Прозоров Александр Дмитриевич - Каменное сердце стр 23.

- Вот уж открытие так открытие, - хмыкнул Середин, у которого неприятно кольнуло в груди. Хоть и не испытывал он страстных эмоций к Роксалане - а все равно ее восхищение монстром ведуну не понравилось.

- Это мой гость! - внезапно возникнув рядом, решительно отстранила девушку берегиня. - Ему нужен отдых, а вы раздражаете и возбуждаете его!

Оставшись перед лицом монстра в одиночестве, наяда уже сама провела ладонью по щели сомкнутого рта, посмотрела в глаза. Улыбнулась, покачала головой:

- Я подарю тебе настоящий отдых. Тот, что ты заслужил не за день или год, а за все века своих мук и трудов. Обещаю, когда первый рассветный луч коснется твоих глаз, ты ощутишь настоящее счастье.

Роксалана остановилась возле Олега, буркнула ему в ухо:

- Я его возбуждаю! Возбуждаю! Ей завидно? Она что, ревнует? Но какой мужчина…

- Нежить не может ревновать, - так же тихо ответил ведун. - Это же… нежить. У нее нет инстинкта продолжения рода и половых проблем.

- Любовь зла, полюбишь и козла, - сказала девушка и зачем-то чмокнула Середина в щеку. - Глянь, как воркуют. Даже завидно.

- Ерунда, - покачал головой Олег. - Просто… Просто Ессей впервые в жизни ласковое слово услышал. Помнишь, как подгорный князь привык общаться со всеми, кто выше его ростом? А тут берегиня… Берегини всегда обо всех заботятся. С ними ночь всего проведешь, и уже чувствуешь себя влюбленным. Они это умеют.

- С кем проведешь? - давно не стриженные ноготки спутницы вонзились в его ухо.

- Да перестань ты, - отмахнулся ведун. - Тоже мне, главная жена нашлась. Вспомни, как сама орешки от берегини щелкала. Вот и вся ночь с наядой. У тебя только одно на уме.

- Это вы все вечно одним заморочены, - отпустила его Роксалана и подтянула шаровары. - Ко-озлы!

Олег посмотрел на ее крутые бедра, кивнул и громко спросил:

- Скажи, Ессей, а почему ты служишь подгорному князю? Чем он тебя очаровал?

- Он мой господин, смертный. Я должен его слушать.

- Почему, друг мой? Зачем делать то, что хочет он, а не то, чего хочется тебе?

- Хозяева сказывали, я слишком глуп, чтобы выжить самому…

- И тебе ни разу за много веков не хотелось это проверить? Не может такого быть, Ессей! Ни разу не хотелось бросить все и уйти куда глаза глядят? Просто плюнуть и поваляться, ничего не делая? Попробовать сотворить что-то свое? Кто мог бы остановить такого неодолимого богатыря?

- Я боялся.

- Ты боялся? - не поверил своим ушам Олег. - Ты, каменный великан, который сильнее гор и выше деревьев, чего-то боишься?! Этого не может быть!

- Подгорный князь владеет моей жизнью… - Великан погрустнел, попятился, вставая на колени.

- Как это? - не понял Середин. - Он… Он угрожает тебя убить?

- Подгорный князь забрал мое сердце и прячет его где-то среди подземелий. Князь сказал, чтобы я не боялся смерти. Если меня раздавит обвалами или убьют в сражении, он польет это сердце водами, прошедшими три стихии, и я вырасту снова, прежним, как и был. Даже не замечу, что умирал. Если же я перестану слушаться, он откопает сердце и расколет его на куски. И тогда я умру по-настоящему, где бы я ни был.

- Бедный мой… - Берегиня с трудом дотянулась до его коленки. - Уйдите все! Вы не даете ему отдохнуть! Ложись, мой мальчик, ложись. Забудь про них, забудь про князя. Я здесь, я с тобой. Все будет хорошо. Ляг, дай мне посмотреть на тебя, дай к тебе прикоснуться. Как же они тебя измучили. Ты никогда не отдыхал, тебя никто не жалел, с тобой никто не говорил, бедный ты мой. Но теперь все пойдет иначе. Я всегда буду с тобой, всегда буду рядом. Ты научишься улыбаться. Я знаю, я обещаю тебе. Ты будешь радоваться рассветам и отдыхать ночью, ты узнаешь доброту и любовь.

- Она приторна, как соевая шоколадка, - передернула плечами Роксалана. - Как он может слушать этот бред столько времени?

- Ты ревнуешь? - настала очередь ведуна ехидничать над спутницей.

- Да, и скрывать не собираюсь, - огрызнулась девушка. - Какой мужчина! Вот уж воистину, как за каменной стеной! Жалко только… - Она оглянулась на великана, вздохнула. - Ну, ладно, я бы чего-нибудь придумала. Сказала бы, что его. Все мужики верят.

- Надо будет запомнить, - усмехнулся Олег, усаживаясь на ближнее из поваленных деревьев.

- Тебе? - Роксалана гыкнула не хуже Ессея. - Да кому ты нужен, тетеря! Кто я - и кто ты! Я - директор по маркетингу одной из крупнейших корпораций страны! А ты - обычный слесарь. Ну, и о чем ты размечтался? Такие мезальянсы только в сказках бывают. Ребенка от тебя завести еще можно… Потом, когда штамп в паспорте будет. Но замуж… Боже упаси! Не комильфо. Смотри, как стемнело. Звезд нет совсем.

