Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
Глава 3
Эрлан Первый облюбовал себе покои в древнем крыле замка, на примере убиенного Гросса Пятого убедившись в пользе старых добрых подземных ходов. Тем более Звездные тропы так и не создавались.
Рус с Гелинией вышли из "ямы" перед старой спальней Гросса, то есть в новом крыле. Других координат в царском дворце Рус просто не знал, не удосужился снять в свое время. Их встретила невозмутимая пара скучающих гвардейцев, узнала и со всем уважением проводила в другое крыло замка.
Гелиния удивленно озиралась по стенам. Кругом - изображение батальных сцен. Отдельными полотнами висели многочисленные портреты этрусков - царей, наследников, военачальников, жен. Часто встречалось изображение единственного бородатого мужчины, всегда смотрящего прямо в глаза требовательно-призывным взором. О нем и прошептала в первую очередь:
- Кто это, Рус?
- Френом, Бог этрусков. Он являлся на землю пять тысяч лет назад, - прошептал ей в ответ, - про остальных не спрашивай, не знаю.
- Нет, у нас лучше, - заключила, через некоторое время, - гораздо красивее и грандиозней, даже в Эолгуле. Ты еще Альдинополя не видел.
- У вас, - выделил это слово, - вычурней, а не красивей. Тут уютней и, согласись, будто сама история смотрит. И теперь это у нас, а не у вас, привыкай.
Гелиния тихо фыркнула, обозначая свое несогласие, но прошептала противоположное:
- У нас, милый. Я привыкну. Не такие уж они и варвары, только чуть-чуть отстают.
На это фыркнул Рус, но дальше спорить не пришлось - пришли. Гвардейцы какими-то хитрыми путями, проходя только пустыми коридорами, привели путников в комнату без окон, освещенную маслеными светильниками, и единственной, кроме той, в которую зашли, ничем непримечательной дверью.
- Князь Рус Четвертый, княгиня…
- Гелиния, - подсказала девушка.
- Подождите здесь, - один из гвардейцев показал на лавку вдоль одной стены, - царь выйдет, как только освободится. Это недолго, уверяю вас… - хотел добавить еще что-то, но промолчал. Впрочем, по тщательно отводимому восторженному взгляду и так понятно: "Сын Френома прибыл! А то и сам Бог, кто его знает".
Во время речи первого этруска, второй незаметно скрылся за дверью, открывшейся - закрывшейся абсолютно бесшумно. Поспешил доложить. Эрлан сорвется хоть с госсовета, хоть с любимой жены - к прорицательнице не ходи! Только эта таинственность…
"Не, все правильно. Эрлан, умница, так распорядился. Специально меня там ждали. Может и до сих пор ждут в других местах "наиболее вероятного появления", я же не докладывал когда и куда. Ну а уж если гвардейцы на меня так смотрят, то с большими массами народа мне действительно лучше не встречаться…", - мысли Руса прервал вышедший из "таинственной двери" гвардеец:
- Князь и княгиня, придется пройти в другие покои.
Они сделали полукруг по новым проходам, один раз задержавшись, чтобы пропустить за поворотом каких-то громко разговаривающих людей числом, судя по голосам, не менее десятка, и подошли к той же группе комнат, только с противоположной стороны. В этот раз второй гвардеец просто распахнул дверь и молча пропустил "князя с княгиней".
Эльдар стоял посреди большого помещения с двумя столами, заваленными свитками и листами пергамента. На стенах висели всего четыре портрета: неизвестного хмурого этруска, Гросса Пятого, самого Эрлана и… Руса Четвертого, почему-то в старинных латах - почти сплошной броне.
Так они и застыли: Рус с Гелинией напротив портрета, с которого "тот" Рус, удивительно похожий на настоящего, смотрел очень даже грозно. Высокий живой Эрлан Первый, одетый в национальный жилет - скромный, из мягкого войлока, совсем не соответствующий его царскому положению, оказался как раз между двумя "изображениями" прежнего правителя и не знал, что делать.
Первым опомнился Рус:
- Здравствуй, Эрлан! - широко улыбаясь, подошел к царю, приобнял за плечи и сразу отстранился. Никогда они не дружили как равный с равным, несмотря на легкость и простоту общения в "агитационном отряде"; Эрлан всегда подчеркивал высокое положение Руса-принца и не сближался, - Гелиния, подойди к нам. Познакомься заново: Царь Всех Этрусков Эрлан Первый, можно просто Эрлан, - заглянул в глаза нынешнего государя, поразился смятению его чувств и продолжил гнуть свою линию, - а я - просто Рус, - говорил, казалось, в самую душу, - так ведь, Эрлан? Мы теперь ровня, ни к чему устраивать чинопочитание… так? - на это слово нажал особо и самодержец, наконец, определился:
- Здравствуй… Рус! - тихо продавил это простое слово и расслабился, - здравствуй, Гелиния, очень рад встрече.
