну. Вспомню Юльку-лекарку с её суетливостью, Степаниду свет Слудовну с её монументальностью. Суховатого «правдовбивателя» Савушку с палочкой и, конечно, Хотенея Ратиборовича Моего господина, хозяина, любовника Его весёлый, куражливый взгляд, его горячие, жадные, сильные, хозяйские руки на моём теле Повелитель и владетель Постоянное, не резкое, но непрерывное ощущение ошейника символа моего подчинения ему, символа его власти надо мной
Тьфу-тьфу-тьфу. Только бы не встретиться. «Воля господская над тобой» больно в меня это вбивали. И вбили крепко. Увижу, прикажет и пойду как те детишки из Гамельна за дудочником. Послушно и с радостью. Второй закон робототехники никто не отменял.
Умом понимаю, а душой не принимаю. Сам себе доверять не могу.
Нафиг-нафиг, бог милостив, авось, не встретимся. Не думать, не вспоминать. Лучше выспаться. Впрок, как Сухан делает.
Но сон не идёт. Крутятся в голове всякие домашние дела. Много я чего в эту зиму понаделал. Ещё больше осталось.
Несколько неожиданно видеть в средневековье, как работает «эффект системы». Как только появляется команда для решения задачи, так логика развития самой команды двигает команду дальше. Ставя уже новые задачи.
Закон Паркинсона: «бюрократия растёт с темпом 5 % в год, вне зависимости от решаемых задач и даже при их отсутствии».
«Хорошая бюрократия» сама себе задачи находит и решает. «Плохая» просто растёт. Я это в своём инженерном бизнеса несколько раз проходил. Или, к примеру, взять «Газпром» Но видеть, как это правило работает в 12 веке забавно.
Как всегда, всё началось с мелочи: дышать в здешних избах тяжко. Детишки мрут.
Экая невидаль, да все так живут!
Мне на «всех» плевать. Делаем не по «всехнему» ставим печки с трубами. Значит нужны кирпичи. Ставим обжиговую печь. Но, опять же мелочь мелкая кирпичник, Жилята. Ну до чего ж вредный мужик! Ну не понравился я ему! Мелкий я. Тощий, недорослый, наглый. Всё вперёд старших решить норовлю Он мне палки в колёса, я ему, соответственно ученика в подсоблятники.
Месяц парочкой поработали, парнишка, «альф» оказался толковым. Квалифицированные мастера размножаются на «Святой Руси» партеногенезом. Не путать с делением и почкованием. Так называемое «девственное размножение». Ну, если Жиляту продолжать считать «девочкой» после того, как я ему мозги попромывал «Партеногенезится».
Конкретно: добавляем к старому и новому кирпичникам новых учеников и получаем две команды. Которые работают вместе.
По Цою: «Все говорят мы вместе, но никто не говорит в каком».
А я знаю, но не скажу. Сами догадаетесь: обе бригады работают, и уже требуется вдвое больше кирпича. А его нет. Печка ещё не выпекла.
Ситуация знакомая по Советскому Союзу: лимиты не отпущены, фонды не выделены Упомянутое выше «место» называется «экономика дефицита».
Интересно, все знают, как корячится «плановая социалистическая экономика». Ну, колбаса по два-двадцать и всякое такое тоталитарное. А как «корячится» бесплановая феодальная экономика? Когда всё в дефиците. Всё-всё!
Вру, не всё. Пока ещё, лет триста-четыреста, в здешних местах деревья в лесу в изобилии. Не все, правда. Бортные уже посчитаны и штрафами-вирами расценены. Их уже нехватает. Но остальных хоть ешь. Потом их тоже будет столько же. Но уже чьих-то.