- Пасмурно, - предположил Середин. - Я за весь день ни разу на небо не глянул.

- Я тоже. - Девушка уселась рядом. - Ну-ка, дай попробовать…

Роксалана провела ему по губам кончиком пальца.

- Нет, не то. У него холодные, что сталь. И суровые такие… Ты не обиделся?

Она толкнула его плечом, наклонилась к Олегу и крепко поцеловала в губы. Резко отпрянула, сплюнула несколько раз подряд, принялась тереть рот руками:

- Вот черт! Ты же весь в пыли, чуня! Неужели и я такая же?

- Да вроде ничего, не тошнит.

Ведун тоже встал, повернулся к отдыхающему великану. Тот не спал. Беседовал с наядой и пытался погладить ее пальцем по волосам. Берегиню качало, сгибало, она теряла равновесие - но почему-то только смеялась и "ласки" не запрещала.

- Тария, надеюсь, не сбежала?

- Ты бабник, Олежка! Ты это знаешь?

- Без нее нам в темноте реки не найти.

- Да, помыться нам не мешало бы.

- И ноги подальше унести. Пошли, пока Ессей про нас забыл. А то как бы князь ему про сердце не напомнил.

- А наяда? Ты хочешь ее бросить?

- Это нежить, деточка, - в который раз вздохнул Олег. - Ее почти невозможно убить, совсем невозможно взять в плен, для нее не существует расстояний и боли. Захочет - окажется рядом с нами, куда бы мы ни ушли.

- Может, хотя бы предупредить?

- Зачем? Им и без нас хорошо. Пошли… Тария или в полыни таится, или… Нет, никуда не денется. В стойбище ее за побег от гномов…

Девочка и вправду лежала среди высокой, едко пахнущей травы. Разглядев в темноте спутников, она поднялась, теребя перекинутую вперед косичку.

- Молотки мои стережешь? - подмигнул ей ведун. - Ты как, понимаешь, где мы находимся?

Кочевница кивнула.

- До реки далеко?

- Верст пять будет, господин.

- Ну, коли не лениться, до рассвета успеем. Показывай дорогу.

- Вниз по этому склону. Там расселина будет, господин. Две скалы большие. Так идти не между ними надобно, а вправо. По карнизу обрыв обогнуть, спуститься на Дождевой луг. С него спуск в конце пологий будет, там завсегда коров гоняют. Спуск в овраг упирается…

- Ты собираешься остаться? - перебил ее Середин.

Тария подумала и отрицательно замотала головой.

- Тогда просто веди к реке.

Девочка кивнула и побежала по траве, петляя между валунами.

- Вот черт, подошва какая мягкая, - почти сразу запрыгала Роксалана. - Сквозь нее камни колются!

- Пошли скорее. А то убежит. Вон, даже не оборачивается.

Тария взмахнула руками - ноги скользнули вперед по траве, и девочка охнулась спиной оземь. Тут же вскочила, на четвереньках стала карабкаться назад:

- Гномы! Тут гно-омы!!!

И правда, впереди среди камней то и дело мелькали плохо различимые во тьме детские фигурки.

- Если у них есть луки, нам капут, - тихо сообщил Олег. - Для нас видимость метров десять, а для них - как днем. Перебьют.

- А-а! - Тария проскочила мимо и нырнула ему за спину.

- Сдаваться будешь, или как? - поинтересовался Середин.

- Чтобы из меня одноразовый инкубатор сделали? Хрена вам всем лысого.

- Тогда держи, Зена, королева варваров! - Он вытянул игрушечный гномий меч, отдал его спутнице, а сам перехватил кувалды ниже по рукояти. - Ну, кому тут гвоздик забить?

Первые коротышки набежали на них бестолково, просто выставив копья и зловеще завывая. Олег широко взмахнул левой рукой, отбрасывая первые три острия, шагнул вперед, вколотил ближнему гному голову в плечи, пнул второго, вскинул вверх левый молот, ломая последнему противнику челюсть, и отступил назад.

- Спину мне прикрывай, - приказал он Роксалане. - А спереди нас не взять.

Подскочили новые противники, полезли сразу с двух сторон. Олег воздел правый молот, поднырнул под пики, одновременно спасаясь от тех, что слева, впечатал кувалду в грудь одного гнома. Тут же взмахнул ею, проламывая ухо другому, развернулся, метнул правый молот в близко подступивших врагов, снес сразу двух стоявших друг за другом копейщиков, перехватил за стальное древко оружие растерявшегося на миг недоростка, дернул к себе и тут же пришлепнул коротышку крепким ударом по голове. Швырнул второй молот в бойцов справа, присел, широким взмахом подрубил ноги десятку скопившихся слева и отступил, перехватив пику посередине.

- Так будет проще, - перевел он дух. - Молот не меч, никакой центровки. Боевой посох в сече надежнее.

И тут же толкнул копье вперед, вдоль вражеского древка. Рука ведуна оказалась длиннее, и он пробил горло гному, не получив даже царапины.