Как он изменился! Не внешне: обладая магией Призыва за телом проследить не трудно - внутренне будто надломился. Рус легко прочитал это в его взоре и испытал укор совести:
"М-да, не подумавши я тогда поступил… Но он единственный, кого я знаю, не имел прямого кровного родства с Груссом! Да, генеалогическое древо в тереме Радана все решило. Почти спал тогда, но все же углядел… Нет, ну не мне же становиться царем страны, о жизни которой я понятия не имею! Ничего, Эрлан, справишься! Я в тебя верю! - вот так ловко снова скинул с себя ответственность, - тем более уже поздно, ничего не изменишь", - и успокоился окончательно.
- Эрлан, мы на пару четвертей, просто погостить. Гелиния уговорила, ты же знаешь жен! - и незаметно толкнул супругу.
Жена поняла:
- Да, Эрлан, я ему все уши истоптала! Помнишь, побежала за вами, а он, - открыто толкнула Руса, - выбросил меня обратно в Тир! После это я с него не слезаю, - с этими словами так лукаво посмотрела на Царя Этрусии, что он расплылся в улыбке:
- Рус, Гелиния, вы голодны? - и, не дожидаясь ответа, позвонил в колокольчик, - обед на троих, прямо сюда, - распорядился, не оглядываясь на степенно вошедшего пожилого этруска в неизменной жилетке, прошитой золотыми нитями так, что атлас только угадывался.
- Слушаюсь, государь, - пожилой важно кивнул и не менее важно вышел. Если он и удивился приказу, то вида не подал. А Рус предусмотрительно отвернулся и заговорил только тогда, когда слуга вышел:
- Ты прав, мы есть хотим… - но Эрлан остановил его взмахом руки и тихо проговорил:
- Не стоит шуметь, скоро внесут обед. Вы раздевайтесь, вспотеете.
Молодожены только сейчас обратили внимание, что они как были в длинных кожаных плащах с откинутыми капюшонами, так в них и оставались. Жарковато в помещении. Рус принял у Гелинии дождевик, снял свой и по указке Эрлана сложил их на стул. Задвинул под стол и снова вовремя отвернулся, делая вид, что копается над сиденьем. Услышал стук колесиков по каменному полу и сразу учуял запах такой вкуснятины, что невольно сглотнул слюну.
- Все свободны! - приказал царь, - Соригон, не надо помогать гостям, мы сами справимся, свободны!
Рус выпрямился только после закрытия большой двустворчатой двери:
- Ну ты… - и снова был остановлен этрусским самодержцем, который подходил к закрытому занавеской косяку. Повеяло Силой Призыва и по всему кабинету активировались "глушащие" Знаки.
- Наконец-то! - облегченно воскликнул Эрлан и резко обернулся.
Его воспаленные глаза метали молнии. Оказывается, он еще сдерживался, смотря на бывшего принца первые мгновения встречи.
- Рус Четвертый, пасынок Френома! Раз ты позволил по-простому, то я так и скажу: ты подставил меня под венец, не спросив согласия! Это благородно?! Думаешь, я только и мечтал о царстве?! - рука, сжимающая рукоять кинжала, побелела (привычный меч отсутствовал), государь угрожающе надвигался на Руса…
- Ой, Эрлан, у тебя каблук отвалился, - озабочено сказала Гелиния, и царь рефлекторно перевел взгляд на свой сапог. Непонимающе поднял один, второй, а "княгиня" меж тем продолжала, - и вообще, ты пригласишь к столу? Я голодна, как волк! Да, как волк! Волчица столько не съест, сколько я готова… а какие запахи! Понюхай, Эрлан!
Царь, осознав неуместность своего поведения, чуть ли не физически сдулся. Покачался на целехоньких каблуках, хмуро помотал головой и бросил руку, с трудом отняв её от кинжала, в сторону стола на колесиках с источающими манящие запахи блюдами:
- Угощайтесь, гости дорогие, - яд в его голосе мог бы отравить продуктов и в пять раз больше, чем предстояло съесть. Но "гости" оказались не привередливыми.
"Какая она у меня умница!", - восхищенно подумал Рус, подставляя жене стул.
Выпили, поели, выпили, еще выпили… это то, что нужно в подобной непростой ситуации. Не так представляли молодые супруги теплую встречу со старым знакомым.
- Какие у тебя замечательные повара, Эрлан, - нахваливала Гелиния, без всякой игры уминая за обе щеки, - м-м-м, такую перепелку… это перепелка? Прости, стокач. Сама удивилась, откуда она такая большая… а соус! Не знаешь, из чего готовят? - Эрлан сначала отвечал неохотно, но сам не заметил, как втянулся…
- Ты понимаешь, что самое обидное, Рус? - в конце концов, царь, наплевав на "отрезвление", позволил себе напиться и теперь изливал "другу" душу. Они сидели уже около четверти и ему приходилось четырежды подходить к дверям, отключать "глушилку", орать все более пьяным голосом, что все нормально. А то выбили бы створки. Отходя от дверей, не забывал снова активировать Знаки.
- Я - не самодержец, я - твоя марионетка и ты это прекрасно знаешь! Да это все вокруг знают, у всех на рожах написано! Ты можешь прийти в любой момент, и все тебя ждут! И я жду в первую очередь! Понимаешь?!
- Ну, приду, и что? - Рус хоть и меньше, но опьянел тоже изрядно. Он тоже "выключил отрезвление" и Духов строго-настрого… попросил (это соответствовало грозному приказу).