Я пробыл у нее в квартире три часа. Очень не хотелось уходить, но пришлось - у меня имелась куча неотложных дел. Прежде всего, я должен был написать статью для одной всеукраинской газеты, собкором которой являлся. А потом нацарапать рассказик для дешевого еженедельника, издающегося в Днепропетровске.
Вива завернула баночку с медом в целлофан и сунула мне.
- Не забывай принимать лекарство! - наказала она, сурово сдвинув свои тоненькие бровки. - Не забудешь?
Я пообещал, что не забуду.
Вечером, когда жена и сын уснули, а я, наконец, закончил работу над статьей, мне захотелось обдумать пережитое за день. Меня очень беспокоил вопрос: не больна ли все-таки Вива? Я толком ничего не знал о ней. Зачем она сюда приехала, с какой целью? Почему пешком бродила по трассе за двадцать пять километров от города? И почему рисует такие странные картины? И, главное, откуда черпает идеи для их создания?
Если с девушкой что-то действительно не так, как поступить, чем помочь? О том, чтобы оставить ее, и речи быть не может. Нужно присмотреться к ней как следует, изучить ее повадки, характер, разузнать подробности ее жизни…
И еще один вопрос донимал меня: как могло случиться, что Вива так быстро, буквально сразу стала для меня чуть ли не самым дорогим человеком, самым близким, собственно говоря, частью моей жизни? А в том, что это так, я ни капли не сомневался…
Глава третья
Мое сердце рвалось к Виве, но добрую половину дня пришлось посвятить работе.
Рано утром я отправился в один из центральных районов области. Нужно было собрать факты для статьи о жизни обитателей маленьких и отдаленных населенных пунктов, лишенных элементарных благ цивилизации. Попутно переговорил с несколькими председателями сельсоветов или, как теперь говорят, сельскими головами о перспективах газификации и водоснабжения - публикацию на эту тему мне уже давно заказывал заместитель главного редактора нашей газеты.
Вернувшись в Запорожье, я сразу же позвонил Виве. И получил приглашение приехать к ней тот час.
Едва переступил порог ее квартиры, как услышал упрек:
- Ты относишься ко мне несерьезно! Мои слова для тебя - пустой звук!
Девушка, запахнутая в ярко-красный халат, стояла в прихожей и смотрела на меня обиженно. Недолго думая, я опустил пакет с конфетами и шампанским на пол, подхватил ее на руки и попытался чмокнуть в нос. Но она ловко увернулась. Тогда я повторил попытку - и достиг цели.
- Это тебе не поможет! - заявила Вива, но ее тон показался мне уже более миролюбивым, хотя в нем еще и слышались нотки досады. - Все равно я на тебя злюсь!
- За что, котеночек? - удивленно округлил глаза я. Причина ее обиды мне была не понятна. - Объясни, ради Бога!
Девушка строго взглянула на меня и, на мгновение убрав руку с моей шеи, погрозила пальчиком:
- Почему ты, друг мой любезный, не принял утром лекарство? Это что, так противно?
Я осторожно поставил ее на ноги и, спрятав глаза, попробовал соврать:
- Как это, не принял? Я съел целую ложку!
Вива скрестила руки на груди и осуждающе покачала головой:
- Ложь твоя не убедительна! Сердцем чувствую - ничего ты не ел!
- Ну, забыл, да! - виновато улыбнулся я и развел руками. - Уж прости!
- Ладно! - вздохнула она. - Только впредь, пожалуйста, не забывай! А сейчас проходи на кухню, буду тебя лечить.
Оказалось, что у нее в холодильнике есть еще одна банка с таким же медовым месивом.
- Ты думаешь, мне это и вправду полезно? - я с сомнением посмотрел на содержимое ложки, которую девушка протянула: ну, мед, ну орехи и что там еще - отвар ландышей, кажется. Кого это может вылечить?
Но Вива заверила с самым серьезным видом:
- Конечно, полезно! Именно это снадобье укрепит твою сердечнососудистую систему.
- Но ты же не врач! - живо возразил я. - Может, оно - самый настоящий яд для моего сердца? Вот сейчас съем - и отброшу копыта!
От возмущения Вива даже закашлялась.
- Что ты такое говоришь?! Если бы я точно не знала, что мое лекарство принесет тебе пользу, ты бы его не получил!
Я не стал спорить и послушно проглотил мед.
Довольная, девушка отерла мой рот бумажной салфеткой. Потом пошла в прихожую, подобрала пакет и принесла на кухню.
- Что здесь?
- Не помню, - пожал я плечами, улыбаясь. - Посмотри сама!
Она заглянула в пакет и радостно воскликнула:
- Конфеты и шампанское! Я сто лет не ела конфет!
- Шутишь? - не поверил я. - Разве ты не покупаешь себе сладкое?
- Иногда покупаю, но в основном тортики и пирожные, - призналась Вива слегка смущенно. - А о конфетах я как-то позабыла в последнее время…
- Как, наверно, и о шампанском! - прибавил я.
- Да, и о нем! - согласно кивнула она. - Зачем мне было его покупать? Пить одна я не стану, для этого нужна компания, а где ее взять одинокой даме?
- Тогда давай фужеры! - я принялся осторожно откупоривать бутылку. - Выпьем и сходим куда-нибудь.
Вива достала из шкафа два высоких стакана из тонкого стекла, поставила на стол. И вдруг поникла головой, задумавшись.
- Что случилось? - встревожился я. - Тебе что, не подходит этот сорт шампанского?
- Все в порядке! - успокоила она. - Просто я подумала, а не лучше ли сегодня никуда не ходить? На улице сыро, противно, да и ты устал. Я это прекрасно вижу по твоему лицу. Посидим, поговорим. Я тебе приготовлю травяную ванну, а потом накормлю вкусным ужином…
- Ты устроишь мне травяную ванну? Какая прелесть! - мечтательно закатил я глаза. - Нет, никуда не пойдем!
- Я знала, что смогу тебя уговорить! - засмеялась Вива.
"Нет, ничего она не сумасшедшая, - подумалось мне. - Просто чудачка с развитой фантазией и своими бзиками. При этом - заботливая и ласковая. Разве не эти черты женского характера так нравятся мне, не они ли всегда притягивали меня?"
Мы сидели в гостиной, пили шампанское, ели конфеты и разговаривали. Больше говорила Вива. И в основном обо мне - о том, что я не берегу себя, мало отдыхаю, питаюсь неправильно.
Наконец, когда она замолчала, я решил взять инициативу в свои руки. У меня было много вопросов.
- Расскажи мне о себе.
- Да что ж рассказывать? - пожала плечами девушка. - У меня самая обычная судьба, ничего интересного, выдающегося… Все, как у всех…
Я поставил свой фужер на стол и взял руку Вивы в свою. Она скользнула взглядом по моему лицу и стала сосредоточенно рассматривать этикетку на бутылке шампанского.
- Какой вуз ты закончила? Есть ли у тебя родители, братья и сестры?
Девушка кивнула:
- Да, у меня есть отец и мать, есть также сестры и братья… А закончила я архитектурно-строительный факультет одного из столичных вузов.
- Твоя родня обитает там же, в Подмосковье?
- Нет, все они живут в другом месте, - ответила Вива неохотно.
- А как ты оказалась в Подмосковье? - я взял конфетку и поднес к губам девушки. Она послушно открыла рот.
- Раньше вся наша семья жила в Сергиевом Посаде, но потом эмигрировала в Соединенные Штаты, а я осталась, - ее ясные глаза покрылись пеленой грусти. - Уж так получилось…
- Понятно! - вздохнул я. - А что привело тебя в Запорожье?
Вива ответила не сразу. Взяла конфетку из коробки, зачем-то осмотрела ее и вернула обратно. Потом подняла свой стакан с шампанским, подержала, опустила и, как дисциплинированная школьница, сложила перед собой на столе руки.
- Дело у меня здесь, - в ее голосе явственно звучала неуверенность, даже, пожалуй, смятение. - Я потом тебе как-нибудь о нем расскажу…
Наш разговор больше напоминал допрос, и я подумал, что на сегодня вопросов, пожалуй, достаточно, хотя выяснить мне удалось немного. Было непонятно, почему Вива так неохотно дает ответы, почему она так напряжена? Видать, есть у этой девушки какая-то тайна, скрытая в ее прошлом, о которой ей не хочется говорить. Что это за тайна, что за ней скрывается - душевная боль, обида, чей-то неблаговидный поступок? Или Вива приехала в Запорожье, чтобы разыскать мужчину, с которым где-то познакомилась и которого полюбила? Может такое быть? Вполне! Хотя почему тогда она связалась со мной, почему относится ко мне как к человеку, которым серьезно заинтересовалась?
И тут девушка вдруг поднялась, подошла ко мне совсем близко и, обняв за шею, приникла всем телом.
- Извини, Ваня, что так скупо о себе рассказываю. Со временем ты обо мне узнаешь больше. А пока скажу тебе, что на моей совести нет таких грехов, которые нужно скрывать, я не злодейка и не сумасшедшая, как ты, возможно, подумал.
Во как! Оказывается, она даже знает, что я думаю! Что ты за птица, милая Вива-Вивиза? Неужели и вправду ясновидящая?
Я тоже подхватился с дивана и, обхватив девушку за плечи, нежно поцеловал в губы. Они были влажными и горячими.
- А это приятно! - выдохнула она, когда мои объятия ослабли. Ее грудь высоко вздымалась, выдавая, скорее, волнение, чем возбуждение.
- Тебя что, никогда не целовали в губы? - почти насмешливо спросил я. Хотя и сам почувствовал небывалый трепет в груди. Последний раз обычный поцелуй приводил мою душу в такое состояние, кажется, лет двадцать назад. Я к поцелуям давно привык, раздаривая их направо и налево, порой без малейшего повода, и они для меня - дело совершенно обычное, обыденное.
- Не целовали! - призналась Вива смущенно. - В губы - никогда.